Регина Гуфранова, жительница Уфы, бесконечно благодарна московским врачам, которые спасли её 66-летнюю маму Луизу. Три года назад та зацепилась ногой о металлические ворота, когда закрывала их. Сначала домашние подумали — просто кожная рана. Но оказалось, что травма настолько серьёзная, что женщина могла потерять возможность ходить. Снаружи-то царапина, а внутри...
В родном городе после четырёх операций медики развели руками: «Всё слишком сложно, нога никогда уже не восстановится». Регина тогда возмутилась: «А что же делать? Мама не может ходить, ей больно!» Врачи по-настоящему ей сочувствовали, но сделать ничего не могли: артерии не функционируют, медицина бессильна. Регина выслушала приговор, но не сдалась: она повезла маму в Москву, где в отделении гнойной хирургии ГКБ № 67 имени Л. А. Ворохобова ей провели сложную, но тем не менее успешную операцию. Сейчас про те события Регина вспоминает с улыбкой.
Перелом после разрыва
Хотя всего несколько месяцев назад ей было совсем не до смеха. Травма, сперва казавшаяся просто глубоким порезом, оказалась разрывом сухожилия. Этот диагноз поставили не сразу. Сначала просто осмотрели и сказали лечить рану обычными антисептическими средствами. И получается, что в тот момент, когда надо было срочно делать операцию, чтобы нога не утратила подвижность, Луиза просто заливала разрыв перекисью водорода. И последствия не заставили себя ждать.
«Всё закончилось тем, что нога настолько ослабла, что мама её сломала, — вспоминает Регина, — перелом шейки бедра. Ей сделали операцию и поставили специальные болты, чтобы она смогла ходить. Тогда-то мы и узнали, что мамина травма — совсем не то, что нам сказал первый врач».
Разумеется, семья тут же начала действовать. За последующие два года Луизе сделали четыре операции. Снимали с бедра лоскут и закрывали травмированную зону. Только результатов усилия медиков, к сожалению, не принесли.
«Пару месяцев назад после очередной операции хирург развёл руками, — вспоминает дочь пациентки. — Сказал, артерии отмерли и восстановить кровоток на поражённом участке не представляется возможным. Я тогда возмутилась: маме пришлось уволиться с работы, она элементарно не могла ходить, хотя до этого всё свободное время занималась спортом... Врач покачал головой: «Увы!»
Но Регина не хотела смиряться, поэтому они с мамой собрались и поехали в Москву, в отделение гнойной хирургии ГКБ № 67 имени Л. А. Ворохобова, которое посоветовал им один из врачей. Сказал: если помогут, то только там.
«Когда я увидела нашего врача, Сергея Юрьевича Слепнёва, я сразу поняла, что он нам действительно поможет, — признаётся Регина. — Бывают такие люди, которым сразу хочется доверять. Вот ему мы поверили сразу».
Заведующий отделением гнойной хирургии ГКБ № 67 долго разбираться в выводах коллег из Уфы не стал. Вместо этого срочно собрал консилиум и обсудил со специалистами, мнению которых доверял: случай-то очень непростой. Первое же сделанное УЗИ заставило пациентку всплеснуть руками: оказалось, что артерии прекрасно функционируют.
«Нам сразу же сказали, что мама будет ходить, — вспоминает Регина, — и, хотя процесс восстановления займёт определённое время, всё в итоге будет хорошо. Просто нужна сложная операция».
Как по минному полю
Во время консилиума Регина стояла рядом с мамой, слушала врачей и задавала вопросы, если было что-то неясно. Такую доступность московской медицины она считает огромным её плюсом.
«Всё не так, как когда-то, когда врачи совещались за закрытыми дверями, а пациенты переживали и не знали, что и думать, — объясняет уфимка. — Всё рассказывают, объясняют. После консилиума ни у меня, ни у мамы не было ни одного вопроса».
Через два дня Луизу взяли на операцию. Лечение подобных пациентов требует участия хирургов, владеющих реконструктивной пластической хирургией. Главной особенностью данного случая стало использование сурального лоскута — метода, который позволяет закрывать сложные дефекты тканей в области пятки и ахиллова сухожилия за счёт собственных хорошо кровоснабжаемых тканей пациента. Такая методика применяется при хронических незаживающих ранах, когда обычная кожная пластика уже неэффективна.
«Подобные хронические раневые дефекты представляют серьёзную проблему, особенно если ранее уже предпринимались безуспешные попытки хирургического лечения, — объясняет Сергей Слепнёв. — В таких ситуациях важно не просто закрыть рану, а восстановить полноценное кровоснабжение тканей. Именно поэтому мы применили реконструктивную пластику суральным лоскутом. Послеоперационный период прошёл спокойно, лоскут полностью прижился, признаков осложнений не возникло. Сегодня пациентка выписывается с восстановленной целостностью тканей и благоприятным прогнозом».
Жительницы Уфы не могут нарадоваться результату лечения: нога наконец заживает, чудовищная рана затягивается.
«Врачи дома говорили, что Сергей Юрьевич сделал просто потрясающую работу, прошёлся по маминой ноге, как по минному полю, — аккуратно, бережно, скрупулёзно и ничего не упустив, — благодарна Регина. — Сейчас мама уже практически восстановилась. И теперь ждёт не дождётся, когда сможет пойти снова с внуками в их любимую баню».
Врач с большой буквы
В книге отзывов отделения есть теперь запись, от которой врачам становится теплее на душе: «Сергей Юрьевич! Огромное вам спасибо за ваши золотые руки, чуткое отношение, оперативное лечение. Вы сделали настоящее чудо. Нам вынесли приговор, что рана никогда не заживёт и нет смысла делать операцию. Вы настоящий врач с большой буквы и с добрым сердцем. Крепкого вам здоровья, вашим близким счастья и всех благ. Пусть ваше добро вернётся к вам в миллион раз больше!»
Её написала Регина. И таких благодарных пациентов, как она, у столичных медиков не счесть
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
