Какова роль учителя в современном обществе, где все больше функций берет на себя искусственный интеллект? Чему сегодня учить детей, чтобы полученное ими образование было востребовано через несколько лет? На эти и другие вопросы для aif.ru накануне нового учебного года ответил известный педагог, член рабочей группы по образованию Совета по правам человека при президенте РФ, народный учитель России, замдиректора Президентского физико-математического лицея № 239 Санкт-Петербурга, профессор РГПУ им. А. И. Герцена Сергей Рукшин.
Хорошие гримеры
Юлия Борта, aif.ru: Сергей Евгеньевич, близится 1 сентября, вскоре родители после летней передышки вновь погрузятся в школьные проблемы. И это понятно, ведь хорошее образование ребенка видится залогом его успешной жизни.
Сергей Рукшин: Вопросы образования волновали родителей и общество всегда. Еще древние греки считали, что есть всего две самых важных профессии — учитель и врач. Врачи определяют наше ближайшее будущее. А педагоги — отдаленное будущее и жизнь общества. И они правы.
К сожалению, дискуссии, которые ведутся в обществе в последние годы, имеют посыл: у нас все хорошо, как сделать еще лучше. С моей точки зрения, правильная постановка вопроса другая: у нас катастрофа с образованием, особенно средним, угрожающая будущему нации, как нам спасать остатки и развивать образование дальше.
Беда в том, что отчеты, которые получает президент, основаны на сведениях с мест. Мы сталкивались с тем, что президенту докладывали о ликвидации второй смены в каких-то регионах, а потом выяснялось, что там не ликвидирована даже третья. Все, начиная снизу, хотят отличиться, никто не хочет замечаний по работе. Райцентры дают неточную информацию в область, области — в федеральные округа, а те — в министерства. В итоге ситуация напоминает старую шутку:
«Слушай, как он у тебя хорошо выглядит!» — «Да, замечательно, гримеры нашего морга — лучшие в городе».
У нас, действительно, по многим отчетам образование выглядит замечательно. Но это как раз потому, что «гримеры» хорошие.
ЕГЭ надо не отменять, а отделить от школы, оставить как вступительный экзамен в вузы. А в школы вернуть переводные и выпускные экзамены.
— Какие вопросы, по вашему мнению, нужно решать в первую очередь?
— Прежде всего надо спасать профессию учителя. Она откровенно выгорает вместе с уходом на пенсию и из жизни старших поколений педагогов.
Надо восстановить методическую помощь учителям. В советское время в районных методкабинетах и институтах усовершенствования школьным учителям рассказывали, как лучше всего в свете практического опыта вести те темы, которые сейчас идут в школе. Теперь курсы повышения квалификации учителей — это зачастую профанация. Расскажу историю, с которой столкнулся на днях, разбирая деятельность одного врача, к которому были претензии. Им тоже, как педагогам, надо проходить переобучение и набирать определенное количество учебных часов. Так вот этот врач — хирург, но последние курсы повышения квалификации у него — не хирургия, а паллиативная помощь, попросту уход за умирающим. Наше сопровождение работы учителей похоже на биографию этого врача.
В школах необходимо ликвидировать раннюю профилизацию. Сейчас уже после 6-го класса, когда многих предметов у школьника еще и в помине нет, ребенок должен всерьез определиться с будущей сферой деятельности и выбрать профиль. Но интересы детей меняются. И если школьник выберет гуманитарное направление, а потом заинтересуется химией, то поменять профиль обучения будет уже практически невозможно. Те, кто пошел в математический класс, не знают толком химии и биологии. А ученики химбио классов не имеют достаточных знаний по физике. В школе надо давать базовое образование по всем предметам. Имея хорошую базу, ребенок далее сможет выбирать любое направление — химико-биологическое, техническое и т. д.
Скажу и о ЕГЭ, которое вызывает массу споров. Его надо не отменять, а отделить от школы, оставить как вступительный экзамен в вузы. А в школы вернуть переводные и выпускные экзамены, чтобы человек, оканчивая школу, знал и русский язык, и математику, и физику на достойном уровне. И дальше уже выбирал специальность по душе. Школа должна давать среднее образование, а не готовить к поступлению в вуз.
Простая маскировка
— Официальные цифры нехватки учителей — единичные проценты. Но практически в каждой школе какого-нибудь нестоличного города родители учеников вам расскажут, что у них нет учителя химии или недавно ушел учитель математики... Из ваших студентов многие идут в школу работать?
— Есть очень хорошая молодежь, которая искренне хочет преподавать, но, как только они приходят в школу, то условия жизни обычного учителя — перегрузка совершенно посторонними вещами, давление администрации, низкая зарплата — их отпугивают. Из моего недавнего выпуска самые талантливые люди, которые приезжали целенаправленно в педвуз с Дальнего Востока, поработав в школе два года и пожив на учительские зарплаты, уволились. Они были бы на уровне очень хороших петербургских учителей. Но учительской зарплаты на то, чтобы обеспечивать себя, снимать квартиру, а молодым девушкам хочется нарядно одеться, ходить по театрам, попросту не хватает. К сожалению, материальное обеспечение профессии не соответствует тому, что государству нужно от учителя. Не только в качестве преподавателя-предметника, но и в качестве воспитателя гражданственности, патриотизма у подрастающего поколения.
Маскировка нехватки кадров осуществляется за счет работы учителей на 1,5-2 ставки.
Важно также разгрузить учителя от ненужных обязанностей. В силу того, что родители заняты зарабатыванием денег, педагог сейчас — это форпост государства не только по образованию, но и по воспитанию гражданина нашей страны.
— При этом количество подаваемых в педвузы заявлений от абитуриентов увеличивается каждый год.
— Часть таких заявлений — от тех, кто хочет просто выбраться из своих регионов в крупные города. Отсюда и берутся у нас вместо инженеров и педагогов бармены и официанты с высшим образованием. Кстати, выпускники педвузов очень хорошо себя проявляют в офисной работе.
Кроме того, учатся в педвузах не всегда будущие учителя. Педагогические вузы в 1990-е годы мы необдуманно превращали в классические университеты. В моем родном РГПУ им. Герцена наряду с педагогическими специальностями есть юридический факультет. Он готовит не учителей юриспруденции (такого предмета в школе нет), а юристов, многие из которых становятся успешными законоведами, адвокатами. На моем математическом факультете, кроме специальности учителя математики, есть специальность сугубо техническая — прикладная математика и информатика.
— Выход, наверное, очевиден: нужно достойно оплачивать труд учителя, тогда в школе отбоя не будет от умных и талантливых педагогов.
— Выход очевиден, но реализовать его в нынешних условиях не так просто. Кстати, ведь в нашей стране учителя не всегда имели низкие зарплаты. Вспомним замечательный роман Валентина Катаева «Белеет парус одинокий». Его герой, одесский учитель Василий Петрович Бачей, на свою зарплату содержал жену, двоих детей, кухарку и горничную, да еще летом мог с семьей пуститься в круиз.
Важно также разгрузить учителя от ненужных обязанностей. В силу того, что родители заняты зарабатыванием денег, педагог сейчас — это форпост государства не только по образованию, но и по воспитанию гражданина нашей страны. При социализме педвузы недаром относили к категории идеологических. Эти люди определяют воззрения будущих поколений. Чтобы это осуществлять в интересах государства, учитель должен иметь досуг, повышать свой культурный уровень. А для этого он не может работать на две ставки и писать горы отчетов ежедневно.
«Неинтересен — не научишь»
— Многие родители уже с начальной школы берут детям репетиторов, некоторые не прекращают занятия и летом. А чему стоит учить детей? Недавно нам говорили, что важно в школе повысить уровень обучения математике и физике. Но, кажется, тех же айтишников — уже перепроизводство, как раньше юристов и экономистов. Как разобраться, что будет востребовано через 4-5 лет?
— Что будет востребовано на долгосрочный период, человечеству не было известно даже в консервативные времена. Когда появился паровой двигатель, понадобилось огромное количество технарей-инженеров. Изобрели паровозы — потребовались машинисты. И тем более такой прогноз невозможно дать в наше время, когда технический прогресс идет очень быстро, навыки или знания устаревают за год или раньше.
Не надо учить чему-то конкретному. Главное в школе — это вовсе не затолкать побольше знаний по каждому предмету. Нужно выделить фундаментальное ядро по всем предметам и готовить человека, который умеет думать и учиться. В том числе тому, чему понадобится в процессе работы, смены специальности. Замечу, что родной язык и литература, история, география формируют ментальность человека, делают его гражданином своей страны. Так что не только физика и математика важны.
У нас, кстати, нет переизбытка программистов. Рынок труда здесь огромный — от программиста, который работает в сети из трех магазинчиков, до разработчиков, которые пишут коды сложнейших систем. Многие в силу разных причин, необязательно отсутствия патриотизма, уезжают за границу. Не будем скрывать, иногда самых талантливых переманивают западные компании на огромные зарплаты.
Если преподаватель интересен ученикам своими поступками, гражданской позицией, своей жизнью, это существенно улучшит возможности его воздействия на учеников, в том числе и предметные.
— Что еще можно посоветовать родителям, которым небезразлично образование ребенка?
— Все просто. Дать именно добросовестное общее образование и постараться выяснить, что интересно ребенку. Не бояться менять сферу интересов и увлечений. В соответствии с ними привести ребенка в систему дополнительного образования — кружки, школы. Совершенно не нужны частные репетиторы для всех. Также могу посоветовать родителям доверять обучение учителям. Не возмущаться двойками и не предъявлять претензии. А учителя должны говорить родителям и детям правду об уровне их достижений, чтобы стимулировать детей улучшать успеваемость.
— Подводя итог, каким должен быть современный учитель, по вашему мнению?
— Предметник, гражданин, человек, владеющий психологией обучения ребенка, обладающий должным запасом знаний о современной культуре. Если студент спросит меня, смотрел ли я последний матч любимого «Зенита», а я отвечу, что мне неинтересно, это будет правда, но помешает мне с ним общаться. Поэтому я обязательно в воскресенье посмотрю результаты и описание, как играл «Зенит», потому что я должен быть интересен студентам. Никто и ничему не может научиться всерьез у человека, который неинтересен и который не вызывает никаких эмоций, кроме равнодушия. Если преподаватель интересен ученикам своими поступками, гражданской позицией, своей жизнью, это существенно улучшит возможности его воздействия на учеников, в том числе и предметные.
То, что ребенка может обучать искусственный интеллект, — это иллюзия. Думающую личность формирует учитель в процессе диалога. А воспитание социальными сетями приводит к тому, что огромное количество молодежи попадает в лапы наших врагов. Поэтому нужен живой учитель. Его и надо спасать. И при этом не обманывать себя. Как сказал в свое время наш эффективный министр обороны — ошибаться можно, врать нельзя. В сфере образования это тоже как никогда актуально.
А как в Москве?
Столичное школьное образование задает планку всем остальным регионам.
В Москве к новому учебному году открываются 100 отремонтированных школ. Здания обновили в рамках программы «Моя школа».
Сервисами «Московской электронной школы» будут пользоваться 4,7 млн школьников России. На этой образовательной платформе собраны видео уроков, обучающие материалы, виртуальные лаборатории, тесты и многое другое.
Также в столице предъявляются высокие требования к самим школьными учителям. С 1 января 2026 году устроиться учителем в московскую школу теперь можно только при подтверждении высокого или экспертного уровня результатов ЕГЭ. Для каждого педагога будет формироваться цифровое портфолио, куда включат данные об успехах учеников за последние пять лет. На основе этих сведений город начнёт выстраивать индивидуальные программы обучения и повышения квалификации учителей.
«Сегодня в столице работает порядка 100 тысяч педагогов — большинство имеет высшую квалификационную категорию», — сообщил мэр Москвы Сергей Собянин в своем канале в мессенджере Max.
Целевой подготовкой учителей для школ Москвы отныне занимается Московский городской педагогический университет.
Сергей Собянин оценил новый корпус школы № 1517 в Хорошево-Мневниках
Сергей Собянин оценил новый корпус школы № 1517 в Хорошево-Мневниках
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
Важный этап. Готовим ребёнка к переходу из начальной школы в среднюю 
Школьное преобразование. Ученики познают профессии будущего прямо в классах 
ИТ-полигон и медиатека. Собянин посетил новый корпус Курчатовской школы 
В классных условиях. Как в обновленных школах вырастают победители олимпиад 
«Буду скучать по учителям». Выпускник московской школы — о планах на будущее 
