История о том, как бегемоты стали главными врагами колумбийской экологии, звучит как сценарий фильма Гая Ричи, который решил снять ремейк «Мадагаскара». В середине 1980-х годов Пабло Эскобар — человек, который завалил мир белым порошком и настолько не знал, куда девать деньги, что жег их в камине, чтобы согреть дочь, — решил построить свой личный рай на земле.
Поместье Hacienda Nápoles площадью в три тысячи гектаров превратилось в персональный Диснейленд с динозаврами из бетона и вполне живыми экзотическими животными. Среди зебр, жирафов и слонов особняком держались четверо — один самец и три самки гиппопотамов. Их привезли из Африки нелегально. Впрочем, слово «легально» в лексиконе Пабло отсутствовало вовсе. Наркобарон любил смотреть на массивных зверей, которые лениво жевали травку, не подозревая, что через 40 лет их потомки станут для Колумбии проблемой похлеще, чем подпольные лаборатории.
В 1993 году, когда Эскобара настигла пуля спецназа на крыше дома в Медельине, его империя рухнула. Жирафов и львов быстро распределили по зоопаркам, а вот с бегемотами возникла заминка. Попробуйте поймать и перевезти трехтонную тушу, которая считает бассейн своей собственностью и крайне недоброжелательно относится к попыткам лишить ее комфорта. В итоге их просто оставили в покое. И это была роковая ошибка. 
Свобода, равенство, размножение
Колумбия для бегемотов оказалась не просто вторым домом, а курортом «все включено». В родной Африке им мешают засухи и вечно голодные крокодилы со львами. В бассейне колумбийской реки Магдалена — вечное лето, полно сочной травы и... абсолютно никаких врагов. Результат предсказуем: «великолепная четверка» начала плодиться со скоростью, которой позавидовали бы кролики.
На сегодняшний день по колумбийским рекам дрейфует более 170 «кокаиновых бегемотов». К 2035 году биологи прогнозируют их рост до тысячи. Эти «милые» толстопузики на деле — агрессивные крупные млекопитающие планеты. Они не просто пугают местных жителей, заходя в деревни, но и уничтожают экосистему: их экскременты меняют состав воды в реках, из-за чего гибнет рыба, страдают ламантины и речные черепахи. Колумбийцы ласково называют их «инвазивным видом», но за этим термином скрывается приговор: пристрелить или усыпить.
Москва на связи: миссия «Спасти 80 хвостов»
В апреле 2024 года правительство Колумбии, осознав, что стерилизация стоимостью в десятки тысяч долларов за одну особь не помогает, объявило о планах по эвтаназии. Первыми в очереди на «последний укол» стоит около 80 животных. Именно здесь на сцену выходит Москва.
Генеральный директор Московского зоопарка и по совместительству президент Глобального объединения зоологических учреждений (ГОЗУ) Светлана Акулова объявила о начале беспрецедентной операции.
«Речь идет о спасении 80 бегемотов из Колумбии, потомков животных, некогда принадлежавших всемирно известному наркобарону Пабло Эскобару», — сообщили в пресс-службе ГОЗУ.
План таков: вместо того чтобы превращать бегемотов в удобрения, их хотят распределить по аккредитованным зоопаркам мира. ГОЗУ уже направила официальное обращение колумбийским властям с гуманной альтернативой.
Куда полетят «пассажиры»
Конечно, все 80 бегемотов в одном Московском зоопарке не поместятся — москвичи, конечно, люди гостеприимные, но не до такой степени, чтобы делить пруды в центре города с целой армией гиппопотамов.
Роль «главного хаба» в этой операции взял на себя индийский центр спасения дикой природы «Вантара» в Джамнагаре. Этот центр, основанный семьей миллиардеров Амбани, готов создать для животных специально спроектированную природную среду.
Помимо Индии, готовность принять участие в судьбе «наследства Эскобара» подтвердили члены ГОЗУ из Европы, Латинской Америки, Африки и Азии. Сейчас эксперты работают над сложнейшим квестом: как распределить животных так, чтобы решить проблему ограниченного генофонда. Напомним, все 170 особей — это дети, внуки и правнуки тех самых четырех первопроходцев.
По словам Акуловой, операция такого масштаба требует концентрации лучших мировых ресурсов. Сейчас организация работает над справедливым распределением животных, чтобы решить генетические проблемы, связанные с ограниченным генофондом этой популяции.
Сколько стоит спасение
Стоит признать, что спасение бегемотов — удовольствие не из дешевых. По предварительным оценкам, депортация одной туши за океан обходится примерно в 3,5 миллиона долларов. Кто заплатит за банкет? В операции участвуют крупнейшие зоопарки и частные меценаты. Например, не так давно стало известно, что российский миллиардер Виталий Бутерин уже пожертвовал солидную сумму на опеку милой бегемотихи Му Денг из Таиланда. Возможно, и для суровых колумбийских парней найдутся спонсоры.
Пабло бы удивился
Эскобар, который при жизни был символом смерти и страха, оставил после себя наследие, которое сегодня объединяет зоологов всего мира в попытке сохранить жизнь. Профессионалы из Москвы, Индии и Европы ведут переговоры с Министерством экологии Колумбии, чтобы исправить последствия каприза Пабло.
Бегемоты не виноваты, что их хозяин был преступником, а климат Колумбии — слишком райским. Если международная операция увенчается успехом, то через пару лет, гуляя по Московскому зоопарку, вы сможете посмотреть в глаза толстокожему гиганту и вспомнить: его прадедушка лично видел Пабло Эскобара. Но бегемот вам об этом, конечно, не расскажет. Он будет просто лениво жевать морковку, радуясь, что московский зоопарк оказался куда безопаснее колумбийских джунглей, где на тебя точат зуб экологи.
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
