Примерное время чтения: 10 минут
195

Герман Пятов: Управляемый синтез людей

Юра Макаров – круче, чем я. Нет, это не комплекс величия, в мире есть миллионы людей круче, чем я. Но Юра Макаров – в свой двадцать один год - круче, чем я в свои сорок четыре. Я так думаю. И еще Юра рос в детском доме.

Юра Макаров женат, у него уже есть сын. Юра в совершенстве освоил ремесло мебельщика, и у него собственный бизнес. Несмотря на то, что все это в провинции, на отсутствие заказов Юра не жалуется.

Как все начиналось

Примерно лет 7-8 назад, году в 2003-м, я привез в детский дом-школу г. Шуя Ивановской области образец самого примитивного стеллажа. Стеллаж состоял из досок, соединенных стяжками на евровинтах. Его было просто не только собрать, но и сделать самому с нуля. В придачу к стеллажу я привез полный комплект ручных и электрических инструментов – ножовок, стамесок, отверток, молотков, пассатижей, дрелей, двуручных фрез, лентошлифовальных машин.

Выбор стеллажа в качестве образца был не случаен: в детдоме катастрофически не хватало мебели для хранения и воспитанникам просто негде было хранить свои вещи. Мы, команда www.murzik.ru, конечно, в состоянии были просто купить им шкафы на весь детдом и не мучаться с программой «сделай себе мебель своими руками», которая у нас проходила под красивым названием «Мурландское жизненное пространство». Но я чудовищно ленив, поэтому стремлюсь к тому, чтобы любое телодвижение – моё или команды – давало не один эффект, а несколько.

В случае, когда сироты делали себе стеллажи, мы получали следующие полезные эффекты:

1. Сироты были заняты. В то время, которое они делали мебель, они гарантированно не нюхали клей, не курили и не искали себе приключения на пятую точку.

2. Сироты получали необходимую мебель.

3. Мы экономили деньги: стоимость самодельной мебели была в 2-3 раза ниже, чем при ее покупке.

4. Сироты получали полезный навык, который им пригодится в жизни.

5. Создавая полезный конечный продукт, дети повышали свою самооценку. Многие из вас сталкивались с тем, что на уроках труда заставляют делать никому не нужную ерунду – вытачивать какие-то балясины или другие бесполезные вещи. Совсем другое дело – готовый стеллаж, кровать или обеденный стол, сделанный из массива дерева своими руками.

6. Опыт создания мебели своими руками сыграл роль в выборе сиротами профессии.

7. Воспитанники, сделавшие мебель своими руками, не только сами бережнее относились к ней, но и другим не давали её ломать.

Вот почему, когда администрация очередного детского дома или интерната для сирот просит нас помочь мебелью, мы всегда предлагаем им эту программу. К сожалению, должен констатировать, что подавляющему большинству директоров сиротских учреждений ничего не нужно, только «дай, дай, дай». Из 150-и сиротских учреждений, которым мы оказываем помощь, едва ли 10 работали или работают по этой программе. Хотя, я считаю, мы создаем просто шоколадные условия для ее реализации: мы все им обеспечиваем под ключ – только прими решение. На наши деньги мы закупаем все необходимое – ручной и электроинструмент, фурнитуру, морилку, лак, и, конечно, древесину. Мало того, мы оплачиваем работу наставника, понимая, что сами по себе сироты делать ничего не будут – их нужно учить и контролировать.

Таким образом Юре Макарову повезло первый раз. Он научился держать инструменты и делать своими руками пусть простую, но вполне годную к использованию мебель.

Свободное «плавание»

Потом везение, вроде бы, кончилось: администрация детского дома почему-то сочла его переростком (почему, я до сих пор не знаю) и задалась целью побыстрее его выпустить из детского дома. Юру заставили экстернно пройти два класса за один год и хотели отдать в профтехучилище на штукатура – даже без полного среднего образования. Вот что рассказывает сам Юра:

- Я всегда учился хорошо, «4» и «5» у меня, в основном «5» даже. И мне сначала в карточке вообще написали «штукатур-маляр», а это профессия двухгодичная, даже без полного среднего образования. То есть, я выхожу просто штукатуром, и неполное среднее образование. Я стал просить, чтобы мне… Мне сказали: «Без «троек» сдашь экзамены, тогда пойдешь. Не сдашь – пойдешь штукатуром-маляром. Я сдал, естественно…и меня послали на столяра...

Вообще-то он мечтал стать юристом, но в его случае это была вообще утопия. Как видите, ему и за возможность стать столяром пришлось биться.

Вообще, в Ивановской области с этим беда – сирот пихают после выпуска куда придется, не особо интересуясь их предпочтениями, чего не скажешь о других областях, к примеру, Смоленской. Департамент образования Смоленской области дает сиротам возможность выбора места дальнейшей учёбы где угодно, хоть в Москве, и у меня есть реальные примеры успеха, но об этом в другой раз.

Влиять на такие вещи сложно даже для нас: сироты находятся в полной власти государства в лице директоров сиротских учреждений, которые являются их законными представителями-опекунами.

Я не берусь представлять себе, как бы сложилась в дальнейшем судьба Юрия. Парень он весьма самодостаточный и, вероятнее всего, не пропал бы; но то, что получилось так, как получилось, это однозначно удачное стечение обстоятельств, которое Юра смог грамотно использовать.

Прошел примерно год после его выпуска, и мы с командой навестили их в общежитии при училище, в которое их направили.

Я честно скажу: я не имею возможности отслеживать судьбу каждого выпускника, это нереально. Но тут сыграли роль два обстоятельства: во-первых, у меня было особое отношение к детскому дому-школе Шуи, потому что там и коллектив, и дети были очень хорошие, и, во-вторых, Юра был отправлен в это училище не один, там было четверо ребят из его выпуска. Второе обстоятельство сыграло роль счастливой случайности, т. к., будь он там один, я бы вряд ли приехал – невозможно объезжать всех воспитанников по одному, если они в разных местах. Ведь только в одном этом детдоме в выпуске того года было 20 человек.

Когда я навестил ребят, они рассказали мне о своих трудностях. Вместо положенных денег на питание им предоставляли питание в столовой, которого явно не хватало. Вместо положенных денег на одежду им предоставляли одежду, стоимость которой была в 2-3 раза завышена. Наличными они получали только стипендию, а это было всего рублей 200-300, т. е. даже на проезд не хватало. Я посоветовал парням не ждать милостей от государства, а найти себе подработку, лучше всего – по будущей специальности, в какой-нибудь мебельной фирмочке. Двое из четверых последовали совету, после чего их денежно-материальные проблемы рассосались.

Устроившись на работу, мои подопечные убили двух зайцев: и деньги стали зарабатывать, и, что важнее, стали получать новые знания и навыки по выбранной профессии. В училище, после того как они окончили первый курс, никто не старался сделать из них профессиональных столяров. Вообще, очень многие средние профтехучилища в глубинке страдают таким отношением к деятельности.

После того как Юра и его одногруппник Костя окончили училище, я пригласил ребят в Москву, на собеседование с потенциальными работодателями. Мы побывали в трех местах. На тот момент (2006 год) им для начала было сделано предложение по зарплате в районе 25 000 рублей в месяц. Для 18-летних – вполне неплохо. Но ребята отказались. Выяснилось, что при полной занятости они примерно столько могут зарабатывать в мебельной фирме у себя в Иваново. С одной стороны, я был удивлен, с другой – обрадован, ведь Москва не резиновая, и если выпускники детских домов могут нормально устроиться у себя в регионе, то большего и желать нельзя! К тому же, 25 тыс. рублей в Иваново – это намного больше, чем те же деньги в Москве. Мы поговорили немного о его дальнейших перспективах, я рекомендовал ему подумать о собственном бизнесе, когда он почувствует себя достаточно уверенно владеющим ремеслом.

После этого Юра уехал обратно в Иваново, продолжал работать, поступив на заочный факультет «Технологии мебельного производства» в Костроме. Мы периодически созванивались, но не виделись несколько лет. И вот, год назад, в феврале 2010 года я позвонил, чтобы узнать, как дела. Юра ошарашил меня известием о том, что он с друзьями открыл свой мебельный цех. Я решил его навестить – благо, был повод: мой друг Дмитрий Соколов-Митрич, который несколько лет назад до этого писал о наших подопечных, интересовался их дальнейшей судьбой.

Признаться, я немного сомневался в том, что все так радужно, ведь бывшие детдомовцы любят пустить пыль в глаза. Поэтому было очень интересно самому посмотреть на месте, что и как. Все оказалось просто: мебельная фирма, на которой ребята трудились; в кризис 2008 года разорилась, владелица даже не рассчиталась с ребятами по зарплате, и ребята, выкупив у нее оставшееся оборудование, открыли собственное дело.

Чтобы полностью удостовериться в достижениях Юры, я спросил его, за сколько он сделает мне тумбочку, при условии того, что тираж будет большой (тысячу штук). Он назвал мне цену, которая меня вполне удовлетворила. Такую цену я платил за несколько лет до этого фирме, которая для нас чуть ли не по себестоимости делала. Заказ был выполнен точно в срок, качественно и по выгодной цене. Последние 500 тумбочек я развез по всем детским домам Тульской области 6-го февраля этого года.

Государство не дало Юре квартиру, хотя обязано, как сироте. Государство поставило его на очередь, в которой он двадцатый, а движется очередь на 1 человека в год. Юра не рассчитывает на эту квартиру и, полушутя-полусерьезно, замечает, что в лучшем случае очередь подойдет к совершеннолетию его сына. Поэтому Юра Макаров занимается своим делом, зарабатывает деньги, планируя купить квартиру или даже дом, как это сделали многие мои подопечные, устроенные мной на работу в Москве.

Пожелаем ему удачи!

Смотрите также:

Оцените материал
Оставить комментарий (5)

Также вам может быть интересно

Топ 5 читаемых



Самое интересное в регионах