Военкор aif.ru пообщался с жителями Курской области, сумевшими выбраться из оккупации ВСУ.
Припадки из-за обстрелов
На лавочках тихого сквера неподалеку от Успенского собора в Рыльске собралась кучка людей. По объему сумок, которые есть у людей с собой, можно легко определить, насколько пострадали от обстрелов их дома. Если человек сумел собрать с собой хоть какие-то вещи, значит, его дом пока что относительно уцелел. Некоторые же и вовсе без всего. Эвакуировались спешно, успев лишь прихватить с собой документы.
«Медиков сюда», — раздается истошный крик.
На лавочке пожилой мужчина корчится в судорогах. Его трясет. Женщина в синем платье быстро подбегает к нему и начинает проводить медицинские процедуры. Мужчину спешно стаскивают с лавочки, заботливо укладывая на асфальтированную дорожку. Под голову кладут сумку, чтобы не запрокинул язык. Через несколько минут судороги прекращаются. Ему становится легче. Пожилого мужчину зовут Сергей. Чуть собравшись с силами, он рассказывает, что приступы у него начались после двух недель жизни под обстрелами. Выбраться ему помогли волонтеры, а его дом почти полностью разрушен.
![](https://static1-repo.aif.ru/1/ef/2770717/bf8ea1e42ba8fcaa46c1ab9e98e2141d.webp)
«Обстрелы были бесконечными»
В сквере у храма несколько десятков людей в аналогичной ситуации. Многие из них лишь на днях смогли выбраться из обстреливаемых населенных пунктов, а некоторым даже не повезло, им довелось встретиться лицом к лицу с солдатами ВСУ и иностранными наемниками.
Девушка по имени Неля одиноко сидит прямо на земле, облокотившись на дерево. Задумчиво смотрит в землю, но живо откликается на наше приветствие и чисто журналистскую просьбу поговорить.
«Я с Суджанского района. Село Казачья Локня. Мы фактически с первых дней вторжения ВСУ оказались в оккупации. Сначала приходилось прятаться в подвале от бесконечных обстрелов. Дом у меня сгорел. Очень страшно было. На улицу предпочитали не высовываться без надобности», — вспоминает наша собеседница.
![](https://static1-repo.aif.ru/1/ef/2770718/a9c1b6d7f48ed52e5589aa448c06cd97.webp)
«Расстреляли за то, что назвала нацистами»
Однажды на улицу, где жила Неля, выкатился украинский танк. Железная машина медленно ехала вдоль улицы, а сопровождавшие ее бойцы ВСУ поочередно заходили в каждый дом и выводили жильцов на улицу.
«Я вышла сама, добровольно. Не сопротивлялась. Просила лишь не убивать меня. Кто-то плакал. Сопротивлялся. Люди были напуганы. Украинские солдаты проверяли каждый дом. Заглядывали в подвалы и осматривали участок, — рассказывает Неля. — Соседка моя, когда они тащили ее на улицу, назвала их нацистами. Ее тут же при всех расстреляли. Это на моих глазах происходило».
Неля подчеркивает, что украинцы не расстреливали дома, а просто выискивали что-то или кого-то. При этом разговаривали они на украинском. Была слышна и иностранная речь. «Мне показалось, что несколько человек были украинцами, но среди них были и иностранцы. Правда, я не поняла по их речи, откуда они были».
![](https://static1-repo.aif.ru/1/ef/2770719/421e1dc4e0999e989df24bb6f867fdf8.webp)
«Мать пропала без вести»
Выбраться из Суджанского района девушка смогла лишь несколько дней назад. Когда ее соседи, кто пешком, а кто на машине стали постепенно выезжать из населенного пункта, за ней заехал сосед. «Он сказал быстро собираться. Я взяла документы и кое-какие вещи, и мы поехали. Дорога жуткая была. Машины эти разбитые кругом. По пути встретили украинский танк, но как-то проскочили мимо него. Сумели выбраться. Я несколько дней у подруги переночевала, а теперь в Железногорск поеду», — говорит Неля.
По словам девушки, в Судже и окрестных селах осталось еще очень много людей. «Только в моем поселке, мне кажется, где-то человек тридцать осталось. Живут в подвалах. С едой проблемы. Никакую гуманитарную помощь нам украинцы не оказывали. Все это вранье. Соседка моя пенсионерка. Ей 98 лет. Не знаю, как там теперь она. Я ей помогала, пока там была. Она совсем одна живет в подвале», — говорит Неля.
Сейчас девушка разыскивает свою мать. Та сумела выехать раньше, поскольку жила в соседнем поселке. Связи с ней нет уже две недели, и Неля не знает, как ее искать. В заложниках у ВСУ по-прежнему остаются сотни жителей Курской области. Эвакуация из приграничных районов региона продолжается, несмотря на обстановку. Этим заняты военные, волонтеры и просто неравнодушные люди.