745

Опасная работа: когда и как на защитят от профзаболеваний?

«АиФ. Здоровье» № 32. 7 августа пройдет всероссийская суббота доноров 05/08/2010

Об этом мы беседуем с главным внештатным специалистом Минздравсоцразвития России по профпатологии, первым заместителем генерального директора ФГУ «Федеральный медицинский биофизический центр им. А. И. Бурназяна» ФМБА России, доктором медицинских наук, профессором Андреем Бушмановым.

Рейтинг вредности

«AиФ»: – Андрей Юрьевич, я думаю, что у вас и у ваших коллег становится все меньше работы. Во всех отраслях улучшается техническое оснащение, появляются прогрессивные технологии. Наверное, количество профзаболеваний в России с каждым годом уменьшается?

Андрей Бушманов: – За последние 15 лет количество случаев профзаболеваний не изменилось. Как было около 1,5–2 случаев на 10 тысяч работающих, так и осталось. И это неудивительно – ведь нет никаких причин ни для снижения, ни для роста этих цифр. Законодательная база, отношения между рабочими и работодателями, принципы охраны труда – ничто из этого пока не поменялось. Сегодня в России ежегодно регистрируется от 7 до 8 тысяч новых случаев профзаболеваний. Видимо, на самое ближайшее время эти цифры сохранятся.

«AиФ»: – Какие отрасли здесь держат пальму первенства?

А. Б.: – По данным Росстата, всего в российской промышленности трудятся во вредных и опасных условиях около 20 млн человек, и почти 40% из них – в добывающих отраслях. На втором месте по профвредности – обрабатывающие производства, машино- и судостроение, в которых используются сборочно-клепальные, зачистные, кузнечно-штамповочные работы. Здесь цифры ниже, но тоже существенно превышают средний показатель: примерно 6–8 случаев на 10 тысяч работающих.

«AиФ»: – Но это все тяжелые, «мужские» работы. Женщины меньше заняты во вредных производствах?

А. Б.: – Много женщин традиционно трудится в химических отраслях. А, к сожалению, именно в химической промышленности часто не соблюдаются условия труда, многие рабочие места не аттестованы.

Кто нуждается в помощи?

«AиФ»: – Люди, работающие на вредных производствах, регулярно проходят медосмотры?

А. Б.: – Безусловно. По приказу Минздрава России № 83 от 2004 года они обязательно обследуются раз в два года. Плюс к этому, следуя тому же приказу, всех без исключения «вредников» еще раз в 5 лет должны отправлять на углубленное обследование в центры профпатологии. Но, к сожалению, это не выполняется. В стране 80 центров профпатологии – получается, они должны принять десятки миллионов людей, работающих во вредных отраслях. Это нереально, их пропускная способность гораздо меньше.

«AиФ»: – Где же выход? Открывать новые центры?

А. Б.: – Мы подсчитали, что даже если увеличить их количество в 10 раз, это не решит проблему. Дело в том, что тот самый приказ Минздрава России № 83, по которому мы сейчас работаем, охватывает все – и факторы, вызывающие профзаболевания, и «опасные профессии». На самом деле это – разные понятия. Например, работа на высоте. Она может вызвать травму, но никак не хроническое профессиональное заболевание. А получается, что все люди, которые трудятся на опасных работах, тоже должны проходить углубленный медосмотр на предмет развития профзаболевания, но ведь в этом нет необходимости.

«AиФ»: – Значит, нужен новый приказ?

А. Б.: – Да. Мы сейчас подготовили проекты двух приказов – в одном отражены именно вредные факторы, а в другом – профессии, которые могут привести к неблагоприятным последствиям для человека, но никогда не вызовут профзаболеваний. Это позволит полноценно аттестовывать рабочие места и проводить медосмотры. В проекте нового приказа мы выделили именно те категории людей, которые необходимо осматривать углубленно: тех, кто действительно трудится в условиях превышения предельно допустимых уровней и концентраций вредных веществ на рабочем месте, и тех, кто имел нештатные аварийные ситуации, производственные травмы, или тех, кому уже поставлены предварительные или заключительные диагнозы профзаболеваний. И на эти категории работников мощностей наших профцентров хватит.

Новые стандарты

«AиФ»: – А есть ли средства для того, чтобы отправить в санаторий тех, кому это необходимо?

А. Б.: – Да. Сейчас в Фонде социального страхования есть деньги для того, чтобы «вредников» оздоравливать за государственный счет. Сегодня в России около 160 тысяч человек страдают профзаболеваниями, и около 100 тысяч из них ежегодно ездят в санатории бесплатно.

«AиФ»: – Для профбольных есть специализированные санатории?

А. Б.: – Таких санаториев мало. Примерно 45 тысяч проф­больных и пострадавших в результате производственных травм попадают в реабилитационные центры фонда социального страхования РФ. Остальных врачи вынуждены направлять в другие учреждения, не всегда готовые к работе с этой категорией больных. Хотя санаториям выгодно принимать профбольных: фонд оплачивает места в межсезонье, когда мало обычных отдыхающих. Конкурс проводится заочно, и некоторые санатории, чтобы получить заказ, преувеличивают в заявке свои возможности.

«AиФ»: – Будет ли создана система контроля качества санаторно-курортного лечения?

А. Б.: – Обязательно. Мы сейчас работаем над созданием стандартов для санаториев, оказывающих помощь при профзаболеваниях. И непременно будем отслеживать эффект реабилитации.

«AиФ»: – А разве можно его рассчитать?

А. Б.: – По последним данным Фонда социального страхования, почти у 60% пострадавших удается восстановить профессиональную трудоспособность.

Две модели

«AиФ»: – Где больше профзаболеваний – в России или в странах Европы?

А. Б.: – Этот каверзный вопрос я часто задаю своим курсантам. Как правило, они отвечают: «Конечно, у нас!». На самом деле – наоборот. У нас и у них разные подходы в подсчетах. У нас пострадавшим профбольным считается человек, который уже получил диагноз, группу инвалидности. Европейская модель другая: там в основе – индивидуальный риск развития профзаболевания для каждого работающего при воздействии вредных производственных факторов. Если этот риск превышен и имеется заболевание, включенное в национальный список профзаболеваний, человеку не разрешают дальше работать в таких условиях – это установлено в законодательном порядке.

В России законодательство не предусматривает таких мер в отношении групп риска. И поэтому, если взглянуть на цифры, в России получается в 50 или даже в 100 раз меньше проф­заболеваний на 10 тысяч работающих, чем на Западе. Но вот если бы подсчитать у нас лиц, которым угрожает развитие профзаболевания, мы бы явно были впереди европейских стран.

«AиФ»: – Если условия труда одинаково вредные, почему у разных людей разная степень риска?

А. Б.: – У каждого человека – своя чувствительность к опасным факторам. Очень важный дополнительный фактор риска – курение. У курильщиков профессиональные заболевания легких и бронхов развиваются в несколько раз чаще! Кстати, в ряде зарубежных стран есть практика: не ставить диагноз «профзаболевание» курящему человеку, потому что в данном случае невозможно вычленить, что именно стало причиной болезни. К сожалению, в России фактор курения чаще всего не учитывается.

«AиФ»: – Можно ли такую модель внедрить и в нашей стране?

А. Б.: – Надеюсь. Мы сейчас как раз над этим работаем. Моя мечта – чтобы на столе у каждого врача, который проводит медосмотр «вредника», лежала простая инструкция, как выявлять лиц с повышенным риском профзаболеваний. Тогда возможно отсрочить их развитие, проведя раннюю профилактику и реабилитацию.

Смотрите также:

Оставить комментарий (4)

Самое интересное в соцсетях

Топ 5 читаемых



Самое интересное в регионах
Новости Москвы