2696

Лекарства приказали долго жить. Почему в аптеках дефицит таблеток?

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 48. И кто виноват? 25/11/2020
Константин Михальчевский / РИА Новости

На минувшей неделе на совещании у президента по ситуации с коронавирусом представители ОНФ сообщили о чудовищной ситуации с лекарствами, которая сложилась в российских аптеках. Глава правительства после этого обязал Минпромторг еженедельно докладывать о наличии у производителей и поставщиков медикаментов нужных препаратов. С подробностями – корреспонденты «АиФ».

«А вдруг и это пропадёт?!»

За «сытые 2000-е» мы уже успели отвыкнуть от понятия «дефицит»: когда очередь надо занимать с ночи, бегать часами по городу, доставать из-под прилавка. Пандемия коронавируса освежила наши воспоминания.

Расхватали моментально

В одном из спальных рай­онов Калуги около десятка аптек. В самой отдалённой популярных в последнее время левофлоксацина и цефтриаксона нет. Арбидол был, но закончился. На вопрос о наличии аналогов продавец грустно качает головой. «Попробуйте поискать поближе к центру города. До нас эти лекарства просто не доходят, не успеваем выхватить на складе», – отмечает провизор.

И предлагает в качестве мер профилактики купить гематоген и аскорбиновую кислоту. Примерно такая же ситуация и в остальных аптеках района. Только в одной находится левофлоксацин, но в таблетках – раствора для инъекций нет давно.

В Минздраве области уверяют, что поставки необходимых лекарств налажены в сети государственных аптек «Калугафармация». Но крупную партию цефтриаксона расхватали за несколько дней. Провизоры предлагают его аналог, который стоит в 10 раз дороже – около 400 руб. за флакончик.

В районных городках дела обстоят ещё хуже. Жители Сосен­ского, Малоярославца, Боровска сетуют на то, что в аптеках нет ни антибиотиков, ни противовирусных препаратов. Даже витамин D для детей невозможно купить. По словам провизора одной из аптек, производители нарастили мощности выпуска лекарств, но люди расхватывают их мгновенно и закупают с запасом.

– Вчера зашёл в аптеку. Там обслуживали женщину из рай­она – она брала антибиотики по рецепту на троих! Ещё человек 6–7 стояли в очереди в помещении и человек 15–20 на улице, – удивляется местный житель Игорь Голубев.

По словам регионального министра здравоохранения Алана Цкаева, крупную партию медицинских препаратов планируется отправить в поликлиники для тех пациентов, которые лечатся от коронавируса на дому. Предполагается, что бесплатная выдача лекарств больным позволит разгрузить очереди в аптеках и нормализовать запасы медпрепаратов в них.

«Обращайтесь на завод!»

Рязанские активисты ОНФ провели рейд, который показал, что в аптеках нет именно тех лекарств, которые необходимы больным коронавирусной инфекцией. Министр здравоохранения Рязанской обл. Андрей Прилуцкий заметил, что с проблемой недостатка лекарств в аптеках столкнулись многие регионы страны. «К дефициту разрекламированных лекар­ственных средств привёл возникший ажиотажный спрос», – напомнил министр и посоветовал не закупать препараты впрок. Однако, как показали проверки, ажиотажный спрос использовали себе во благо некоторые аптеки, продавая рецептурные препараты (те же антибиотики) безо всякого рецепта. Улучшить ситуацию с лекарствами должно решение, принятое на федеральном уровне, – бесплатно выдавать лекарства больным COVID-19, находящимся на амбулаторном лечении. А глава ­региона ­Николай Любимов поручил держать на особом контроле неснижаемый запас лекарств в больницах.

В Смоленске «джентльмен­ский набор» средств что против ОРВИ, что против коронавируса выглядит так: арбидол, грипп­ферон, аскорутин, аугментин или иной антибиотик, лоратадин, витамин D. Но попробуй их достань! «Арбидола нет, более того, его нет и на складе, когда будет – не знаем, обращайтесь к заводу–производителю», – рубит заведующая одной из смоленских аптек. В другой сообщили, что, как только препарат появляется в продаже, его сразу же скупают. Капли гриппферон мы отыскали всего в двух аптеках города. А вот поиски аугментина несколько затянулись. Та же история с лоратадином – обнаружить его удалось только в нескольких аптеках. И если аскорутин купить легко, то витамин D, который прописывают для профилактики и при лечении коронавируса, сегодня в дефиците.

Практически исчезли из оборота такие рекомендованные Минздравом при лечении COVID-19 медикаменты, как леволет Р, цефтриаксон, клексан, и др. «Мы стараемся выходить из положения, как можем, – предлагаем покупателям аналоги, чтобы им не приходилось бегать по всему городу в поисках нужного лекарства, – говорит провизор одной из аптек Наталья Колотова. – Но бывает, что и аналогов тоже нет в наличии. В этом случае подобрать другое лекарство с другим действующим веществом может только лечащий врач».

«Дежурные по справке»

В Свердловской обл. семьи, коллеги, друзья кооперируются и назначают «дежурных по справке»: как только на едином информационном портале аптек появляется сообщение о наличии арбидола, ибу­профена и других популярных в период пандемии препаратов, в нужную аптеку отправляется наиболее мобильный член сообщества, который закупает безрецептурные лекарства на всех.

Но перебои с лекарствами не ограничиваются только противовирусными препаратами. «Из аптечных сетей пропал противопаркинсонический препарат «Мадопар», благодаря которому удавалось остановить прогрессирование болезни Паркинсона у отца, – рассказывает жительница Екатеринбурга Марина Игнатьева. – Для папы это в полном смысле слова жизненно важное лекарство, до того, как его назначил невролог, отец не мог самостоятельно пройти и 3 метров – падал. Лекарство же помогало ему крепко стоять на ногах в полном смысле слова. Провизоры только руками разводят: «Прекратились поставки». Подняли по тревоге всех близких, знакомых и даже малознакомых, выяснилось, это лекарство исчезло по всей России. Думаю, мы не одни столкнулись с такой проблемой. Горько осознавать, что и так в непростой ситуации положение людей с хроническими заболеваниями усугубляется перебоями с лекарствами».

В Пскове мониторинг, проведённый волонтёрами в 4 десятках аптек, выявил полное отсутствие противовирусного препарата гриппферон. В некоторых аптеках отсутствовал и ингавирин. Средняя стоимость анаферона составила 280 руб., кагоцела – 230 руб. Цены на лекарства псковичи считают необоснованно завышенными. По словам председателя областного Комитета по здравоохранению Марины Гаращенко, жители региона зачастую отказываются, когда фармацевты предлагают им аналоги препаратов, выписанных врачами. «Но действующее вещество в них такое же, эффект такой же. Объяснять это людям – работа врачей», – заявила она.

Кроме того, по словам начальницы облздрава, аптеки не могут продавать антибиотики без рецепта, однако люди, которые хотят купить лекарства таким образом, всё равно находятся. «К тому же у населения паника: «А вдруг что-то пропадёт?» – отметила Гаращенко.

Зависли на складе

Во вторую волну коронавируса в Башкирии из аптек исчезли буквально все лекарства, которые врачи выписывают при лечении COVID-19. Азитромицин, нобазит, ксарелто, курантил – можно обойти несколько десятков заведений и не найти ничего. «Ни в одной аптеке нет антибиотиков! Как лечиться? Кругом один за другим заболевают родственники, друзья, соседи… Не дай бог, тоже заболеем, куда деваться? Где лекарства брать?» – паникует в соцсетях жительница региона.

Ажиотажный спрос – далеко не единственная причина отсут­ствия лекарств в аптеках. С июля 2020 г. начала действовать новая электронная система маркировки товаров «Честный знак». Она подолгу виснет и тормозит процесс реализации. А ведь обозначить процесс перемещения продукта по цепочке производитель – дистрибьютор – продавец нужно на каждом этапе. Представители фармрынка говорят, что простой в системе может продолжаться от нескольких минут до пары недель. Товар может застрять на складе или быть в самой аптеке, а провизор не может отдать его покупателю. «В Перми на оптовом складе лежит 1,2 млн упаковок препаратов, которые мы не можем выпустить в продажу, 755 разных лекарств лежит в аптеках, – говорит руководитель отдела ассортиментной политики одной из федеральных аптечных сетей Татьяна Горкунова. – Ждём разрешения на продажу. Некоторые дефицитные позиции вывели из онлайн-продаж, оставили только в рознице. Потому что появились случаи злоупотребления: заказывают одни и те же люди, т. е. идёт скупка. С разрешением проблемы маркировки препараты снова появятся».

Много ли у нас своих лекарств?

А что вообще происходит в стране с производством лекарств?

Сколько препаратов мы сами делаем в России, а сколько закупаем за границей? Какова в этом плане ситуация с субстанциями – ведь это «сердце» лекар­ства, его активное вещество. И удастся ли выполнить поручение президента и правительства нарастить производст­во лекарств? Чтобы средств от COVID-19, да и от других болезней, хватало даже на пике спроса.

Об этих проблемах рассказывает директор отдела стратегических исследований DSM Group Юлия Нечаева:

– Препараты, которые производят в нашей стране, называют локализованными. Это не только отечественные, но и те импортные лекарства, производство которых перенесено в Россию, – мы их считаем вместе. Доля таких препаратов составляет 43%, если считать по продажам, и 68%, если оценивать по упаковкам препаратов. Доли импортных лекарств – 57 и 32% соответственно. То есть в России производят почти 70% препаратов. При этом, если судить по аптечным продажам, в последние 3 года доля импортных лекарств снижается, а отечественных – растёт. Наши компании ведут более активную маркетинговую работу.

Доля импортных препаратов в госсегменте (они распространяются, минуя аптечное звено, по больницам, медучреждениям и т. д.) также имела тенденцию к снижению. Но в последние 2 года она выросла за счёт государственных программ и дополнительного финансирования федеральной программы по онкологии – благодаря этому пациенты стали получать со­временные и более дорогие препараты. А поскольку это в основном импортные лекарст­ва, их доля выросла. Общих цифр по производству субстанций российского производства, к сожалению, нет. Ситуация с ними более сложная. У нас в стране этот сегмент фармацевтического производства несильно развит, в основном все лекарства делаются из ино­странных субстанций, поступающих по импорту.

Пандемия коронавирусной инфекции больше повлияла на спрос в аптеках, чем на наличие лекарств в больницах. В первую очередь увеличились продажи антибиотиков и противовирусных средств. В целом же уровень потребления препаратов остальных лекарственных групп сильно не изменился – он или сравним с потреблением в прошлые годы, или незначительно сократился.

Проблема с отсутствием или недостатком препаратов в аптеках связана ещё и с введением этим летом обязательной маркировки всех лекарств. Но после принятых в этой сфере в конце октября послаблений правительства отпуск лекарств должен упроститься. И этот фактор уже не будет оказывать негативное влияние.

Что касается поручения Владимира Путина по улучшению ситуации с препаратами, то резервы для увеличения производства многих лекарств есть. Здесь нужно учитывать, кто именно производит препараты от COVID-19. Например, 16% азитромицина поступает по импорту, а 84% производится в России. Весь арбидол, триазавирин и левофлоксабол делают у нас. Значит, увеличить их производство проще. Ведь производственный цикл отечественных препаратов при наличии необходимых субстанций меньше, чем импортных, – их поставки из-за рубежа требуют дополнительного времени.

Кто подъел все таблетки?

В конце октября Минздрав выдал новую, девятую, версию рекомендаций по лечению COVID-19 с обширным списком лекарств. Да вот беда – почти ни один из них теперь не достать в аптеках регионов.

Идеальный шторм

Сводные итоги мониторинга аптек в регионах, который провёл Общероссийский народный фронт, оказались неутешительны. Противовирусных, содержащих действующие вещества фавипиравир, гидро­ксихлорохин, умифеновир, рекомбинантный интерферон (все есть в методичке Минздрава), нет в 66% аптек Мурман­ской обл., 63% аптек Камчатки и 58% аптек Карачаево-Черкесии. ­Антикоагулянтов – ривароксабан, апиксабан – практически нет в Вологодской обл. и Чечне (88% аптек), в 84% аптек Магаданской обл. А это именно те препараты, которые, по данным Московского городского научного общества терапевтов, должны назначаться в первую очередь больным ­коронавирусом. Из 72,5% российских аптек исчезли гормональные противовоспалительные препараты, содержащие метилпреднизолон. ­Антибиотики тоже отсутствуют. Азитромицин, ­левофлоксацин, кларитромицин, моксифлоксацин не купить в 64% аптек Пензенской обл., 35% аптек Чечни и Алтая, 26% аптек Ингушетии.

С чего вдруг такой провал? Ведь за эти годы аптек по стране понаоткрывалось чуть ли не больше, чем продовольственных магазинов. «Сложился, по сути, идеальный шторм, когда на сезонный спрос на лекарства наложился ряд новых факторов, – считает директор Института экономики здраво­охранения НИУ ВШЭ Лариса Попович. – Не продуманная в период кризиса концепция маркировки лекарств (а она изначально была не продумана), уход с рынка некоторых фармпроизводителей в связи с финансовыми проблемами, затруднения с поставками субстанций из-за границы – негативную роль сыграло всё. Хотя это можно и нужно было предвидеть. И Минпромторг в этой истории мог бы значительно раньше выйти с предложением упростить или временно отменить маркировку, чтобы не доводить до кризиса».

«Экономическая ситуация в мире влияет на рост цен, закрываются заводы-производители. Это нельзя игнорировать. Недавно закрыли московский завод, где производили азатиоприн. А у этого препарата нет аналогов и замены, – говорит гендиректор платформы для врачей «Доктор на работе», основатель Национальной ассоциации специалистов по развитию телемедицины Станислав Сажин. – Другие заводы, отправляя в аптеки сообщения о предстоящей дефектуре (отсутствии. – Ред.), не указывают причины. Но все понимают: они снимают с производства дешёвые препараты из списка жизненно необходимых и важнейших, потому что цена производства препаратов оказывается значительно выше, чем установлено законом».

И все эти негативные моменты наложились на панику и страх, который наводят на людей ежедневные сводки о заболевших COVID-19 и ­переполненных больницах.

Кто смог обеспечить запас?

Есть вопросы и к руковод­ству регионов. По словам вице-премь­ера Татьяны Голиковой, из 5 млрд. руб., которые выделены федеральным цент­ром регионам для бесплатного лечения граждан от COVID-19 на амбулаторном этапе (на дому), использовано только 1,6 млрд – на такую сумму заключили контракты на закупку лекарств 44 региона. Почти полностью использовали федеральные средства Кабардино-Балкария, Костром­ская, Тульская, Кемеровская, Курганская, Липецкая обл., Адыгея, Ямало-Ненецкий АО. Почему бездействуют остальные? В Карелии самый высокий, по официальным данным, уровень заболеваемости коронавирусом. Но она в списке не фигурирует. На то, что использование средств идёт ­крайне медленно, обратил внимание президент: по словам главы государства, «сейчас недопустимы любая медлительность и нерасторопность». Но уточнил, что дело не всегда в деньгах, иногда нужные лекарства просто отсутствуют на складах.

Есть регионы, которые своевременно начали доставку бесплатных лекарств больным COVID-19, – Москва, Новосибирская, Тульская, Оренбургская, Ивановская, Калинин­градская, Липецкая и Курганская обл. Так, в столице создан трёхмесячный неснижаемый запас всех необходимых лекарств против COVID-19. Это касается и средств индивидуальной защиты, и реагентов для проведения тестов на­ ­коронавирус. Президент также отметил Курган, где «лекарства получают день в день». «Почему не распространить эту практику в других регионах? Нужно консультировать коллег, предлагать им оптимальные решения по каждой проблеме», – сказал В. Путин.

Зачем нужна «подушка безопасности»?

Минпромторг обещает нарастить выпуск по большин­ст­ву препаратов втрое до конца года. А когда насытится рынок, начать создавать «подушку без­опасности» в виде государственного лекарственного резерва. Излишки перепроизводства министерство обещает выкупить у фармкомпаний. «Вряд ли целесообразно создавать больше запасы, – отмечает Л. Попович. – У нас есть перечень стратегических препаратов, объём которых нарабатывается и которые должны быть всегда в доступе. Список их недавно обновился, стал более современным. Можно увеличить выпуск ещё больше. Но возникает вопрос – куда дальше это всё пойдёт? Ведь сезонный спрос проходит. Что будем потом делать с лекарствами?»

А дальше, видимо, придётся придумывать, как всё ставшее ненужным утилизировать. Ведь лекарства – это не маски, которые могут лежать на складах годами и не портиться. «Сейчас, когда они нарастили мощности и работают в штатном режиме, мы закупаем у них то, что в избытке лежит на складах в резервах», – привёл параллель с перепроизвод­ством средств индивидуальной защиты глава Минпромторга Д. Мантуров. Однако таблетки и микстуры имеют срок годности. После его истечения ими не воспользуешься. И просто так на помойку не выкинешь – всё же токсичный товар. Но это будет уже другая история. А пока нам бы с нынешней разобраться. И строго спросить с тех, кто, получив полномочия и деньги, бездействует, оставляя людей один на один с болезнью.

Что поручил президент?

По итогам совещания с членами правительства В. Путин обозначил, что должно быть сделано прежде всего.

■ Правительству поручено проанализировать ситуацию в каждом регионе и направить допсредства туда, где их не хватает. Чтобы люди получали их максимально быстро, сразу после диагноза. Президент обратил внимание, что использование регионами выделенных на борьбу с коронавирусом средств идёт медленно. «Это непозволительно в любом случае, а тем более сейчас. Необходимо принять исчерпывающие меры по обеспечению граждан лекарствами при амбулаторном лечении», – заявил он, подчеркнув, что ни в коем случае нельзя перекладывать ответственность на людей.

■ Минпромторгу поручено предпринять меры, которые позволят предприятиям оперативно нарастить выпуск по всем проб­лемным позициям.

■ Лично зампреду правительства Дмитрию Чернышенко президент поручил заняться решением ещё одной проблемы – обеспечить пациентам как можно более быстрый дозвон в кол-центры и больницы.

■ Студентам-медикам, помогающим в борьбе с коронавирусом, президент поручил до конца 2020 г. ввести допвыплаты: учащимся медвузов, ординаторам и аспирантам – 10 тыс. руб. в месяц, студентам медучилищ – 7 тыс. руб.

Как наполнить аптеки?

Оправдывая ситуацию с дефицитом лекарств в регионах, многие чиновники кивают на народ: мол, сами создали ажиотаж.

Артём Бичаев, замруководителя  исполкома ОНФ по региональной работе:

Да, в сезон ОРВИ и гриппа люди чаще посещают аптеки. Это подтвердили и результаты опроса: высокий спрос на лекарства отметили 58,4% провизоров. Но такое происходит каждый год. К тому же люди редко покупают лекарства впрок – потому что врач может прописать иные препараты, а лишний раз тратить деньги просто невыгодно: лекарства сегодня – удовольствие недешёвое.

При этом 64% работников из 11,8 тыс. аптек в регионах пожаловались на несвоевременные по­ставки препаратов. Поэтому ответ на вопрос «Что делать?» напрашивается сам собой. Нужно наладить поставки, а не сваливать вину на народ. В некоторых регионах, в частности в Вологодской, Курской обл., бесплатные лекарства начали развозить амбулаторным больным. В государст­венных аптеках Липецка ситуация тоже стала лучше: власти проработали вопрос поставок лекарств в первую очередь через подконтрольную организацию «Липецкфармация». На оперативном штабе по COVID-19 при губернаторе Костром­ской обл. поручено выделить системе здравоохранения дополнительный транспорт из государственных и подведомственных организаций, усилить контроль за наличием препаратов в аптеках. Примеру должны последовать и другие регионы. Жаль лишь, что работа началась только после того, как проблема дошла до президента.

Оставить комментарий (0)
Загрузка...

Топ 5 читаемых



Самое интересное в регионах
Новости Москвы