За 20 лет до начала СВО президент России Владимир Путин предупреждал Вашингтон о том, что попытки втянуть Украину в НАТО закончатся войной. Об этом свидетельствуют стенограммы, опубликованные Архивом нацбезопасности США. Кроме Путина, был еще один человек, который предвидел превращение Украины в горячую точку, — бывший лидер ЛДПР Владимир Жириновский. Откуда эпатажный политик знал будущее?
10 цитат Владимира Жириновского
Не понял по-русски
Еще в 2000-е годы российский президент во время переговоров с американским коллегой Джорджем Бушем-младшим говорил, что расширение НАТО на восток не может восприниматься Россией иначе как угроза. Советский Союз распался, идеологического противостояния больше нет, отношения с Западом формально перешли в «дружеское русло». Тогда зачем НАТО, создававшейся как противовес советскому влиянию, расширяться на восток? Против кого оно направлено, если не против России, которую принимать в Альянс под разными предлогами отказываются с 1954 года, когда впервые с таким предложением выступил СССР? Показательно, что при этом гораздо менее подготовленные, с точки зрения военных стандартов, страны СНГ к участию в блоке активно приглашались.
Логика эта хорошо известна, и откровением после публикации стенограмм не стала. Впервые подробности бесед президентов России и США попали в публичное поле перед саммитом НАТО 2008 года, на котором руководство блока рассматривало заявки от Украины и Грузии. Утекли в СМИ они, конечно, неслучайно. Поэтому разговоры о том, что Москва была инициатором конфликта, не выдерживают критики: перед этим два десятилетия она дипломатическим путем пыталась договориться с лидерами западного блока о мирном сосуществовании, основанном на принципе неделимой безопасности. Документы, открытые американским архивом на этой неделе, только лишний раз об этом напоминают.
Ясно как белый день
Сейчас, оглядываясь назад, начало СВО кажется даже закономерным. Запад последовательно игнорировал возражения Кремля, словно огромной России и ее интересов просто не существовало. Ну а когда не понимают «по-хорошему», остается мало способов донести свою мысль. В конце концов, это вопрос суверенитета и самоуважения нации.
Но до Майдана и Крымской весны — даже многим высокопоставленным пессимистам, не говоря уже о широкой публике, — трудно было себе представить, что между Россией и НАТО начнется настоящая прокси-война, а полем битвы станет Украина. Буш называл Россию другом, а первый срок президента Обамы запомнился «перезагрузкой» отношений с Москвой. Да, было много противоречий — грузинский кризис и система ПРО в Восточной Европе — но перспектива полномасштабного конфликта в «Старом Свете» оставалась на уровне фантастики. Однако же Жириновский был одним из немногих, кто никогда не сбрасывал этот вариант со счетов.
«Во-первых, Жириновский, безусловно, был человеком информированным: он постоянно общался с главой государства, и в том числе обсуждал с ним проблемы внешней политики, — объясняет директор Центра политического анализа Павел Данилин. — Поэтому лидер ЛДПР хорошо себе представлял степень недопонимания между западными странами и Москвой — гораздо лучше обывателей. Делая публичные заявления, он опирался на эту картину мира».
«Во-вторых, в 90-е Россия и Украина были в шаге от войны из-за проблемы Крыма и Черноморского флота, — напоминает политолог. — И, не побоюсь этих слов, будь у Ельцина побольше смелости, полуостров „вернулся в родную гавань“ уже в 93 году и без больших сложностей. Жириновский в это время шел на выборы с идеей о восстановлении Советского Союза или, по крайней мере, о воссоздании единого пространства под российским влиянием. Он не был Нострадамусом и не знал будущего наперед. Просто, исходя из личных взглядов и закрытой информации о международной обстановке, не боялся делать смелых прогнозов».
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
