«Украина стала поприщем всемирных исторических действий, на её бескрайних просторах решается сегодня судьба не только самой Европы, но и целого мира...» — с пафосом писала киевская газета «Украинское слово» в последних числах сентября 1941 года.
И гитлеровские приспешники не ошиблись. В эти дни в одном из урочищ вблизи оккупированного Киева действительно творилась трагедия исторического масштаба, а название самого места стало всемирно известным синонимом леденящего ужаса.
Бабий Яр. Только 29 и 30 сентября 1941 года здесь убили 33 771 человека — эта цифра фигурирует в отчёте, высланном в Главное управление имперской безопасности нацистской Германии. Правда, туда не вносили уничтоженных малышей в возрасте до трёх лет. Их просто не считали. По числу единовременных жертв это самая крупная акция уничтожения, проведённая нацистами в ходе Второй мировой войны. Недаром в своём кругу они называли Бабий Яр «гросс-акцией», продолжая массовые убийства и далее.
Технология убийства
Отчёт был отправлен в Берлин 2 октября, и в него не попали дальнейшие результаты продолжавшейся «гросс-акции» — первая серия расстрелов в Бабьем Яре в общей сложности унесла жизни около 52 тысяч человек. Дальше дело было поставлено на конвейер — до осени 1943 года, когда Киев был освобождён частями РККА, в Бабьем Яре было убито до 150 тысяч евреев, цыган и советских военнопленных разных национальностей.
Но первые дни всё-таки стоят наособицу. Там была отработана технология массового убийства. Её автор, «высший фюрер СС и полиции «Россия-Юг» обергруппенфюрер СС Фридрих Еккельн, находился в Киеве с 25 сентября. Свой способ убийства людей он цинично называл «укладка сардин». Выглядело это так. Первые жертвы плотными рядами укладывались на грунт лицом вниз. Им стреляли в затылок, присыпали землёй, на них укладывали следующий ряд, и всё повторялось.
Еккельн и его команда опробовали этот метод не раз — за август 1941 года они уничтожили около 44 тысяч человек. До совершенства «укладку сардин» довели в каменецподольской резне, где с 27 по 29 августа 1941 года было убито 23,6 тысячи человек. Подавляющее большинство несчастных — около 18 тысяч человек — были евреями, депортированными из Венгрии.
Местные пособники
Но их убивать было проще — люди уже находились под стражей. В Киеве же условия для массового убийства ещё надо было создать. Население города, в который гитлеровцы вошли 19 сентября, и так боялось оккупантов.А после первых расправ будущие жертвы могли попрятаться. Нужно было сделать так, чтобы киевским евреям было некуда бежать. А ещё лучше, чтобы они добровольно явились на заклание.
Для этого 21 сентября в городе появляется команда украинской полиции во главе с Богданом Коником. 23-го числа — «казачья сотня» Ивана Кедюлича. Чуть позже — «Буковинский курень», подразделение Организации украинских националистов (запрещена в России). А ещё командование 454-й охранной дивизии вермахта попросило прислать «обученных украинских вспомогательных полицейских, часть из которых должна быть знакома с киевскими условиями».
Они и расклеили по городу 2 тысячи листовок с печально известным предписанием: «Все жиды города Киева и его окрестностей должны явиться в понедельник, 29 сентября 1941 года к 8 часам утра на угол Мельниковой и Доктеривской улиц...» А комендант украинской полиции в Киеве Орлик подписал не менее известный «наказ № 5», обязывающий всех домоуправов сообщить о проживающих в их домах евреях, коммунистах и сотрудниках НКВД в течение 24 часов.
Ещё печальнее, что с помощью тех, кто «знаком с киевскими условиями», был распущен слух, согласно которому евреев собираются куда-то переселять. С одной стороны Бабьего Яра находилась железнодорожная станция Лукьяновка-Товарная, а с другой — пассажирский пункт Сырец, и многие приняли слух за чистую монету. Вот что вспоминал Василий Михайловский, которому тогда было 3 года и которого ещё звали Цезарем Кацем: «Дворничиха привела двух полицаев. Уходя, сказала няне Наде: „Жидёнка завтра в Бабий Яр веди!“ Мы шли от площади Калинина в сторону Лукьяновки. Все были радостные. Говорили, что наспереселяют в Палестину. Мне казалось, что идём на парад, как в Первомай...»
«Боялся полицаев»
Цезарю повезло — близ КПП его вместе с няней выдернули из толпы: «Наверное, увидели, что не еврейка... Потом кто-то подсказал Наде, что есть приют для бездомных детей». Главврачом в этом приюте была Нина Гудкова — она спасла не только Цезаря, сменившего после усыновления имя, но и ещё 11 еврейских детишек.
А вот что увидела Дина Проничева, одна из немногих, чудом спасшихся в Бабьем Яре: «Немцы били людей с двух сторон.Если кто-нибудь падал, на него спускали собаку, которая рвала вещи, тело, человек поневоле поднимался и бежал вниз, а там попадал в руки украинских полицаев, которые раздевали людей донага, причём били ужасно, куда попало и чем попало. Люди на расстрел шли совершенно окровавленные».
Её свидетельства сходятся с показаниями шофёра зондеркоманды «4а» Фрица Хефера: «Прибывавших евреев — мужчин, женщин и детей — встречали полицаи и направляли к тому месту, где те должны были по очереди складывать свои пожитки, пальто, обувь, верхнюю одежду и даже нижнее бельё. Когда они подходили к краю оврага, их хватали и укладывали на трупы уже находившихся там расстрелянных». Расправа часто творилась полицаями ещё в преддверии этого ада расстрела. Вот свидетельство Михаила Сыдько: «Меня и Гришу оторвали от мамы и включили в группу детей. Клара увидела меня, подняла ручки: „Миша, хочу на ручки!“ Побежала к нам. Полицай догоняет её — бах по башке сверху, она упала. Он каблуком её — бац на грудь — задавил! Мама это увидела — в обморок. Он застрелил её на моих глазах... Все два с половиной года, что я жил в оккупированном Киеве, я немцев не так боялся, как боялся полицаев»
Между подвигом и предательством
Нина Гудкова и ещё 2713 человек на территории Украины получили звание «Праведник народов мира» от израильского института Мемориального комплекса истории Холокоста «Яд ва-Шем». Всего же в назначенный день к Бабьему Яру не явилось 17 тысяч одних только киевлян. Но на них в местную полицию поступало столько доносов, что их не успевали обрабатывать. А газета «Украинское слово» пафос не снижала. Разумеется, о страданиях замученных там не было ни строчки. Зато воспевались «подвиги» полицаев: «В их глазах отражаются ответственность и понимание того тяжёлого задания, которое поставлено перед ними».
Дина Проничева, чудом спасшаяся в Бабьем Яре, в 1946 году выступала свидетелем на Киевском процессе над палачами Бабьего Яра.
Часть оврага Бабий Яр, где наступающая Красная армия обнаружила тела 14 тысяч мирных жителей, убитых нацистами, 1944 год.
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
