474

Константин Кудряшов: Советское православие

Сюжет Паломничество по пути следования мощей Великой княгини Елизаветы Федоровны
Традиции и современность. Фото Константина Кудряшова

Другие материалы о паломничестве по пути следования мощей Елизаветы Фёдоровны читайте в сюжете >>

Я честно пытался начать писать этот материал по пути из Екатеринбурга в Алапаевск. Мне казалось, что это будет не труднее, чем набирать примерно такой же, только другой текст во время памятного многим путешествия по трассе М4 во время автопробега «Москва – Сочи».

Фига. Тогда мы ехали хотя бы по дороге. Ну, почти. На Урале же с этим делом тяжко. Сейчас нас колбасит так, что дорога только угадывается. Признак дороги такой — по её краям деревья очень высокие, а там, где мы едем, не очень.

Есть ещё один признак. Если никто не молится, то нам везёт. А если кто-то молится, то нам опять везёт, поскольку автобус очень прикольно подпрыгивает на холмах, и от этого всем весело.

Холмов хватает, и я понимаю, почему свердловская группа «ЧайФ» назвала один из своих альбомов «Дети гор». Уральские горы, они, может, и невысокие и старые, но жизни дают — будь здоров.

Вообще-то, это про Атомное Православие. Вот, пожалуйста, Александро-Невский Ново-Тихвинский женский монастырь. Помнится, Елизавета Фёдоровна, которой, собственно, и посвящено наше паломничество, в своё время недоумевала — почему это в русских православных монастырях чуть ли не единственный род занятий монахинь — вышивание. Дескать, помощь людям должна быть действенной и активной.

Так сейчас вышивают иконы Так сейчас вышивают иконы. Фото Константина Кудряшова

Ну что ж. Этот монастырь каким-то загадочным образом сочетает всё вместе и сразу. Спасение души, это понятно, это вшито по умолчанию. Дальше — помощь нуждающимся. С этим тоже всё в порядке — монахини ездят по дальним бедным сёлам и деревням, раздают еду и одежду, проповедуя при этом Христа. Можете смеяться, но для Урала, вроде бы богатейшего края, такая форма помощи, как просто накормить-одеть-обуть, даже сейчас, в начале XXI века, очень и очень важна. Ну, а сирот здесь хватало и в более сытые советские времена, так что это направление работы тоже не может не вызвать уважения. Короче, помощь есть, и она реальная, действенная и активная.

А вот с тем занятием, о котором так неодобрительно отзывалась Елизавета Фёдоровна, то есть с вышиванием, дела обстоят так, что без концепции Атомного Православия не обойтись.

Готовая продукция Готовая продукция. Фото Константина Кудряшова

Как вы представляете себе монастырскую мастерскую, где занимаются вышивкой? Правильно, так же как и я в своё время — длинная келья с белыми стенами, пара образов, а по лавкам вдоль стен сидят монахини и послушницы, склонившись над каким-нибудь особо сложным платом, убрусом, а кто помастеровитее, так и над шитой иконой. В принципе, всё верно. Века эдак для XV. Сейчас же — другой коленкор.

Монашеская игла и пяльцы атомные Монашеская игла и пяльцы атомные. Фото Константина Кудряшова

Нет, белые стены никуда не делись, как заведено, так пусть и будет, поскольку традиция. Но вот насчёт остального — извините. Нынче в мастерской только одна монахиня. И табличка: «В случае сбоя программы возьмите дежурный мобильник и дайте знать системному администратору!».

И монахиня, оправив плат, спокойно набирает какую-то замороченную комбинацию на пульте суперсовременного станка, отходит к стене… Вот вам, извольте — сразу пять шитых образов Александра Невского идут в работу. А параллельно другие такие же станки довольно-таки резво вышивают узоры, ягоды и всё прочее. Лепота! И вполне себе атомно, кстати.

Машинная вышивка Машинная вышивка. Фото Константина Кудряшова

Не знаю, уместно ли такое сравнение, но эта обитель выглядит вполне по-европейски. Хотя и расположена, формально говоря, в Азии — до географической границы, разделяющей эти конкурирующие части света, отсюда примерно полсотни километров.

Да и весь Екатеринбург тоже. В смысле, самая что ни на есть эталонная Европа. Иногда мне казалось, что я иду по Вене или Женеве. И это впечатление усиливала, по мере продвижения по городу, экскурсовод с характерным именем Екатерина.

– Мы едем по улице Ленина… Кстати, нас миновала эта волна вторичных переименований. Я знаю, что творится у вас в Москве, но здесь всё иначе. Переименовали только улицу, некогда названную в честь цареубийцы Юровского. Все остальные носят нормальные советские названия…

Может, я и неправ, но такой подход очень даже неплох. А то меня уже, честно говоря, стали реально доставать разговоры о «кровавых жидобольшевиках». А они здесь ведутся сплошь и рядом. Такое впечатление, что попал на сходку самой отъявленной белогвардейщины. Может, так оно и есть…

Но, слава богу, такое не везде. Волна переименований, захлестнувшая потной суетливостью Москву и ещё ряд городов, действительно миновала Екатеринбург. Вот опять-таки об Атомном Православии. Как вы думаете, подходит ли православной телестудии название «Союз»? А? Как? Предвижу, что мнения разделятся, но — спокойно. Священникам, которые работают на этой самой студии, название, пришедшее по наследству из советских времён, кажется очень даже подходящим.

На православной телестудии зона покрытия На православной телестудии зона покрытия. Фото Константина Кудряшова

И никто там не кликушествует и не хвастает какими-то невнятными «чудесами». Нет там никаких чудес. Есть зона охвата, которая покрывает все материки: «Вот только с Антарктидой у нас напряг… И ещё немножко с Австралией…»

Есть прямые эфиры, беседы, репортажи, короче, всё, что полагается. А теперь есть и запись передачи о нашем паломничестве. Правда, без меня. Я в это время отправлялся пахать и сеять. В смысле, собирать что-нибудь интересное, забавное и радостное.

Да, а экскурсовод, когда мы возвращались в свой временный дом с названием «Онегин», постоянно сбивалась.

– Свердл… Ой, простите, Екатеринбург, конечно!

Так увидела Евгения Онегина маленькая девочка. Рисунок из лифта Так увидела Евгения Онегина маленькая девочка. Рисунок из лифта. Фото Константина Кудряшова

Оно, конечно, конечно. Но вот всё-таки. Мне нравится и старое, и новое название. Мне нравится, что здесь какая-то странная смесь старого и нового. Небоскрёбы, а рядом — типичные такие купеческие домики — каменный низ, деревянный верх и резьба, резьба… Мне нравится даже, как Екатеринбург претендует на звание Третьей Столицы нашей страны. Без понтов и пафоса. Просто вот такой он есть — родина изобретателя радио Попова, место, где жил любимейший мой писатель Павел Бажов, родина героев нового времени — Владимира Шахрина и Вячеслава Бутусова хотя бы.

Кстати, здесь их любят, а Шахрина — ну прямо-таки обожают.

А ещё здесь сильно любят и тоже обожают культ мёртвых. Именно — царской семьи и Елизаветы. И от этого иной раз становится не по себе.

Но об этом сейчас речи не будет. Об этом, в смысле о каком-то непонятном сектантстве, речь пойдёт в следующем выпуске.

 

 
Константин Кудряшов

Журналист отдела «АиФ.Культура»

«Аргументы и Факты»
 

Смотрите также:

Оставить комментарий (0)

Самое интересное в соцсетях

Топ 5 читаемых



Самое интересное в регионах
Роскачество