aif.ru counter
1191

Михаил Карпачевский: «Наше лесное законодательство стало слишком дырявым»

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 31. Куда же переведут стрелки? 30/07/2014
Михаил Карпачевский.
Михаил Карпачевский. © / Лесные вести

«Ущерб, который наносится природе, в России зачастую не оценивается. Тут и там можно найти рекламные объявления: «Эксклюзивные дома в лесу». Подчёркивается, что это не просто дома, а дома с лесом, что по закону сделать невозможно», — рассказал «АиФ» эксперт по охране лесов, координатор лесной программы «Прозрачный мир» Михаил Карпачевский.

Втирали очки

Валентина Оберемко, «АиФ»: Михаил Львович, когда-то Россия была лесной империей, но недавно специалисты из Университета Мэриленда по фото из космоса установили, что с 2000 по 2012 год лес был уничтожен на площади в 2,3 млн кв. км. И больше всего потеряла Россия — 365 тыс. кв. км. Как же так вышло?

Михаил Карпачевский: Cамый большой урон нашим лесам наносят пожары. Официально за 2012 год площади, охваченные пожарами, составили 5 млн га. А по расчётам РАН — 11,5 млн га. Больше чем в 2 раза! Такие огромные потери лесов связаны с тем, что с пожарами перестали бороться. Уничтожили лесную охрану, потом долго передавали полномочия по борьбе с пожарами разным ведомствам. Не знаю, кому мы таким образом втирали очки, имитируя решение проблемы, — видимо, сами себе.

Второй фактор, ведущий к уничтожению лесов, — их вырубка. К сожалению, официальной статистики именно по вырубленной площади нет.

На третьем месте — истребление лесов, связанное либо с разработкой полезных ископаемых, либо с застройкой. То, что касается добычи полезных ископаемых, во многих случаях оформляется легально. А вот с лесами, которые уходят под застройку, ситуация более спорная, потому что чистых способов застройки леса у нас практически нет. Есть исключения — Химкинский лес, к примеру. По нему было принято официальное решение. Тем не менее стороны остались при своём мнении, а лес был утрачен. Главная мотивировка при принятии решения о вырубке — так проще будет прокладывать дорогу.

Ущерб, который наносится природе, в России зачастую не оценивается. Тут и там можно найти рекламные объявления: «Эксклюзивные дома в лесу». Подчёркивается, что это не просто дома, а дома с лесом, что по закону сделать невозможно. Но есть разные ухищрения, как эти законы обойти, — законодательство стало слишком дырявым. Например, была у нас категория «городские леса» — зелёные зоны в городе. Когда в 2006 году приняли новый Лесной кодекс, городские леса формально исчезли. То есть по документам огромные городские парки теперь — это просто пустые земли, и чиновникам стало намного проще отдавать их под застройку, делать гольф-поле, фитнес-центр. Да всё что угодно — пустырь же!

 Cамый большой урон нашим лесам наносят пожары
«Cамый большой урон нашим лесам наносят пожары». Фото: пресс-служба МЧС РФ

— Но многие обыватели могут сказать: зачем нам беспокоиться из-за каждого дерева — вон у нас их сколько.

— Если человек предпочитает жить в каменных джунглях и выходить на улицу в противогазе, то ему всё равно, где сколько лесов осталось, и он запросто может кинуть в лесу окурок, выбросить там мусор. То есть вести себя, как варвар. Но вот пример. Вы знаете, что столица и даже область являются с точки зрения снабжения кислородом только потребителями? Возмещение потерь кислорода происходит не за счёт зелёных насаждений города, а за счёт того леса, который растёт в соседних регионах! К тому же чем больше мы живём в каменных джунглях, тем больше хотим, выезжая за город, видеть вокруг себя природу, а не особняки и заборы. Но на берегах больших водохранилищ, где раньше люди могли спокойно и бесплатно отдохнуть, нынче стало огромной проблемой даже просто выйти к воде — берега частные. Получается, что у нас постепенно отнимают право на доступ к природе!

Да, лесов у нас в стране пока много, ситуация с ними в России лучше, чем в Африке, но... Надо понимать, что большин­ство тех лесов, количеством которых гордятся наши граждане, безумно далеко. Это Сибирь, север Дальнего Востока и т. д. Леса там малопродуктивные. Это не вековые деревья, нависающие надо всем, а лесотундра — разреженная, очень ранимая. Лучшие же леса исчезают. Стоял тот же прекрасный дубовый Химкинский лес с деревьями, которым было больше 200 лет. Его вырубили, на его месте посадили ёлочки, берёзки. Площадь, по идее, по-прежнему считается лесом, но по качеству это вещи несравнимые.

Украсть просто

— Вот вы упомянули вырубку, по которой нет официальных данных. А как же незаконная вырубка, то есть кража леса? Про неё тем более ничего неизвестно.

— В России есть масса возможностей украсть лес. По незаконной вырубке данные очень скромные. Это примерно 1% от всей заготовки. С точки зрения обывателя, 1% — ничто. И рядовой управленец не будет очень сильно по этому поводу расстраиваться. Но, по неофициальным данным, у нас воруют где-то 5-ю или даже 4-ю часть от всей заготовки! А это уже совсем другие проценты. Бывает, что незаконно заготавливают древесину легально существующие компании. Один из таких вариантов «увода» леса — санитарная рубка, под видом которой рубят здоровые деревья.

Гринпис России проанализировал, сколько бабушке из сельской местности нужно приложить усилий, чтобы получить дрова. По закону бабушка должна нанять двух юристов, которые год будут бегать по инстанциям. Бабушка этим не занимается. Если ей нужны дрова или доски, чтобы дом починить, она просит родственника или соседа, который просто идёт в лес и рубит деревья. А ведь, будь закон проще, предпочла бы получить дрова законно.

Незаконных рубщиков (особенно крупных) ловят очень мало, а ещё меньше наказывают, потому что их надо буквально поймать за руку с бензопилой, что маловероятно. На Дальнем Востоке существуют специальные мобильные отряды. Они рыскают по лесу и ловят браконьеров. А в некоторых регионах, например на юге Дальнего Востока, сложилась сложная коррупционная схема. В неё входят местные власти, полиция, даже местное население вовлечено в незаконную заготовку. Поэтому, если туда добирается кто-то посторонний с проверкой, об этом, как по сарафанному радио, сразу становится известно. Эту систему невозможно разрушить, просто ловя кого-то в лесу. Надо крушить всю цепочку полностью. Часто даже заграничные компании покупают у нас нелегальную древесину. И, если вы пойдёте на московские строительные рынки, вы не сможете понять, ворованные это деревья или нет, концов там не найдёте.

По неофициальным данным, в России воруют где-то 5-ю или даже 4-ю часть от всей заготовки леса
По неофициальным данным, в России воруют где-то 5-ю или даже 4-ю часть от всей заготовки леса. Фото: Commons.wikimedia.org

— Правительство отдало Китаю под вырубку 1 млн га в Сибири. В результате у китайских курьеров обнаружили лапы 210 медведей, 250 кг губ лосей, 2,5 тыс. шкурок соболя. Варвары!

— А вы надеялись на что-то иное? Ждать от китайцев бережного отношения к нашему лесу, к тайге не приходится. Они привыкли брать по максимуму — зачем же деньги упускать. Но не Китай виноват в том, что у нас много леса воруют и медведей убивают. Мы сами в этом виноваты. Но вопрос даже не в том, что китайцы вырубают наши леса. Проблема в том, что эти наши компании на самом деле уже не наши, а китайские. Они формально являются российскими, но владельцы у них — китайцы.

Кто выдал им разрешение, кто их зарегистрировал? Явно не китайцы. Вы правильно сказали вначале, что Россия была (в прошедшем времени) лесной державой. И сегодня, если говорить о ситуации в конкретных регионах, риски очень высоки. Такими темпами за 5-15 лет там может наступить коллапс. Мы можем прийти к тому, что в средней полосе потеряем существенную часть лесов за очень короткий срок. И эта потеря будет практически необратимой.

Оставить комментарий (1)

Самое интересное в соцсетях

Топ 5 читаемых



Самое интересное в регионах
Новости Москвы