4205

Здесь боятся деревьев. Как живёт Верхняя Верея после пожарного лета 2010-го

Сюжет Лесные пожары на Дальнем Востоке
© / Григорий Сысоев / РИА Новости

В июле 2010 года у всей страны на слуху оказалось красивое название доселе никому не известной деревушки — Верхняя Верея. Раньше она называлась Гибловкой из-за близости торфяных болот. Имя оказалось пророческим. Трагедия, которая произошла в Нижегородской области, потрясла многих: лесной пожар уничтожил около 350 домов, погибло более 20 человек, без жилья остались сотни погорельцев. Вся страна через интернет следила за стройкой, которая развернулась на пепелище. И вот четыре года верхневерейцы живут в заново построенной деревне.

Здесь не растут деревья

Чем ближе к Верхней Верее, тем больше становится пространства, небо кажется ближе, а растительность встречается всё реже. Там, где раньше был лес, после пожара 2010-го ничего не осталось. Кажется, что находишься посреди степи, в которой изредка мелькают низкорослые чахлые деревца. Не видно деревьев и в самой деревне: за аккуратными заборами вокруг почти игрушечных домов нет ни яблонь, ни груш, ни слив, обычных для садов Нижегородской области.

В 2010 году лесные пожары практически полностью уничтожили село Верхняя Верея
В 2010 году лесные пожары практически полностью уничтожили село Верхняя Верея. Фото: РИА Новости / Алексей Дружинин

«Так ведь за сто метров вокруг деревни спилили все деревья, думали, что пожар не дойдёт, — округло выговаривает слова пожилая женщина на остановке с вывеской «Верхняя Верея». — Не помогло. Да и в самой деревне всё выгорело. С тех пор, конечно, сажаем что-то потихоньку, но в основном рассаду на огороде. Опасаемся мы деревьев, беда от них одна».

Верхняя Верея. 2010 год
Верхняя Верея. 2010 год. Фото: РИА Новости / Алексей Лебедев

Анна Петровна Кулева — бывший местный почтальон, на пенсии. По её словам, всю жизнь прожила в деревне, сорок лет проходила с сумкой, разнося почту односельчанам.

Деревья в деревне не сажают
Деревья в деревне не сажают. Фото: АиФ / Эльфия Гарипова

«Знала тут каждый дом, — вздыхает Анна Петровна, — у кого побогаче был, у кого поскромнее. Все их пожар уничтожил, как корова языком слизнула. Вместо них новых домов нам понастроили». Женщина машет рукой в сторону, противоположную от автобусной остановки: «Вот и церковь нам заново выстроили, дай всем Бог здоровья. Красавица какая!»

Церковь в Верхней Верее
Церковь в Верхней Верее. Фото: АиФ / Эльфия Гарипова

Новый православный храм трудно не заметить. От него во все стороны расходятся пустынные улицы с рядами почти одинаковых домов.

«Сейчас огород у меня есть, а деревья не сажаю, — рассказывает бывший почтальон. — Испугались мы пожара так, что иногда думаешь: не ровен час загорится опять, ведь с деревьев на дом огонь перекинется. А я живу с глухонемым сыном-инвалидом. Боимся мы».

«Воды-то у нас полно»

На остановке собираются местные пенсионеры — обсудить последние новости. Все сошлись во мнении, что лето выдастся жарким, может, опять где-то полыхнёт. Пенсионер Александр Капитанов пожара не боится: воды в Верхней Верее достаточно, ведь дома обеспечены централизованным водоснабжением. До пожара такого не было. Хотя, по его мнению, строители не всё сделали, как надо.

«Вот говорят, что нам всем выдали планы канализации дома, — сетует Капитанов. — Только ни у кого их нет. У тебя есть, Петровна?»

«Нет», — беззаботно откликается Анна Кулева, поддерживая соседа.

«По проекту, каждый дом стоит 2 миллиона 150 тысяч рублей, — говорит Капитанов, — и он должен быть обеспечен и канализацией, и трёхсекционными водяными колодцами. А у нас вкопали у домов водяные бочки и воду подключили напрямую от магистрали. Чтобы при прорыве в доме не было утечки воды и не затапливало подвалы, мы ставили краны за свой счёт».

Анна Кулева сорок лет проработала почтальоном
Анна Кулева сорок лет проработала почтальоном. Фото: АиФ / Эльфия Гарипова

Немного посудачив, пенсионеры приходят к выводу, что, хотя с системой водоснабжения не всё как хотелось бы, но вода есть постоянно. И для верхневерейцев это главное.

«Теперь если пожар и возникнет, — рассуждает Александр Капитанов, — так разве что от брошенной спички, сигареты или сам случайно огонь разожжёшь. Да и загасить есть чем».

Старушки одобрительно кивают головами: «Теперь-то если пожар, то сами виноваты будем».

На автобусной остановке местные пенсионеры, среди них Александр Капитанов
На автобусной остановке — местные пенсионеры, среди них Александр Капитанов. Фото: АиФ / Эльфия Гарипова

МЧС приезжает даже в грозу

В будний полдень в Верхней Верее трудно встретить людей на улице: все на работе.

За прилавком местного магазина приветливо улыбается кареглазая девушка. Это заведующая — Яна Маркина. Она понимает, если случится пожар, мало не покажется: на небольшой торговой площади полным-полно легковозгораемых предметов. Тут и продукты питания, и хозяйственные товары. Поэтому к правилам пожарной безопасности она относится серьёзно.

Один из оплотов цивилизации местный магазин
Один из «оплотов цивилизации» — местный магазин. Фото: АиФ / Эльфия Гарипова

«У нас люди, конечно, напуганы произошедшим, — рассказывает Яна, между делом отпуская товар зашедшей за покупками односельчанке. — Но МЧС нас не забывает. Бывает так, что летом в грозу жители сразу звонят в службу спасения, чтобы выехали и проверили, нет ли где возгораний. Приезжают пожарные очень быстро, проверяют».

В деревне есть большой Верхневерейский пруд и на нескольких улицах пруды поменьше. У каждого дома стоят противопожарные колодцы. Раньше такого не было. Теперь пожарным машинам есть где заправиться, если своя вода у них закончится.

Яна Маркина верит в профессионализм местной МЧС
Яна Маркина верит в профессионализм местной МЧС. Фото: АиФ / Эльфия Гарипова

Пожарная часть находится в рабочем посёлке Виля, километрах в пяти от Верхней Вереи. По словам начальника Южного территориального управления городского округа Выкса Людмилы Лизуновой, пожарные машины преодолевают это расстояние в течение семи минут. Недавно в Верхней Верее проводили учения, по деревне с рупором разъезжали сотрудники пожарной охраны и рассказывали, как себя вести при пожаре. Такие профилактические противопожарные мероприятия проходят в деревне почти ежемесячно.

Анна Кулева хитро прищуривается, припоминая противопожарные учения: «Приезжал к нам пожарный инструктор из Вили, Леонтием Максимовичем кличут. Хороший человек, так складно рассказывает, что сама бы в пожарные пошла!»

Людмила Лизунова даёт последние наставления пожарному инструктору Леонтию Самарову
Людмила Лизунова даёт последние наставления пожарному инструктору Леонтию Самарову. Фото: АиФ / Эльфия Гарипова

Вертолёт приземлился прямо в огороде

На остановке около магазина несколько школьников с цветными ранцами ждут автобус. В Верхней Верее своей школы нет, дети участся в соседнем селе Проволочное в новой школе. Степан Морозов учится в 7 классе, Дима Шевырков и Лиза Полина — в третьем. Едут учиться во вторую смену. Степану вспоминать про пожар не хочется: он осекается, словно натыкается в памяти на что-то страшное, и замолкает. Диме и Лизе в 2010 году было по пять – шесть лет, поэтому они помнят о пожаре больше со слов взрослых. Улыбчивый Дима охотно рассказывает, что бы он сделал, если бы увидел возгорание.

Верхневерейские ученики ездят в школу на автобусе
Верхневерейские ученики ездят в школу на автобусе. Фото: АиФ / Эльфия Гарипова

«Надо сразу звонить пожарным по 02 или 911, — объясняет мальчик, — у нас же есть сотовые телефоны. А ещё надо всех соседей предупредить: вдруг они ничего не знают».

Девочка Лиза оказывается с чувством юмора. Она рассказывает почти фольклорную историю о том, как тогдашний премьер-министр Владимир Путин прилетал в Верхнюю Верею.

«Путин прилетел на вертолёте, — говорит девочка Лиза, — и приземлился на бабушкин маленький огород. Он зашёл к нам в дом, извинился. И потом пошёл по своим делам».

Жители Верхней Вереи помнят, что нынешний глава государства посещал деревню дважды — следил за строительством домов.

 Верхняя Верея звучит лучше, чем Гибловка
«Верхняя Верея» звучит лучше, чем «Гибловка». Фото: АиФ / Эльфия Гарипова

Иконы — на всякий случай

Пенсионерка Любовь Нерадовская живёт в новом доме с внучкой Таней, её мужем Андреем и их маленьким сыном. В 90-х Любовь Ивановна приехала в Нижегородскую область с Урала, поближе к родне мужа. Вместе они вырастили четверых детей. Когда в округе начались пожары, зять Любови Ивановны ходил с другими добровольцами тушить. Старый дом женщины стоял недалеко от торфяных болот. Семья всегда опасалась, что торфяники могут загореться — так и случилось.

Любовь Нерадовская на кухне своего нового дома
Любовь Нерадовская на кухне своего нового дома. Фото: АиФ / Эльфия Гарипова

«Поздно вечером мы уже собирались лечь спать, — вспоминает Любовь Ивановна, сложив руки на кухонном столе, — как вбегает в дом зять и кричит: «Там всё горит, это дорога в ад!» Было очень страшно: тьма, а над деревней идёт большой огненный шар. В чём были, в том и выбежали на улицу: я в старом халате и сланцах. Успели доехать до соседнего села, а там нам говорят: „Всё, Гибловки нет“».

По словам Любови Ивановны, накануне пожара односельчане совершили крестный ход вокруг села — не помогло. Но пенсионерка всё равно держит дома иконы, ведь говорят, один из домов удалось спасти с помощью святого образа.

Иконы стоят в углу на кухне на всякий случай
Иконы стоят в углу на кухне — на всякий случай. Фото: АиФ / Эльфия Гарипова

«Как пожар начался, хозяйка обошла вокруг дома с иконой Божией Матери «Неопалимая купина», — поясняет Любовь Нерадовская. — И её дом уцелел».

Дома в Верхней Верее строили рабочие из разных городов России, а также таджики, туркмены и турки. Любови Ивановне новый дом возводили оренбуржцы. Он ей нравится: три комнаты, погреб, вода и газ подведены, при доме — участок под огород.

«У нас в доме всегда тепло, мышей нет, — рассказывает Любовь Ивановна, прибираясь на столе. — Одна проблема: весной погреб заполняется водой. Как нам объяснили, надо ждать несколько лет, пока грунтовые воды не найдут своё русло. Приходится откачивать. От сырости у маленького правнука бывает сильная аллергия».

Так выглядит типичный дом в деревне Верхняя Верея
Так выглядит типичный дом в деревне Верхняя Верея. Фото: АиФ / Эльфия Гарипова

Любовь Ивановна считает, что после пожара жизнь в деревне сильно изменилась. Например, почти перестали держать коров: пастбища выгорели. Теперь некуда сходить по ягоды и грибы: не стало леса, куда наведывались целыми компаниями. Некоторые и подрабатывали, продавали лисички. Общаться, по мнению Нерадовской, люди тоже стали меньше: возможно, это связано с тем, что в Верхней Верее появились дома для погорельцев из соседних сёл. К ним ведь ещё привыкнуть нужно: в деревнях не один год пришлых чужаками считают.

«Теперь сидим дома, как в городских квартирах, — вздыхает пенсионерка. — Сейчас дома новее, а раньше жить было веселее. Но тут уж не правительство виновато: оно-то как раз нам помогло».

Любовь Ивановна с улыбкой вспоминает приезд в Верхнюю Верею Владимира Путина.

«Я тогда с детьми дома сидела, — смеётся пенсионерка, — и на саму встречу с ним пойти не смогла. Только издали смотрела, как он приехал на автобусе. И когда Путин вышел, я посылала ему воздушные поцелуи».

Оставить комментарий (0)

Самое интересное в соцсетях

Топ 5 читаемых



Самое интересное в регионах
Новости Москвы