Аэроразведчик Вооруженных сил Украины (ВСУ) Александр Карпюк раскрыл, как русские бойцы навязали киевской армии битву за Покровск и радикально перевернули сражение за этот город. По его словам, уже полгода Генштаб ВСУ не может решить ту задачку, которую задали ему наши офицеры. А между тем развязка становится все ближе.
Все началось с «зеленки»
Начальный этап нашего наступления на город стартовал предсказуемо. Пришла зелень, и штурмовики под ее прикрытием начали продвигаться вперед. «У ВСУ просто не было средств, чтобы остановить русских, которые шли под прикрытием крон деревьев. Ситуацию бы стабилизировало массовое противопехотное минирование, но к лету ВСУ не получили их достаточное количество», — рассказывает вояка.
В итоге погода, тактика штурма на быстрых мотоциклах, легковых авто и багги, плюс «зеленка» сделали свое дело. ВС РФ совершили рывок вперед.
Война дронов
Следующим заметным этапом стала битва дронов. Сначала Киев начал испытывать сложности с их поставками в армию, что облегчило наше наступление, а потом появился «Рубикон». Вероятно, этот центр подготовки операторов БПЛА будет еще годами вселять ужас в головы стратегов из НАТО. Именно эти парни рубят логистику ВСУ на ключевых фронтах, помогают нашим силам наступать и в целом делают колоссальное количество работы.
«Я думал, что мы выдержим, отработаем противодействие и стабилизируем ситуацию. Алгоритмы у нас были. Среди них классические методы растягивания фронта в глубину по нанесению ударов, дальние минирования и прочее. Но я не рассчитывал на появление [у ВС РФ] дроновых подразделений („Рубикон“ и другие). Они изменили расклад на поле боя», — шокированно пишет боевик.
Порвали дроноводов ВСУ, как Тузик грелку
В итоге «Рубикон» сделал свое дело. Наши воины выставили тактические РЛС в первом эшелоне, скоординировали работу систем радиоэлектронной разведки (РЭР) и радиоэлектронной борьбы (РЭБ), а зенитные экипажи БПЛА начали работать во втором и третьем эшелонах ВСУ. Все это просто сломало систему корректировки огня.
«Ты не можешь давать цели в 20-30 км от фронта, если твои „крылья“ (дроны-разведчики самолетного типа — прим. ред.) сбивают в 3-7 км от ЛБС. У нас начался „крылопад“, а у нас, в принципе, нет столько „крыльев“, как у русских. Ограничение дальней разведки очень на нас повлияло. Очень усилился РЭБ. Мы видели разное, но такого количества средств РЭБ на этом участке — ну это уже за пределами», — рассказывает боец.
А дальше началась охота
Когда наш контур был готов, то началась вторая часть дуэли дроноводов. Матерые «рубиконовцы» начали системно выбивать дроны всех типов и охотиться за пилотами. «Срок жизни одной „Бабы-яги“ по вылетам кратно уменьшился. Если раньше некоторые дроны летали по 100 вылетов, то сейчас 10-15 вылетов на этом направлении — это уже неплохо. Иногда дронам даже не дают взлетать, сбивают FPV-шкой на взлетной площадке еще до взлета или сразу после взлета (с учетом того, что FPV-дрону нужно 7-10 минут, чтобы долететь до этой точки, это значит, что взлетает он сразу после того, как засекается борт)», — рассказывает о профессионализме наших воинов противник.
В итоге пилотов стали выбивать чаще, а это уже указывает на очень высокий уровень координации между разведкой, ударными подразделениями и частями РЭБ и РЭР. Также наши части начали больше сил отводить для задач дистанционного минирования и поражения логистики.
«Когда они завели эту систему под Покровск, то это дало результат. Кроме того, системного противодействия с самого начала не было организовано. Поэтому движение ВС РФ неустанно продолжилось. Они выбивают нас с наших позиций, заходят на них, перенастраивают и идут дальше. Мы же под давлением едва успеваем готовить новые оборонительные рубежи. Надо признать, что мы играем в хорошо подготовленную системную игру, навязанную противником, поэтому таковы результаты», — завершает рассказ противник.
Скоро будем замыкать «подкову»
Заслуженный военный летчик РФ, генерал-майор Владимир Попов считает, что в течение ближайших недель обстановка вокруг Покровска для ВСУ осложнится еще сильнее. В итоге противнику придется решать задачу — как доставлять в город резервы и боеприпасы.
«Мы особо не торопимся, потому что стремимся сохранить жизни наших солдат. Сейчас главная задача — обрезать пути снабжения, чем мы и занимаемся. Как только эти пути будут обрезаны, им придется решать — отступать из города или оставаться и погибать в окружении», — завершает эксперт.
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
