aif.ru counter
15904

Василий Зайцев и его Zaichata. Как устроить снайперский террор

Сюжет Великая Отечественная война
Снайпер Герой Советского Союза Василий Зайцев (слева) объясняет новичкам предстоящую задачу. 1942 г.
Снайпер Герой Советского Союза Василий Зайцев (слева) объясняет новичкам предстоящую задачу. 1942 г. © / Георгий Зельма / РИА Новости

105 лет назад, 23 марта 1915 года, в селе Еленинка Оренбургской губернии появился на свет мальчик, которому будет суждено стать одной из легенд Великой Отечественной. Можно биться об заклад, что первым, а то и вовсе единственным именем, которое многие назовут по ассоциации со словом «снайпер», будет его имя. Оно простое — Василий Зайцев.

Был ли он самым результативным снайпером той войны — разговор особый, отдельный. Но в одном не сомневается никто — именно с него, с его снайперской школы, которую он затеял прямо на передовой, в Сталинграде конца 1942 года, началось снайперское движение как таковое. Конечно, меткие стрелки ценились и раньше. Но активное использование особо подготовленных снайперов на фронте — это дело как раз Зайцева, который тогда же, среди боёв, умудрился написать два учебника по снайперскому делу.

Употреблять словосочетание «меткий стрелок» как синоним слова «снайпер», разумеется, нельзя. Хотя, с одной стороны, вроде так оно и есть. Маленькая птичка бекас по-английски называется snipe. Размер и особенности полёта делают бекаса весьма сложной мишенью, попасть в которую может только истинный виртуоз, обладающий молниеносной реакцией, твёрдой рукой и острым глазом.

При этом забывается, что термин родился в среде охотников. А для настоящего охотника перечисленные качества, как принято говорить в математике, «необходимы, но недостаточны». Нужно кое-что ещё.

Об этом, кстати, говорит и сам Зайцев. Свою книгу «Записки снайпера» он начинает с рассказов о детстве. О том, как его дед Андрей брал маленького Васю, которому не было ещё и пяти лет, в тайгу. И обучал главной охотничьей премудрости: «Ты вышел в лес зверя промышлять. Посиди, осмотрись, установи, кто в этом лесу был в твое отсутствие. Скинь с головы малахай, прислушайся к птичьему разговору, определи жизнь в лесу... Если птичий разговор приближается, нужно занять выгодное положение, притаиться и ждать: зверь идёт на тебя. Замри. Не шелохнись... Сиди в засаде так, чтоб он смотрел на тебя, как на клочок сена или кустик смородины. Лежи, не дыши и ресницами не шевели... Срастайся с землёй, припадай к ней кленовым листом и двигайся незаметно».

Распознать в этих ухватках манеру поведения и работы снайпера нетрудно. Гораздо труднее представить, что ни в армии, куда Василия Зайцева призвали ещё в 1937 году, ни даже в Сталинграде, куда он попал в сентябре 1942 года, никто толком об этом его умении не знал. Легенда могла вообще не состояться.

В самом деле — до армии парень окончил бухгалтерские курсы. На Тихоокеанском флоте сначала был писарем, потом начальником финансовой части. Прямо такой Данила Багров из фильма «Брат»: «Писарем при штабе отсиделся».

Конечно, «отсиживаться» он не собирался. На фронт его отправили после пяти (!) рапортов. Но и там, в Сталинграде его послужной список мало кого вдохновлял: «Такая специальность боевым командирам не нужна. Кто-то даже сказал: „На кой чёрт мне нужен ваш писарчук, у меня в части и без него такого добра предостаточно“. Я стою в стороне, настроение убийственное. Как тяжело чувствовать себя лишним, ненужным. Кто в этом виноват — не пойму...»

Кто-кто... Да тот же дед Андрей, который в числе прочего внушал внуку: «Никогда сам не хвались, лучше больше трудись, пусть твоё дело тебя похвалит».

Впрочем, сбылось всё как раз по слову деда. Да, снайпером на фронте Зайцев стал в известной мере случайно. Но это было тот самый случай, который просто обязан был произойти — рано или поздно. В присутствии командира полка Зайцев, почти не целясь, уложил из обычной трёхлинейки двух немцев. Одного за другим. С дальнего расстояния. И вот результат: «Дайте ему снайперскую винтовку... Товарищ Зайцев, считайте всех фашистов, которых прикончите. Два уже есть. С них и начинайте свой счёт...»

Вот как раз со счётом у бухгалтера Зайцева и были самые серьёзные проблемы. Судя по всему, он и до этого случая отстреливал немцев вполне успешно — называют даже числу убитых им из обычной трёхлинейки. 32 фашиста. Но снайпером он тогда ещё формально не был, значит эти цели в зачёт не идут, хотя это и не вполне справедливо.

Однако и потом не всё понятно. Официально подтверждённых целей за всю войну насчитывают 242. Конкретно в Сталинграде — с 10 ноября по 17 декабря 1942 года — 225 подтверждённых целей. Именно этими цифрами чаще всего и оперируют, чтобы показать результативность Зайцева как снайпера.

Но как тогда быть с экспонатом музея-панорамы «Сталинградская битва»? Со снайперской винтовкой Зайцева, которую после некоторой доводки вручили ему в поверженном Берлине 1945 года? Доводка же состояла в том, что к прикладу привинтили табличку: «Герою Советского Союза, гвардии капитану Зайцеву Василию. Похоронил в Сталинграде более 300 фашистов». Ну, так что? «Более 200»? Или всё-таки «более 300»?

На самом деле аналитики склоняются к цифре, превышающей даже самый крупный счёт как минимум втрое. То есть около тысячи «просто» убитых — без подтверждения сторонними наблюдателями. Что вполне вероятно. И, в общем, не противоречит косвенным свидетельствам.

Дело в том, что немецких снайперов — и тех, кто выжил в Сталинграде, и тех, кому они успели передать свой опыт и сноровку, перенятую у Зайцева, — в 1944 году перебросили в Нормандию, чтобы создать союзникам во время высадки максимум проблем. Так вот. Во время Первой Мировой английские снайперы вели свои дуэли с немецкими примерно на равных. А вот сейчас даже те, кто помнил поединки четвертьвековой давности, характеризовали действия своих немецких противников термином «снайперский террор».

Василий Зайцев. 1979 г.
Василий Зайцев. 1979 г. Фото: РИА Новости/ Игорь Костин

И это говорили о битых немцах. О тех самых, что проигрывали и самому Зайцеву, и выпускникам его фронтовой школы снайперов по всем параметрам. Кстати, англичане и американцы были настолько впечатлены его школой, что в соответствующих военных и военно-исторических трудах называют её выпускников русским шутливым термином, происходящим от фамилии основателя и наставника — Zaichata. И дают пояснение с прямым переводом: «Baby hare, leverets».

Оставить комментарий (0)

Топ 5 читаемых