Подступы к городу Орехову в Запорожской области. Здесь каждый метр серой зоны простреливается насквозь, а бой не затихает ни днем, ни ночью. Когда штурмовые группы «крылатой пехоты» группировки войск «Днепр» идут вперед, их главный щит находится не на земле, а в небе. А всё благодаря дроноводам из легендарной гвардейской Ивановской дивизии ВДВ.
Бобёр в воздухе
Возглас командира штурмовиков: «Ложись!» смешался с пулемётной трескотнёй. Из искусно замаскированного блиндажа на опорном пункте ВСУ округу щедро поливали свинцом. А значит, каждый шаг вперед для наших парней грозил потерями. Но то, что скрыто от глаз пехоты на земле, не ускользнуло от зоркой оптики воздушных разведчиков. Координаты огневой точки мгновенно ушли ударным расчетам БПЛА.
Считаные минуты на подготовку — и в воздух уходит скоростной FPV-дрон. Тонкий визг пропеллеров, стремительный заход по крутой траектории в самую амбразуру и глухой взрыв, взметнувший комья сухой земли и бревен. Второй точный прилет окончательно заставил точку замолчать. Препятствие сметено, путь для штурмовой группы снова открыт.
Для ивановских десантников работа с беспилотниками — это давно не просто отдельная огневая поддержка, а единый живой организм со штурмовой пехотой.
«Сначала перед штурмом наносим удары — запускаем по позициям противника порядка 10–15 „птиц“. Затем, когда наши бойцы начинают движение, мы буквально идем рядом с ними по воздуху. Смотрим вперед: если контакт — сразу отрабатываем туда, сопровождаем шаг за шагом. Удары перед наступлением дают стопроцентную эффективность: противник сразу забивается в норы, и штурмовики могут подойти ближе, спокойнее зайти на опорник и зачистить его. А если в воздухе появляется вражеский гексакоптер „Баба-яга“, он же „Вампир“ — сразу уничтожаем их на подлете. Меньше угроз сверху — меньше раненых и потерь у наших ребят», — рассказывает оператор БПЛА с позывным Бобёр.
Огонь по всему что летает и едет
Наблюдая за полем боя через объективы мощных камер своих «питомцев», десантники фиксируют, как стремительно меняется сам характер войны. Противник больше не рискует гонять колонны снабжения по открытым дорогам — небо над Ореховом держится под плотным контролем.
«Раньше они активнее шли техникой, а сейчас перешли на скрытную доставку. На этом направлении в основном охотимся за пикапами, наземными робототехническими комплексами (НРТК), живой силой и тяжелыми дронами. Разведка дает координаты — летишь и работаешь. А порой замечаешь цель сам: то в кустах мелькнет, то на сером асфальте выделится пятном. Технику противник гонит редко, чаще всего в сплошную непогоду, когда нам труднее летать. Боеприпасы и провизию на передовую они теперь всё больше тягают той же самой „Бабой-ягой“ или с помощью колесных роботов», — продолжает Бобёр.
Каждый такой вылет выверен до секунды. Команда на уничтожение, быстрый щелчок тумблеров на пульте, свист винтов на старте — и оператор уводит дрон в крутое пике. Последние метры, экран рябит помехами от вражеского РЭБ, глухой хлопок на горизонте — и объектив дрона-наблюдателя фиксирует: цель поражена, задание выполнено. А операторы уже снаряжают следующую «птицу».
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
