Детский реаниматолог из Краснодара Алексей Завальский только отметил 40-летие – в чебуречной, что напротив Склифа. И тут вызов, которого ещё не было. Надо лететь с командой российских медиков и сотрудников МЧС туда, где треснула земля, где десятки тысяч жертв.
«Тебя, как даму, понесу»
2018 г. Завальский осматривает 3-летнюю Ксюшу: «Да, ребетёныш, попал так попал». КТ в селе Успенское отсутствует, девчонку надо везти за 250 км в Краснодар. «Не переживай, – подмигивает он. – Я тебя, как настоящую даму, понесу на руках, договорились?»
Ксюша «попала» во время представления передвижного цирка. Мать решила сделать красивое фото, посадила её на тумбу, ограждающую сцену, – для львицы это стало командой к атаке. Дрессировщик удержать зверя не смог.
Обследование и вывод: один из отростков позвонка девочки отколот и сдавливает артерию, идущую к головному мозгу… Все действия Завальского фиксируют на камеру режиссёры Андрей Тимощенко и Станислав Ставинов, следуя за медиком повсюду. Потом они создадут фильм «Реанимация», который представят на фестивале документального кино. На этом фестивале по традиции будет присутствовать «АиФ», отсматривать картины, чтобы выбрать лауреата номинации еженедельника «Герой нашего времени». «АиФ» выберет Завальского. Так и начнётся наше знакомство.
Руины и надежда
Мы разговариваем с ним после возвращения из Турции. «Прибыли на место поздно ночью 8 февраля, – вспоминает Алексей. – Установили лагерь-госпиталь в 5 минутах езды от разрушенных домов. В первый же день поступил мужчина с инфарктом миокарда. Во время землетрясения погибла вся его семья, вот и не выдержало сердце. Я специализируюсь на детской реанимации, там всё чётко знаю. А тут… Но без вариантов. Провёл интубацию трахеи, подключил к аппарату ИВЛ, поставил центральный венозный катетер. После передал его в руки турецких врачей».
Завальский к 40 годам повидал всякое, но слова, чтобы описать последствия стихии, подбирает с трудом. Вдруг не стало целого города – Кахраманмараш превратился в руины. «Когда работаешь, мысли только о том, как спасти человека. Эмоции приходят уже потом, – поясняет он. – Смотришь репортажи, видео… Какими беззаботными были люди до этой трагедии! Думаешь об этом, и так накатывает, что дышать сложно».
Те, кого вытаскивали из-под завалов, оставались жить в палатках возле развалин, в надежде, что спасатели найдут близких. Дальше – надежда на врачей. За неделю в Турции только через российских специалистов прошло 850 человек. 47 из них – через реаниматологов. «Помимо реанимации мы проводили перевязки, занимались переломами, сотрясениями, переохлаждением, истощением, инфекциями. Мы все, несмотря на специализацию, были универсальными докторами, – продолжает Завальский. – В городе работало много врачей, но пациенты часто приходили специально к нам. Весть о том, что мы уделяем большое внимание каждому, как-то разнеслась по району. Думаю, именно за этой заботой и шли…»
«Рано ещё, не уходи»
До Турции он считал, что самое страшное уже видел. В Керчи в 2018 г. Тогда один из учащихся взорвал бомбу и устроил стрельбу в политехническом колледже. Пострадали более 70 человек, на помощь керченским медикам вызвали врачей из Краснодара.
«Я там впервые испытал шок, от ужаса впал в ступор, чего делать нельзя. Но быстро собрался. Мы с напарником отвечали за трёх девочек, пострадавших от взрыва. У одной дважды останавливалось сердце, а у других были сильно повреждены нижние конечности. Одной экстренно сделали операцию – из ноги вытащили 22 осколка. Все девочки остались живы, и это большое счастье».
Счастье было и когда через пару лет после премьеры «Реанимации» Завальский пересмотрел фильм. Авторы, с которыми он подружился, сделали для реаниматолога сюрприз: после финальных титров в картине появились новые кадры с ребёнком, лазающим по верёвке на детской площадке. Это повзрослевшая Ксюша, которую Завальский носил на руках.
А ещё был повзрослевший (уже студент) Кирилл, пришедший в больницу. Ребёнком он надышался угарным газом, попал в отделение к реаниматологу. «Ты хоть помнишь кого-нибудь из нас?» – спросил Алексей Кирилла при встрече. Тот ответил: «Помню только дядю Лёшу… Я, кажется, тогда, как пишут в книжках, увидел свет в конце тоннеля, а потом услышал ваш голос: «Рано ещё, не уходи».
Его дети
Раньше, чтобы как-то переключать голову, он раскрашивал картины по номерам. Потом Завальскому подарили холст и краски – стал рисовать. Что-то дарил друзьям, что-то себе оставлял. А когда работ скопилось много, подумал: может, устраивать благотворительные распродажи? Так и поступил. Суммы, вырученные от картин, конечно, небольшие, но всё помощь. Тому же Радомиру Моисееву – у мальчишки редкое заболевание – необходим дорогостоящий аппарат.
«Моя детская реанимация, точнее, мои детки… После ушедших детей я много думаю о своей жизни и своих проблемах, а проблемы ли у меня вообще? Каждый спасённый – как доказательство, что я нахожусь на своём месте».
Потому и работает Завальский в реанимации, оставив мысли о других заработках. И не оставив мысли о тех, кому не помог.
«Простите меня, дети, которых не сумел спасти».
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
