Восемьдесят пять лет тому назад знаменитые азербайджанские нефтепромыслы могли прекратить свое существование. Планы по из уничтожению активно прорабатывались военным командованием европейских «сверхдержав».
Коммерческое соглашение
Разработка нефтепромыслов на Каспии началась еще в XIX веке, но важнейшее значение они приобрели уже в советский период. Для совершавшей стремительный рывок советской промышленности нефтепродукты приобрели ключевое значение. К началу Второй Мировой войны добыча нефти в СССР превысило 30 миллионов тонн в год. Этот «большой куш» обеспечивал устойчивость, и до него очень хотел добраться Третий Рейх.
Однако в 1939 году после заключения Пакта о ненападении между СССР и Германией Берлин получил возможность обеспечить поставки нефтепродуктов в рамках коммерческого соглашения.
Оно должно было стать взаимовыгодным — Германия предоставляла крупный кредит, под который СССР на немецких предприятиях заказывал станки и прочее оборудование, а также другие интересующие его товары. А вот погашение кредита как раз и обеспечивалось поставками сырья.
Рузвельт в курсе
Данная схема вызывала крайнее раздражение в Лондоне и Париже, в 1939 году объявивших войну Германии. Да, это была «Странная война», в которой Великобритания и Франция демонстрировали пассивность. Однако усиление немецкой экономики за счет советских ресурсов в данной конфигурации не устраивало ни англичан, ни французов.
В январе 1940 года премьер-министр Эдуар Даладье отдал приказ о разработке военной операции против объектов нефтяной промышленности СССР на Каспии.
О намерении осуществить подобные действия французы известили президента США Франклина Рузвельта.
Главком французской армии Морис Гамелен ставил амбициозную задачу — осуществляя налеты ВВС с территории Сирии, он рассчитывал нанести такой ущерб нефтяной промышленности Советского Союза, что это должно было вызвать полный экономический коллапс страны.
«Парализовать всю экономику СССР»
В марте 1940 года к планированию подключились британцы, и операция стала разрабатываться как совместная. Она получила название Рike, что можно перевести и как «Щука», и как «Острие копья».
Поль Рейно, сменивший в марте 1940 года Даладье в качестве французского премьера, писал: «Решительные операции на Черном и Каспийском морях необходимы союзникам не только для того, чтобы сократить снабжение Германии нефтью, но и в первую очередь парализовать всю экономику СССР до того, как рейху удастся использовать её в своих интересах...»
В конец марта 1940 года британские самолеты начали разведку района Баку с авиабазы на Ближнем Востоке.
До 100-150 самолетов французов и англичан должны были совершать регулярные авианалеты, сбрасывая десятки тонн бомб на советские объекты. Привести в полную неработоспособность нефтепромыслы Грозного собирались за 12 дней, Баку — за 15 дней.
Ставка делалась на то, что эшелонированной и надежной системы ПВО в Закавказье у СССР просто нет.
Командующий французскими силами на Ближнем Востоке Максим Вейган докладывал, что начать операцию можно будет в конце июня–начале июля 1940 года. Впрочем, сообщал он, нужные для бомбардировок Баку самолеты в его распоряжение к середине апреля 1940 года не прибыли.
Просто не успели?
Французский премьер Рейно, однако, прислушиваться к своим военным не хотел. 10 мая он звонил Уинстону Черчиллю, призывая ударить по Баку как можно скорее, используя то, что есть в распоряжении.
Черчилль, однако, посчитал, что ввязываться в авантюру нет резона. А самое главное, именно 10 мая 1940 года вермахт начал операцию «Гельб», предусматривавшую молниеносный сокрушительный удар по Франции.
Поль Рейно намеревался начать бомбардировку Баку 15 мая, но в тот день вместо отдачи приказа он в истерике звонил в Лондон: «Мы потерпели поражение... Они устремляются в прорыв с танками и бронемашинами».
Через месяц и неделю разбитая в пух и прах Франция подписала Компьенское перемирие, фактически являвшееся капитуляцией.
В качестве одного из трофеев немцам в Париже достались и французские наработки планов бомбардировок Баку. Правда, в Москве они тоже никого не шокировали — советская разведка уже представила эти данные в Кремль благодаря собственной агентуре.
Ситуация изменилась кардинально. Премьеру Британии Уинстону Черчиллю, оставшемуся летом 1940 года один на один с Третьих Рейхом, меньше всего было нужно приводить в ярость товарища Сталина. Поэтому британские планы удара по Баку были убраны в сейф.
Вариант-1942: зачем Черчилль готовил «удар в спину»?
Снова их оттуда извлекли летом 1942 года. На фоне прорыва немцев к Сталинграду и наступлению на Кавказ Черчилль отдал распоряжение генералитету готовить бомбежку Баку. Делалось это несмотря на то, что СССР и Великобритания теперь официально были союзниками. Но «человек с сигарой» рассуждал прагматично — раз русские не в состоянии остановить гитлеровцев, нужно не допустить перехода их ресурсов в руки Гитлера.
До глубокой осени 1942 года вермахт рвался к закавказской нефти. Но стойкость Красной Армии сорвала эти планы. Поражение 6-й армии Паулюса в Сталинграде заставило гитлеровцев начать отход с Кавказа.
К весне 1943 года британские планы бомбардировок Баку были сданы в архив. Вспоминать о них стало как-то даже неловко.
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
