aif.ru counter
15.04.2016 00:05
8331

Национальная беда. Мужчины пьют и бьют, а женщины терпят

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 15. Офшорные игры 13/04/2016

Пока власти думают, не восстановить ли вытрезвители и трудовые лагеря для алкоголиков и на сколько можно ограничить продажу спиртного, проблему на местах решают... женщины.

Он пил и бил. Тринадцать лет брака с мужем, страдающим алкоголизмом, «подарили» Ольге семь сотрясений мозга и вторую группу инвалидности. Она ушла от него - спасла себя и детей, да и его, кстати, тоже.

Оставив мужа, Ольга Пивоварова создала кризисный центр, который помогает таким же, как она. «В отличие от многих женщин мне повезло, потому что было куда бежать от пьяного мужа, - рассказывает Ольга Пивоварова «АиФ». - Выскакивала из дома в тапках, садилась с детьми в такси и ехала на другой конец Ростова-на-Дону к родителям. Во время белой горячки муж кричал: «У меня задание покрошить вас всех на мясной фарш!» Будил среди ночи: «Иди за пивом! Иначе разбужу твоих щенков (так он говорил о наших общих детях)!» У мужа был пивной алкоголизм - ему требовалось минимум 5 полуторалитровых бутылок в день. 

Они каются, а потом снова бьют!

Мне было 19 лет, когда мы поженились. Он мой первый мужчина и первая любовь. До свадьбы дружили 5 месяцев. Тогда он скрывал свои наклонности. Впервые пришёл на карачках спустя несколько месяцев совместной жизни. Для меня, у которой и отец, и брат не пьют и не курят, это был шок. Какое-то время муж держался, а потом сорвался. И начал не просто пить, но и бить. Однажды так избил, что сам удивился: «Из тебя кровь хлещет, как из кабана». 

Почему терпела? Это и «синдром жертвы», известный в психологии, и то, что алкоголики очень искренне просят прощения. Плачут, встают на колени. А я же медсестра по образованию, у меня желание помогать людям. Мужа я к тому же и любила. Ставила ему капельницы.

Но всему есть предел. После очередных издевательств решила свести счёты с жизнью, напилась таблеток. Побывала «там» и почувствовала, какой леденящий, непередаваемый ужас ждёт самоубийц в загробном мире. А ещё увидела глаза своих детей, которые спрашивали: «Мама, что будет с нами?» Врачи в реанимации чудом меня вытащили с того света. Какое-то время я ходила с открытым ртом - из-за последствий микроинсульта не смыкались челюсти. Помню, как взяла молитвослов и Псалтырь на церковнославянском, встала на колени и начала бормотать незакрывающимся ртом молитвы. Челюсти сомкнулись! Я отчётливо поняла: Господь вернул меня на землю, чтобы я сделала что-то важное и полезное.

Идея с центром подспудно жила во мне все эти годы. Уйдя от мужа, начала воплощать её в жизнь. В 140 км от Ростова-на-Дону в городке Белая Калитва местная администрация выделила для этого бывший шахтёрский профилакторий. Мой опыт показал: когда с чиновниками говоришь искренне и открыто о своих идеях, они откликаются. Даже выделили нам служебную машину. Центр назвала «Матронушка» - в честь моей любимой святой блаженной Матроны Московской.

«Бывшего мужа простила»

Здание профилактория было разорено: ни унитазов, ни раковин, «убитая» электропроводка. Пригодились мои навыки штукатура, маляра и плиточника. Дело в том, что мой бывший муж занимался ремонтом. Брал предоплату и уходил в запой. Клиенты требовали возврата аванса. Пришлось научиться не только плитку класть, но и с перфоратором работать. Даже освоила профессию сварщика - на заводе платили больше, чем я зарабатывала медсестрой.

Ремонт в центре помогли сделать добровольцы, стройматериалы благотворительно предоставили предприниматели. А оборудование мы купили благодаря гранту Синодального отдела по благотворительности РПЦ в 1,5 млн руб. На создание центра меня благословил епископ Волгодонский и Сальский Корнилий.

Сейчас у нас живут 30 женщин и 31 ребёнок, а было время - жили 150 человек. За 4 года мы помогли более чем 500 людям, оказавшимся в трудной жизненной ситуации. Существует центр благодаря частным пожертвованиям. Одна «коммуналка» в месяц обходится в 105 тыс. руб. А ещё еда, одежда, средства гигиены и др. Наши благотворители - удивительные люди. Один из них - создатель фонда «Добро в пути» Роман Степанов, бывший детдомовец. Он приезжает и закупает нам продукты на несколько месяцев вперёд. Тратит всё подчистую и возвращается в Москву уже на перекладных.

С нашими подопечными я разговариваю на одном языке, понимаю, как никто другой, ведь большинство из них - мамочки с детьми, которые бежали от пьяных мужей-садистов. Бежали, спасая ребёнка и себя. Спасая как физически, так и духовно. Живя с пьяницей, женщина либо окончательно ломается, либо начинает спиваться. Одна из моих подопечных рассказывала: «Муж бил меня. Как футбольный мяч. И чтобы ничего не чувствовать, я заранее напивалась».

К нам приходят и беременные. Одна из них родила и вот уже два года живёт в центре с ребёночком. Ей некуда идти. Думаем, как устроить эту мамочку на работу. Но чаще женщины задерживаются у нас на несколько месяцев. Прийти в себя им помогает психолог. А дальше с новыми силами они начинают новый этап в жизни. Главное - они перестают быть жертвами. Взгляд перестаёт быть затравленным. Появляется уверенность.

Некоторые вновь вышли замуж. Да и сама я нашла своё женское счастье. Андрея мне послали небеса. Он не пьёт, не курит. Центр мы создавали вместе.

На бывшего мужа зла не дер­жу. Когда ему тяжело, он звонит мне. Я всегда выслушиваю и чем могу - помогаю.

Непьющая деревня

Есть сегодня в России места, где не пьют алкоголь и где его вообще нет в продаже.

В конце прошлого года Минпромторгу предложили внести поправки в закон о торговле, согласно которым регионы получат право ограничивать по времени и месту продажу алкоголя или вообще её запретить. Вместо этого ведомство решило разрешить продажу алкоголя рядом со школами, больницами и другими социально значимыми местами.

Но некоторые регионы не стали дожидаться, пока в столице появится этот документ. В Якутии порядка 27 сёл ввели полный запрет на продажу алкоголя, а больше 60 - серьёзные ограничения. Механизм простой - по инициативе местных жителей в законодательные органы республики поступает заявка, и такой запрет вводится. В далёкой от Якутии деревне Кулишовка Воронежской области женсовет тоже смог добиться того, чтобы полностью запретить там продажу алкоголя. За соблюдением этого следят и полиция, и дружинники из числа местных жителей. 

Но не продавать алкоголь - ещё не значит не пить. Есть и другие инициативы «снизу», благодаря которым зелёного змия изгоняют из сёл и деревень. В Башкирии с 2009 г. проводится республиканский конкурс «Самое трезвое село». Приз - 200 тыс. руб. Чтобы деревня Рахметово победила в этом конкурсе, очень сильно постаралась глава местного женсовета Идея Галимова. Как она рассказывала «АиФ», она лично возила пьяниц в райцентр кодировать, водила их на заговор к бабкам, о тех, кто позорил своим пьянством, писала в райгазете. А параллельно раздавала грамоты за «Самый трезвый дом», «Самый лучший палисадник» и т. д. Одной матери-алкоголичке за то, что бросила пить, всем селом дом пост­роили... Теперь в Рахметове если кто стопку пригубит - дома сидит, чтоб не позориться. А на полученные деньги закупили лыжи для местной школы, кое-что необходимое для медпункта и т. д. А ещё получили право проведения газа вне очереди, так что выгоды от трезвой жизни очевидные!

Женщины - они вообще на передовой борьбы с пьянством. В этом году впервые конкурс на самое трезвое село пройдёт в Удмуртии - по инициативе «Союза женщин Удмуртской Республики», которую поддержала республиканская администрация. А вот в Тюменской области подобный конкурс популярно­сти не приобрёл, хотя трезвым деревням сулили приз в 300 тыс.руб. Когда конкурс объявили, заявки подали единицы - в основном те поселения, где у руля власти женщины. Главы администраций - мужчины отреагировали примерно одинаково: «Мой дед пил, мой отец пил, и я пью и буду». 

А зря! Алкоголь - это в лучшем случае нищета. В худшем - смерть. В 2015 г., по данным Роспотребнадзора, от заболеваний, спровоцированных злоупотреблением спиртного, умерли порядка полумиллиона россиян. Пьянство - причина смерти 30% мужчин и 15% женщин. Кризис стал причиной ещё одной серьёзной проблемы - увеличилось количество суррогатного алкоголя, что стало причиной массового отравления россиян.   

Что поможет излечиться?

Можно ли вылечить алкоголизм? Безусловно! Думать иначе выгодно лишь самим пьяницам и недобросовестным врачам, чтобы снова и снова вытягивать деньги с пациентов. Какие есть доказанные методы лечения зависимости, а какие практикуют аферисты, «АиФ» рассказали наркологи. 

Природа алкоголизма до конца врачам не известна. А потому нет и универсального средства, которое бы помогало всем без­оговорочно. Всё в значительной степени зависит от желания человека лечиться, от того, насколько его поддерживает в этом ближайшее окружение. Научно доказаны и рекомендованы Всемирной организацией здравоохранения 4 основных метода, которые применяются во всём мире: аверсивная терапия (препараты, приводящие к отвращению к спиртному); препараты, снижающие влечение к алкоголю; когнитивно-поведенческая психотерапия и группы «анонимных алкоголиков». Бывают случаи чудесного излечения, не объяснимого с точки зрения науки. 

 
Оставить комментарий (4)

Также вам может быть интересно

Топ 5 читаемых



Самое интересное в регионах
Роскачество