Ловить рыбу у берегов Африки полезно во всех отношениях — это и заработок для моряков, и усиление политического влияния на страны континента, сообщил корреспонденту aif.ru начальник отдела морских рыб европейских морей Всероссийского научно-исследовательского института рыбного хозяйства и океанографии (ВНИРО) Сергей Леонтьев.
Два судна института — «Атлантниро» и «Атлантида» — вернулись из Большой африканской экспедиции. За полтора года они обследовали моря вдоль западного и восточного берегов континента, чтобы выяснить, какую рыбу там можно добывать, в каком количестве, где и когда проще вести промысел.
«Подобных экспедиций не было уже больше сорока лет, — говорит Леонтьев. — Для многих африканских стран рыбная ловля — едва ли не основной способ добыть пропитание. И кто владеет рыбалкой, тот играет огромную роль в жизни прибрежных государств. Когда-то эти моря были зоной контроля СССР. Потом мы ушли, наше место заняли китайцы. Теперь Россия возвращается — наши траулеры смогут работать от Марокко до Гвинейского залива и вдоль восточного побережья Африки».
В ходе экспедиции ученые проводили траления, а потом тщательно исследовали и обмеряли то, что принесли снасти. Особенно богаты моря оказались на сардину и скумбрию, но и рыбы других видов там оказалось в избытке, как и ракообразных.
«Собрали огромный материал, его еще только предстоит проанализировать, — делится Леонтьев. — Сейчас вдоль Африки уже рыбачат наши северяне и калининградцы, например, в экономической зоне Марокко у России есть квота на 90 тысяч тонн биоресурсов. У нас часто спрашивают моряки: а где там ловить? Как? Кому и куда сдавать? С кем сотрудничать? Экспедиция дала ответы на многие из этих вопросов».
Перед отечественными рыбаками власти поставили ориентир — выйти на совокупный улов в 6 млн тонн рыбы в год. Африканский промысел, по оценке эксперта, может принести 300 тысяч тонн. С одной стороны, вроде и не очень много, только 5%. С другой — выбирая эту рыбу, мы не будем уменьшать запасы в собственных территориальных водах, моряки получат дополнительную работу и хороший заработок, а заодно Россия укрепит свое влияние на прибрежные государства — сплошные плюсы. К тому же на наших траулерах, уже ведущих промысел в регионе, в экипажах вместе с нашими работают местные рыбаки. Получается такая вот дружба народов и дипломатия на уровне кубрика.
«Сейчас компания-судовладелец продает рыбу еще в воде, до того как она будет поймана, — делится Леонтьев. — Именно поэтому особенно важно заранее знать, какие биоресурсы там есть и в каком количестве. А потом говорят капитану: привези нам одну тысячу тонн скумбрии и две тысяч тонн ставриды, например. И тот идет ловить. Потом привезет все это и сдает — в порт ли, на плавбазу. Разгрузит трюмы — и снова уходит на промысел».
Сейчас участники Большой африканской экспедиции вернулись домой, но ненадолго: уже летом они снова будут проводить исследования в водах Марокко и Мавритании, выполняя двусторонние договоры между государствами. «А что делать, жизнь у океанологов такая, дети без папы выросли», — шутит Леонтьев.
«Подобных по масштабу исследований в мире еще не было, — оценил проделанную работу глава Росрыболовства Илья Шестков. — Участники Большой африканской экспедиции подтвердили высочайший уровень компетенции, ответственности и выдержки. Задачи реализовали, подошли к финалу с важными результатами для науки и развития промысла. За время экспедиции суда прошли 76 тысяч морских миль, собрали данные для устойчивого рыболовства, в том числе и для нашего промысла. Власти Марокко уже согласовали квоты для российских рыбаков, с остальными государствами переговоры продолжаются».
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
