10 ноября 1982 года в 8:30 утра на государственной даче «Заречье-6» в Подмосковье на 76 году оборвалась жизнь Леонида Брежнева — человека, восемнадцать лет стоявшего во главе СССР. Официальная версия, которую обнародовали только спустя сутки, гласила, что политик умер от внезапной остановки сердца. Но те, кто наблюдал за постепенным и многолетним угасанием генсека, долго озвучивали конспирологические теории о причинах печального события. В материале aif.ru — что документально известно о смерти Брежнева и какие слухи неоднократно муссировались после его внезапной кончины.
Официальная версия врачей: умер от остановки сердца
12 ноября 1982 года центральная пресса опубликовала медицинское заключение о болезни и причине смерти Леонида Брежнева, подписанное группой профессоров и академиков во главе с Евгением Чазовым, начальником Четвертого главного управления при Минздраве СССР. Документ гласил: «Брежнев страдал атеросклерозом аорты с развитием аневризмы её брюшного отдела, стенозирующим атеросклерозом коронарных артерий, ишемической болезнью сердца с нарушением ритма и рубцовыми изменениями миокарда после перенесённых инфарктов. Смерть наступила между восемью и девятью часами 10 ноября 1982 года в результате внезапной остановки сердца, и патологоанатомическое исследование полностью подтвердило диагноз».
Зарубежные агентства, ссылаясь на распространённый ТАСС отчёт, вскоре объявили, что помимо сердечных патологий Брежнев страдал эмфиземой лёгких и перенёс инсульт. Американская газета The New York Times, комментируя краткое советское заявление, отмечала, что оно стало первым подробным медицинским описанием последних лет здоровья генсека и перечисляло четыре потенциально серьёзных хронических расстройства, подтверждённых вскрытием.
Угасал постепенно: чем на самом деле болел Леонид Брежнев
Проблемы со здоровьем преследовали Брежнева задолго до 1982 года. Первый инфаркт он перенёс ещё в 1952 году, в возрасте 45 лет, возглавляя ЦК Компартии Молдавской ССР, но тогда сумел восстановиться и вернуться к работе. Однако с годами «букет» болезней только разрастался: к началу 1980-х к сердечной недостаточности добавились проблемы с сосудами, эмфизема, а также последствия тяжёлой зависимости от снотворных препаратов, прежде всего ноксирона, который он принимал, как позже отмечали врачи, до восьми таблеток в день.
В середине 1970-х американские учёные установили чрезвычайную вредность этого препарата, и врачам стоило героических усилий, чтобы вывести его из рациона генсека. По свидетельству начальника охраны Брежнева Владимира Медведева, охрана неоднократно била тревогу по поводу избыточного потребления таблеток, но не встречала поддержки ни у руководства КГБ, ни у Четвёртого главка.
Переломной стала трагедия 23 марта 1982 года, когда во время поездки в Ташкент Брежнев попал в аварию: он получил перелом ключицы и другие травмы. Тогда телохранители прикрыли генсека собой, но здоровье Брежнева после этого случая было окончательно подорвано. По возвращении в Москву его госпитализировали, и в больнице он провёл с перерывами несколько месяцев, — оперативное вмешательство под наркозом было противопоказано из-за слабости сердца, а ключица в конце концов так и не срослась. С этого момента Брежнев, по сути, превратился в тяжелобольного человека, который, по оценке людей из его окружения, мог умереть в любой момент.
Обстоятельства смерти: что произошло в «Заречье-6»
Официальная хроника последнего утра констатировала, что Брежнев скончался во сне. Согласно заключению медэкспертизы, смерть наступила между 8 и 9 часами утра. Однако опубликованные свидетельства выявляют странные и до сих пор необъяснимые обстоятельства.
Как указывает историк и публицист Леонид Млечин, в ту ночь на даче не оказалось Михаила Косарева — личного врача Брежнева, который обычно даже трапезничал за одним столом с генсеком. Кроме того, медицинский пост отсутствовал, из-за чего примерно час реанимационные действия выполнял только охранник Владимир Собаченков.
Во-вторых, зять генсека Юрий Чурбанов в своих воспоминаниях утверждал, что Брежнев умер ещё ночью, а не утром, как официально зафиксировала экспертиза: у него оторвался тромб, попавший прямо в сердце. Согласно мемуарам Чурбанова, когда он и Галина Брежнева приехали на дачу, Андропов уже был там, а Чазов подъехал позже. При этом сам Чазов в своих воспоминаниях утверждает, что именно он позвонил Андропову.
Когда Чазов прибыл по вызову начальника охраны, он, по собственным воспоминаниям, «едва глянув на посиневшее лицо генсека, понял, что реанимация уже бесполезна». Затем, обдумав обстановку и возможные последствия, Чазов принял решение сообщить о смерти не официальному руководству страны в установленном порядке, а в первую очередь Юрию Андропову — второму по значимости человеку в партии и государстве. Андропов прибыл на место кончины раньше других политических деятелей и тотчас забрал личный портфель Брежнева с кодовым замком. Сам Брежнев в шутливых рассказах близким уверял, будто в этом портфеле собраны компрометирующие материалы на всех членов Политбюро. Уезжая, Андропов произнёс обращённую к Чазову фразу, которая тогда показалась врачу весьма циничной — о необходимости немедленно созвать пленум ЦК.
СМИ сообщили о смерти лишь через сутки, 11 ноября в 10 часов утра. Однако опытные наблюдатели и за рубежом, и в СССР догадались о случившемся ещё в день смерти: по радио звучала минорная классическая музыка, телевидение отменило праздничный концерт ко Дню милиции, а на Красной площади вечером заметили несколько чёрных правительственных лимузинов.
Конспирологические теории и новые версии о смерти Брежнева
Череда, как тогда казалось, странностей породила несколько устойчивых теорий о внезапной кончине генсека. Самая радикальная версия связывалась с убийством или доведением до смерти. Её сторонники, в частности, ссылаются на мемуары бывшего начальника охраны Брежнева Владимира Медведева, который прямо утверждал, что Чазов «потворствовал пагубной зависимости» генсека, а Андропов, вздрогнув и побледнев при виде мёртвого Брежнева, преследовал «вожделенную цель» — захватить власть.
Звучали и обвинения в адрес Андропова в том, что он якобы сжил Брежнева со света при помощи наркотиков, активно применявшихся при лечении болезни челюсти там, где это совершенно не было оправдано, однако и эти предположения документально не были подтверждены.
Существует и версия о подмене тела: в 1991 году в прессе появлялись утверждения некоего Б. Александрова о том, что для похорон Брежнева в морге якобы подобрали подходящий неидентифицированный труп, а сам генсек вовсе не был такой ужасной развалиной, каким он притворялся. Однако эти заявления также не получили документального подтверждения и остаются на совести их авторов.
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
