«Виталик часто спрашивает про папу. Говорю, что он вернётся, когда всех победит. А сама решила: чего зря сидеть, буду нашим ребятам помогать. Пеку для солдатиков пироги, делаю колбасу домашнюю и много чего другого», — рассказывает Людмила Герасимова.
С октября прошлого года её муж Николай числится пропавшим без вести. Воевать он пошёл добровольцем и пропал во время боевой задачи. Но его семья в Херсонской области не теряет надежды, что папа и муж вернётся домой.
Оливье на позицию
Людмила просыпается рано. Забот у женщины невпроворот: замеситьтесто, поставитьвариться бульон, накормить завтраком младшего сына Виталика и отвести его в детсад. К обеду нужно успеть приготовить первую партию пирожков с картошкой для российских бойцов, которые стоят лагерем неподалёку от села. Здесь, в Верхних Серогозах, на севере Херсонской области, до фронта несколько десятков километров. К обеду должен застыть холодец — он тоже отправится прямикомна позиции. И ещё нужно успеть подготовить мясо на колбасу.
«Я подумала в какой-то момент: а как ещё наших подбодрить? — рассказывает женщина. — Мне показалось, что нет ничего лучше вкусной домашней еды. Начала с простого — всякая выпечка. Пирожки, чебуреки, беляши расходятся на ура. Помню, как один паренёк, молоденький совсем, съел две сосиски в тесте и сказал: „Аведь у меня мама в Сибири тоже такие печёт. Прям как будто дома побывал“. Это была лучшая оценка. Потом решила испечь им большой пирог с яблоками и написала там красиво: „Берегите себя“. Они правда обрадовались — у них даже глаза по-другому заблестели. Конечно, я понимаю, да и ребята мне сами много раз рассказывали, что со снабжением у них нет никаких проблем. Но тут ведь речь не столько про еду, сколько про ощущение домашнего уюта. Помню, как на этот Новый год они сами попросили меня сделать им целый тазик оливье, продукты принесли. Я, наверное, полночи не спала, но всё сделала. Уверена, что даже в блиндажах благодаря моему салату солдатам получилось хоть на чуть-чуть, пусть даже мысленно, но побывать дома. Конечно, весть про мою стряпню очень быстро разлетелась по позициям. Стало понятно, что надо расширять производство. В ход пошли соленья, домашняя аджика — по маминому рецепту. А весной я начала выращивать бройлеров. На фронт отправляю это уже мясом: 40 килограммов недавно отдала, да ещё несколько зажаренных курочек отгрузила. Мальчики очень хвалили».
Всем миром
Я слушал рассказ этой простой сельской женщины и всё равно не мог понять до конца, как ей одной удаётся тянуть хозяйство и при этом снабжать бойцов такой важной «душевной гуманитаркой»? Постоянной работы у Людмилы нет, но она получает пособие от государства на воспитание маленького Виталика. При украинской власти о такой поддержке можно было только мечтать. Активно помогают односельчане, а старшая дочь Мария, что живёт в Ростове-на-Дону, периодически присылает деньги.
«У меня две дочки, обе в Ростове. Машенька замужем, сейчас в декрете. Средняя, Вика, тоже недавно родила — вот только ребёночек родился больной: проблема с ножками. Они в городе у врача наблюдаются. Конечно, там, сами понимаете, своих проблем выше крыши, но всё равно иногда помогают мне. А вообще скажу как есть: взяла небольшой кредит, на эти деньги закупаю продукты, из которых потом готовлю солдатикам. Это я, наверное, в своего папу пошла... Он у меня мог последнюю рубашку отдать ближнему. Да и сами бойцы в долгу не остаются: возят нам гуманитарную помощь — воду питьевую, крупы, сахар, тушёнку. Мне вот забор новый помогли поставить. Обещали ещё дровишек подкинуть для печки. А ещё у меня очень хорошие соседи. Помогают мне достроить веранду... Короче, я всегда знала, что мир не без добрых людей».
Людмила говорит, что ВСУ в последнее время часто терроризируют сельчан беспилотниками: «Они в основном на Мелитополь летят, а у нас их сбивать пытаются. Иной раз по несколько часов в засаде могут сидеть. А я время выберу, когда поспокойнее, и отнесу солдатикам что-нибудь вкусненькое — тех же самых пирожков. Иной раз так думаю: может, моя стряпня им врага лучше бить помогает?»
Куда уехал папа?
И всё-таки сколько ни крути тесто, но пустоту в душе, что осталась с того дня, когда пришла та самая бумага, ничем не заполнить.
«Мне 38 лет, а Коля постарше — ему 43. Познакомились мы в Кирилловке, это такой посёлок в Запорожской области. Он приехал отдыхать на Азовское море. Вы знаете, и наше знакомство некоторым образом связано с кулинарией... Я приготовила ему свой фирменный борщ. А он потом часто шутил, что этим блюдом я его приворожила, настолько борщ был вкусный. Мы поженились, родили дочерей. Жили, конечно, небогато, но муж всегда деньги домой приносил. Работали на полях в основном: сеяли, собирали урожай», — рассказывает Людмила.
Людмила вспоминает, как Николай прошлой осенью объявил ей, что решил подписать контракт. «Прямо так и говорил: „Вот, настал и мой черёд повоевать. Пацаны, мужики своими жизнями рискуют, за меня в том числе. Не дело это — за их спинами отсиживаться“. Я переживала, но и отговаривать его не хотела. Когда наступил день отъезда, конечно, кошки на душе скребли. Обнялись на прощание, Виталик папу поцеловал. Так и уехал наш кормилец», — вспоминает женщина.
В ночь перед той самой задачей, с которой Николай не вернулся, он звонил Людмиле и предупредил, что может долгое время не выходить на связь. К сожалению, вместо звонка от любимого человека пришла официальная бумага.
«Погибшим его пока не признают. И в этом, наверное, главная надежда для нас всех. Может, он в плену, а может, ещё что-то... война всё-таки. У меня, к сожалению, прервалась связь с его непосредственными командирами. Их тоже понять можно: столько задач. Может, статья эта как-то внесёт ясность... Больше всего жалко нашего сынишку Виталика. Он папу очень любит. Как говорит: „Папа уехал на бум-бум“. Маленький, четыре годика, а уже всё понимает. Они с Колей всё всегда вместе делали, у меня и видео на телефоне остались. Вот,например, как папа с сыном в огороде грядки пропалывают, как мебель таскают. Что бы там дальше ни было, но уверена, что Виталик через всю жизнь пронесёт одну простую истину: его отец — настоящий герой», — вздыхает Людмила Герасимова.





