Особенно если речь идет об арестах по спорным статьям УК, таким как уже знаменитая статья № 228 (производство и сбыт наркотиков), по которой совсем недавно арестовали журналиста Ивана Голунова, или не менее печально известная статья № 210, предусматривающая ответственность за создание преступного сообщества или участие в нем.
Голунова общественности удалось отстоять. А вот председатель правления «Тольяттихимбанка» Александр Попов, которому вменяют 210-ю, находится в следственном изоляторе с 31 мая.
Практически сразу после ареста Александра Попова в СМИ появилась информация, о том, что его арест — прямое следствие конфликта акционеров «Тольяттиазота», не первый год подвергающегося агрессивным действиям со стороны своего миноритария — АО «ОХК Уралхим». Сам «Тольяттиазот» также публично заявил, что глава связанного с предприятием банка фактически взят в заложники, а его уголовное преследование не имеет ничего общего с законом и правосудием.
Наше издание пообщалось с дочерью Александра Попова Анной Бекетовой, которая рассказала о том, как семья банкира справляется с непростой ситуацией.
«Я уверена в невиновности своего отца. Он профессионал, выполнял свою работу, его банк обслуживал счета клиентов в соответствии с действующим законодательством. В чем же его вина? В выполнении своих должностных обязанностей председателя правления банка? Считаю, что происходящее никак не связано с папой, все это сделано для того, чтобы оказать на него давление, чтобы он дал нужные кому-то показания».
Сама Анна считает, что в действительности арест ее отца — лишь отголосок войны за «Тольяттиазот», которая с разной степенью интенсивности ведется уже несколько лет.
Как в любом банке нашей страны, в «Тольяттихимбанке» постоянно проводятся проверки со стороны Центрального банка. Но результаты таких проверок, судя по всему, следствие не слишком интересуют, ведь банк функционирует по сей день, а значит к нему нет никаких вопросов со стороны регулирующих органов.
По мнению его дочери, в деле против Попова присутствует заведомо ложная информация. Например, откуда-то появились данные о том, что у Александра Попова есть паспорт Доминиканы.
«Загранпаспорт у папы действительно есть, но паспорта Доминиканы нет и никогда не было. Про наличие такого паспорта кто-то заявил в „желтой прессе“, и это тут же „подшили к делу“, хотя это -откровенная ложь, или как это принято говорить сегодня — фейковая новость. В судебном постановлении говорится, что отец якобы „готовил пути отступления“, но он вообще старается лишний раз не покидать город, за исключением совсем важных и срочных командировок. Моя мама — инвалид второй группы, она страдает рассеянным склерозом и нуждается в каждодневном уходе и помощи. Отец старается ее лишний раз не оставлять одну. Из 34 лет, что они вместе, она болеет рассеянным склерозом 27 лет, и он ее не бросил, о каких путях отступления можно говорить?! Нервничать маме категорически нельзя, а вся эта ситуация мало того, что заставляет нервничать и переживать всех нас, маме это вообще противопоказано, угроза здоровью очень серьезная. Сделано было все внезапно, как будто под нашу семью подложили какую-то мину», — поясняет Бекетова.
Однако невзирая на наличие семейных обстоятельств Александра Попова, глава «Тольяттихимбанка» остался под арестом.
За время, прошедшее с момента ареста ее отца, Анна стала неплохо ориентироваться в деталях уголовного законодательства и считает, что применение к ее отцу 210 статьи о создании преступного сообщества выглядит абсурдом: «Что вообще значит „преступное сообщество“ и „участие“ в нем? Все сотрудники банка теперь что ли преступное сообщество или допустим, мы с вами оказались рядом с банком, поговорили с его сотрудниками. По логике следствия мы все теперь можем оказаться ОПС, сами того не подозревая!»
Кстати, в ходе недавней Прямой линии президент России Владимир Путин говорил, что в настоящее время под 210-ю статью можно подвести совет директоров любой корпорации.
Президент заявил о недопустимости такого подхода. «С этим нужно поработать и внести изменения в действующий закон», — подчеркнул президент.
Заместитель Александра Попова Андрей Дроботов рассказывает, что глава правления работает в «Тольяттихимбанке» практически с момента его основания — почти двадцать пять лет из двадцати шести, которые существует банк. Должность председателя правления Попов занимает с 2002 года. Средний срок работы в банке у сотрудников — больше десяти лет.
«Сотрудники банка друг друга знают давно, — говорит Дроботов. — При этом Александр Евгеньевич всегда очень внимателен к коллегам, всегда знает про их семьи, проблемы, достижения и увлечения, не связанные с работой».
По словам Дроботова, коллектив главу банка «искренне уважает и любит, переживает за него», Попов — строгий и требовательный руководитель, но он действительно очень заботливо относится к каждому сотруднику.
«И забота не показная, он совершенно искренне помогает, например, с лечением, или просто с житейскими проблемами. И когда эта история случилась, мы не кривили душой, говоря про испытанный нами шок. Когда я объявлял об аресте на общем собрании, женщины плакали, — рассказывает замглавы „Тольяттихимбанка“. — Коллектив в дальнейшем инициировал обращение к президенту России с просьбой о справедливости в отношении Попова, никто сотрудников не принуждал, сами собрали подписи, написали обращение — очень эмоциональное. Коллектив горой за Александра Евгеньевича».
Через десять дней после ареста в Тольяттихимбанке началась плановая комплексная проверка ЦБ, которую злые языки сразу же связали с задержанием Председателя Правления. И сейчас коллектив, по словам Дроботова, работает с удвоенной энергией.
«Проверка плановая, но мы не можем знать, как проверяющие отнесутся к аресту руководителя банка, какие выводы сделают. Конечно, по городу распространяются слухи о каких-то проблемах, причем целенаправленно. Я считаю, что это вызов, серьезный вызов для банка, — говорит Дроботов. — Мы все хотим отстоять банк. Наша организация — одна из самых прибыльных в регионе. Банк обладает огромным запасом прочности и ликвидности. И такие показатели, в принципе, — производная от грамотного руководства кредитной организацией».
Мы также пообщались с адвокатом Попова Олегом Кононенко. Юрист подтвержадет слова дочери главы «Тольяттихимбанка»: он арестован лишь за осуществление своей профессиональной деятельности.
«По решению суда Александр Попов находится в следственном изоляторе, чувствует себя удовлетворительно, — рассказывает адвокат Олег Кононенко. — Изначально мы просили избрать мерой пресечения залог, но суд на это не пошел. Мы подали апелляцию, 3 июля будет ее рассмотрение в Московском городском суде».
По словам юриста, «Парадокс ситуации в том, что к организациям, которые, по мнению следствия, якобы уклонялись от уплаты налогов, Попов никакого отношения не имеет, — рассказывает Кононенко. — Он никогда не являлся ни учредителем, ни руководителем данных организаций, не входил в какие-то совещательные органы. При этом четко не расписано, что именно делал Александр Попов для того, чтобы эти организации уклонялись от налогов, ничем не подтверждено и само уклонение. Просто следствие так посчитало. Аргументация следствия состоит в том, что Попов возглавлял банк, где находились счета этих организаций».
«В чем он виноват? В том, что в банк направлялись платежки на перевод средств? Так это обязанность банка согласно нормативам ЦБ, которые не позволяют не переводить деньги, если на счетах организации хватает денежных средств. И если бы банк блокировал платежи, ему предъявил бы претензии Центробанк», — объясняет Кононенко.
«При этом о сделках, которые фигурируют в деле Попова, сообщалось в Росфинмониторинг, никаких нареканий со стороны регулятора не было. Если по мнению Центробанка, „Тольяттихимбанк“ все делал правильно, то в чем тогда вина председателя правления?», — спрашивает юрист.
Как считает адвокат, в уголовном деле также идет речь про сделки по продаже имущества «Тольяттиазота» и претензии к Попову по этим сделкам выглядят абсурдно.
«Да, „Тольяттиазот“ и Тольяттихимбанк можно назвать связанными организациями, однако Попов — наемный работник, его назначают акционеры. И если говорить об аффилированности, то в Тольятти много предприятий, так или иначе связанных или сотрудничающих с ТоАЗом. Все же речь идет об одном из крупнейших производителей аммиака в мире, ведущем предприятии Самарской области. По этой логике, всех контрагентов ТОАЗа теоретически можно привлекать как входящих в состав преступной группы?», — говорит Кононенко.
Смотрите также:
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
Сын «псевдогенерала». Самому богатому министру Перми грозят 10 лет тюрьмы 
Крах «газовых королей». Как бывший водитель КамАЗа пристроил сына во власть 
Взяли на номере. Как ловят коррупционеров 
Сколько стоит борьба с коррупцией и силовиками в Адыгее? 
Черный день Бурятского МВД 
