Примерное время чтения: 10 минут
3520

Куранты на Спасской башне: как главные часы страны готовятся к Новому году

Первое впечатление от пребывания в Спасской башне — пронзительный холод. Знаменитые куранты занимают три этажа, но системы отопления в помещениях нет, металлический пол, по ощущениям, напоминает ледяной. В таких условиях трудятся сотрудники часовой группы Московского кремля.

Фото Романа Кульгускина

Чем ближе к Новому году — тем ответственнее их работа, уже через пару дней эти часы будут на всех телеэкранах страны. Никаких сбоев, задержек, поломок быть не должно, их исправная работа — дело государственной важности. «Я разменял уже седьмой десяток лет, и лично для меня наступление Нового года — это именно бой курантов на Спасской, без него нет ощущения, что праздник наступил», — рассказывает эксперт-консультант часовой группы Московского Кремля Сергей Назаров.

Фото Романа Кульгускина

Сергей Назаров познакомился с часами на Спасской в далекие семидесятые, тогда его пригласили как эксперта — из института часовой промышленности. С тех пор он «приглядывает» за курантами подобно семейному доктору, помнит и реконструкцию часов, и все попытки усовершенствования их механизма. Говорит, первый просмотр "вблизи" вряд ли когда-нибудь забудет. «Это что-то грандиозное». Диаметр циферблата — шесть метров, примерно как двухэтажный дом. Оказавшись внутри во время звона колоколов, звук ощущается физически, так, словно его можно потрогать. Считается, что у всех крупных часов есть свой характер, сродни человеческому. Сергей Назаров считает, куранты на Спасской — мужчина. «Солидный такой инженер, средних лет, приятной наружности. Работает исправно, но совершенно не терпит фривольного обращения».

Фото Романа Кульгускина

Куранты на Спасской — памятник инженерного искусства. Даже в век электроники и автоматики часы остаются полностью механическими — такими же они были в девятнадцатом веке, когда братья Бутеноп создали для Кремля совершенно новые куранты, по тем временам — совершенно передовые. Этот механизм работает до сих пор.

«Постоянно появляются революционеры, предлагающие усовершенствовать систему, осовременить конструкцию часов, — вспоминает Сергей Назаров. — Идеи рассматривают, но обычно откладывают до лучших времен. Потому что это, прежде всего, памятник, каких в мире остается все меньше».

Дань новому времени — система, которая заводит знаменитые куранты. Она расположена на нижнем ярусе — там, где находятся гири, которые и приводят в действие часовой механизм. Каждая весит от 160 до 220 килограммов. Сейчас часы заводят с помощью электродвигателей, но многие годы эту работу выполняли вручную. Могут и сейчас — рычаг сохранился. «Часы не боятся отключения электричества — на башне есть ручка, с ее помощью здоровый молодой мужчина может подтянуть гири вручную, и ход не остановится», — поясняют сотрудники часовой группы. Хотя для этой работы просто молодым и здоровым быть мало, нужны силы и выносливость.

Фото Романа Кульгускина

Другое нововведение — система автоматической смазки: в нужное время она подает часам порцию масла, чтобы облегчить вращение деталей. Все эти системы работают автономно и не привносят никаких изменений в механизм. Он также занимает отдельный этаж. Выглядит как музейный экспонат — потертый от времени металл, резные ручки. С момента создания практически не изменился. «И не помню, чтобы ломался — за часами хорошо следят» — замечает Сергей Назаров. Сотрудники группы осматривают куранты каждый день, оценивают точность хода, подводят стрелки. На работу часов влияют погодные условия — в жару и в холод проблемы разные, маятник то удлиняется, то становится короче, часы то отстают, то бегут вперед. Следить за ходом времени приходится человеку. В часовой группе Московского кремля говорят: выходной есть у всего, кроме времени. Часы не закроешь на осмотр, профилактику, ремонт. Поэтому так важна рутинная работа.

Фото Романа Кульгускина

Третий этаж — колокольня. Сейчас часы на Спасской исполняют гимн России, а в девятнадцатом веке от похожей идеи отказались — она не понравилась царю Николаю Второму. Тогда механические часы считались, скорее, красивой игрушкой, и доверить ей главную музыку империи побоялись: вдруг что-то сломается, исказится. Куранты играли Преображенский марш. В Советские годы стали исполнять Интернационал.

Мелодии воспроизводит барабан диаметром около двух метров — большой, тяжелый, мощный. На нем расположены колки, которые тянут тросы, проведенные к колоколам на звоннице. Кажется, что работает много профессиональных звонарей — но в данном случае, подменить механизм люди не смогут. Чтобы музыка звучала правильно, скорость и частоту ударов нужно рассчитать до мелочей. «Человеческий фактор» может навредить стройности системы. Задача людей: следить за исправностью механизма: сотрудники прислушиваются, осматривают детали, оценивают запас прочности.

Фото Романа Кульгускина

«Для того, чтобы исполнить мелодию на колоколах, они должны быть подобраны по нотам. В России традиционно делали полифонные колокола: они играют не точно, а приблизительно, с большим распадом по другим частотам», — поясняет Сергей Назаров. — Подобрать мелодию для такой колокольни сложно и дорого. Поэтому многие идеи, что можно было бы исполнить на часах, так и остались нереализованными. Кремлевские музыканты из того, что имелось, скомпоновали мелодию российского гимна. Сделали не бесспорно, но… как есть!».

Музыкант должен продумать акустику звонницы. Звук распространяется с конечной скоростью, поэтому удар колокола может дойти до слушателя на Васильевском спуске медленнее, чем до прохожего с Красной площади. Рассчитать и понять, как расположить колокола для равномерного звучания — эту задачу пришлось решать целой группе музыкантов. Во главе с дирижером президентского оркестра.

Автор фото

Все четыре циферблата не имеют секундной стрелки. Ее появлению мешают габариты курантов — в больших часах физическое время перемещения стрелки может отставать от реальных секунд. Во-вторых, у нее будет большой износ. К тому же, именно секундная стрелка создает шум даже в домашних, маленьких часах. В масштабах Спасской башни он будет громким и назойливым. Сейчас в промежутках между перезвонами стоит практически гробовая тишина. Сергей Назаров уверен, есть еще одна причина: секундная стрелка в повседневной жизни человеку практически не нужна.

Фото Романа Кульгускина

«Возьмем, например, мои наручные часы — с какой точностью они ходят? — спрашивает эксперт-консультант Московского кремля. — Если не приглядываться, мы осознаем время: плюс минус одна минута. В институте Штернберга часы ходят с точностью 14 знаков после запятой, но разве Вам это интересно? Это-то время, которое мы не ощущаем».

Часы на Спасской имеют погрешность всего в полсекунды в сутки. Но ходят — раз в минуту.

Фото Романа Кульгускина

Сергей Назаров вспоминает 90е годы, тогда в продажу стали поступать часы, лишенные циферблатов: четыре больших цифры показывали часы и минуты, цифры чуть поменьше — секунды. «Но фокус не прошел, — считает Сергей Львович. — Сейчас таких часов в продаже все меньше. Потому что человеку все еще привычно аналоговое считывание времени: на циферблате мы видим расстояние — сколько осталось до шести вечера, например. Успеваем ли мы, нужно ли торопиться. В часах с числами время можно рассчитать, но не увидеть. Так уж устроены наши мозги».

Смотрите также:

Оцените материал
Оставить комментарий (1)

Также вам может быть интересно

Топ 5 читаемых



Самое интересное в регионах