«Как я бил Гудериана»
В последнее время приближение Дня Победы знаменуется крайне неприятными инцидентами, связанными с различными книгами, открытками и уличными баннерами, посвящёнными Великой Отечественной войне. Много шума вызвали случаи, когда поздравления ветеранам сопровождались фотографиями немецких танков вместо советских; когда на материалах к 9 Мая обнаруживались колонны советских военнопленных и тому подобные ляпы, заставлявшие одних возмущаться, а других краснеть.
Не обошлось без подобного казуса и в канун 70-летия Победы. По социальным сетям стремительно разошлось изображение обложки книги, выпущенной в серии «Маршалы Сталина» издательством «Алгоритм», которую в настоящее время можно заказать в книжных интернет-магазинах.
Книга называется «Михаил Катуков. Как я бил Гудериана» и содержит мемуары одного из самых успешных командующих бронетанковыми соединениями Красной Армии в годы Великой Отечественной войны.
В анонсе книги говорится: «Имя Маршала бронетанковых войск Михаила Катукова сейчас не очень известно. Зато каждый, кто интересовался ходом Берлинской операции, помнит, что такое Зееловские высоты. А ведь именно танки Катукова ломали там оборону противника. А началось всё осенью 1941 года, когда вражеские танки рвались к Москве. Но в решающий момент в числе других соединений им преградила путь 4-я танковая бригада под командованием Михаила Ефимовича, автора этой книги. Танкист, который смог встать на пути у самого Гудериана и дойти через все знаменитые битвы Великой Войны до вражеской столицы. Он сам рассказал о себе и о войне».
Катуков с лицом Рокоссовского
Смущает, конечно, несколько вычурное название, не характерное для книг советских полководцев. При жизни Михаила Катукова вышли две его книги — «Танковые бои» в 1942-м и воспоминания «На острие главного удара» в 1974-м.
Сравнение первых страниц этих мемуаров, выпущенных «Воениздатом», с доступными в Интернете первыми страницами книги «Как я бил Гудериана» показало, что, по крайней мере в начале воспоминания Катукова от 1974-го года ничем не отличаются от новых, вышедших с более громким названием.
Но Бог с ним, с названием. Настоящий сюрприз поджидает на обложке. Мемуары Михаила Катукова проиллюстрированы парадным портретом... Маршала Советского Союза Константина Рокоссовского.
Наверное, несведущий человек в 2015 году уже не отличит Рокоссовского от Катукова. Но сведущих в России пока ещё вполне достаточно, и их реакция на подобный сюрприз издательства была крайне резкой.
Опуская все крепкие слова и эпитеты, смысл постов в социальных сетях на эту тему сводился к двум вопросам: «Как такое вообще возможно и когда это кончится?».
К чести издательства «Алгоритм», его сотрудники признали грубейшую ошибку.
— Ошибка в оформлении книги «Как я бил Гудериана» произошла по нашей халатности. Дело в том, что одновременно готовились к изданию две книги серии «Маршалы Сталина»: сборник мемуаров Катукова и Рокоссовского. На каком этапе произошла ошибка и кто в ней виноват, мы сейчас выясняем», — рассказал АиФ.ru редактор книги «Как я бил Гудериана» Евгений Бузев. — В скором времени на сайте издательства будут опубликованы официальные извинения. Что будет с уже напечатанным тиражом книги «Как я бил Гудериана», говорить пока рано.
— Обращаю внимание, что книга «Как я бил Гудериана» — это не переиздание книги «На острие главного удара», — отметил Бузев. — Это сборник мемуаров Катукова, в который входит в том числе и книга «На острие главного удара».
Человек, одолевший «быстроходного Гейнца»
Справедливости ради нужно отметить, что само включение издательством «Алгоритм» мемуаров Михаила Катукова в цикл «Маршалы Сталина» не совсем корректно.
Михаил Ефимович Катуков завершил Великую Отечественную войну в звании генерал-полковника, а звание маршала бронетанковых войск ему было присвоено лишь в 1959 году, через шесть лет после смерти Сталина.
Разумеется, это факт не умаляет заслуг Михаила Катукова. Начав войну в должности командира 20-й танковой дивизии, Катуков со своими танкистами пережил горечь первых месяцев войны.
В июне 1941 году он принимал участие в грандиозной танковой битве под Бродами, в августе прорывался с остатками своей дивизии из окружения, чтобы снова драться с гитлеровцами.
Приняв командование 4-й танковой бригадой, в октябре 1941 года Катуков сошёлся в противостоянии с гитлеровским асом танковых прорывов Гейнцем Гудерианом, нанеся «быстроходному Гейнцу» поражение.
Танкисты Катукова отличились при обороне Москвы, сдерживая атаки противника на волоколамском направлении. За мужество и героизм, проявленные танкистами в битве под Москвой, 4-я танковая бригада была переименована в 1-ю гвардейскую танковую бригаду.
В январе 1943 года Михаил Катуков стал командующим 1-й танковой армии, ставшей впоследствии 1-й гвардейской танковой армией.
Танкисты Катукова дрались на Курской дуге, освобождали Украину. За Львовско-Сандомирскую операцию генералу Катукову было присвоено звание Героя Советского Союза. Затем были операции в Польше и Германии. За Восточно-Померанскую операции Михаил Катуков получил вторую звезду Героя Советского Союза.
В Берлине Катукову приходилось спасать японцев
В битве за Берлин армии Катукова пришлось прорывать оборону противника на Зееловских высотах, а затем драться с гитлеровцами на улицах столицы Третьего Рейха.
Мемуары Катукова «На острие главного удара» содержат немало интересных подробностей сражения за Берлин.
Например о том, как советские войска оперативно освоили новейшее оружие гитлеровцев: «Очень мешали нам фаустники. Засядет иной в канализационном колодце или в подвале дома и бьёт по вырвавшимся на улицу танкам. Выпустит фаустпатрон – и машина запылала.
Но гитлеровцы забыли, что всякое оружие можно направить и против его создателей.
Во время Восточно-Померанской операции мы захватили 4500 фаустпатронов. Примерно 1500 истратили на полигонах, когда, готовясь к Берлинской операции, проводили занятия с мотопехотой, учили действовать её в штурмовых группах. А 3000 фаустпатронов специально приберегли для боёв в Берлине… в разгар боёв мы успешно применяли фаустпатроны. Бывало, никаким огнём не выкуришь из здания засевших автоматчиков. И тогда, маскируясь в завалах, подбираются мотострелки с фаустпатронами. Выпустят два – три в окна полуподвалов — и в здании пожар, валит клубами дым. А наши гвардейцы поднимаются в атаку».
Пришлось Катукову разрешать и дипломатические инциденты: «Бойцы бригады Гусаковского пробирались подвалами и подземными ходами к зданию, откуда гитлеровские пулемётчики вели шквальный огонь. В одном из погребов они наткнулись на ящики с минеральной водой "Брамбах" и опорожнили несколько бутылок. Солдаты были разгорячены боем и, естественно, мучались от жажды. Как выяснилось впоследствии, минеральная вода была собственностью посольства одного нейтрального государства. И сотрудники этого посольства не поленились сочинить целую ноту протеста. В результате мне пришлось давать объяснение командованию фронта».
Вспоминает командующий и о таком факте: в разгар боёв за Берлин в расположение его частей вышли… сотрудники посольства Японии в Германии, слёзно просившие вернуть их на родину.
Несмотря на то, что на тот момент СССР не находился в состоянии войны с Японией, отношения между двумя странами были крайне натянутыми. Тем не менее, Катуков выделил людей для того, чтобы японцы были доставлены в расположения штаба фронта в целости и сохранности, откуда дипломатов отправили дальше, в направлении Страны восходящего солнца.
Нет никаких сомнений, что мемуары Михаила Катукова заслуживают внимания куда больше, чем книги немецких генералов, ещё недавно заполонявшие полки российских книжных магазинов.
Михаил Катуков — выдающийся военачальник, герой нашей страны, который заслуживает, чтобы его знали в лицо. Поэтому очень хочется, чтобы, издавая книги о своих героях, мы в России помещали на обложки их настоящие портреты, а не изображения других, пусть и не менее достойных героев, или, того хуже, представителей генералитета вермахта.
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
Лётчик «с того света». Он мечтал бить врага и не боялся трибунала 
Венский вальс. Как Красная армия освобождала жемчужину Европы 
Шинель Сталина и усы Будённого. Чем запомнился Парад Победы в 1945-м? 
Ветеран войны Станислав Лапин: «У меня был свой счёт к Гитлеру» 
