Примерное время чтения: 7 минут
2576

Поднебесная сфера. Далеко ли зашли китайцы, встав на соцпуть

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 4. Наш «Сталинград» 25/01/2023
Си Цзиньпин
Си Цзиньпин / TINGSHU WANG / Reuters

По китайскому календарю Новый год наступил 22 января. Праздновать его Поднебесная будет 15 дней. 

Пока Пекин отдыхает, обозреватель aif.ru, изъездивший КНР вдоль и поперёк, разбирает наши представления об этой стране и рассказывает, почему многие в России заблуждаются насчёт Китая.

Есть ли в Китае социализм?

— Никакого социализма в Китае на самом деле нет. Да, у власти Компартия со всеми её атрибутами — пленумами, съездами, партийными ячейками, портретами вождей на стене. Да, свирепствует госцензура. Но в «ежедневной» жизни простого китайца социализм отсутствует. 

Начну с заботы о бедных — самого главного, что, как известно, отличает социализм от бездушного капстроя. Процветающий Китай очень неохотно помогает обездоленным. Не так давно жителям сельской местности вообще не платили пенсий. Впрочем, как таковых пенсий по старости в Китае нет. Платил взносы — получишь. Не платил — извини. Поэтому на хорошо оплачиваемый заслуженный отдых могут рассчитывать только те, кто трудится в богатых фирмах, отчисляющих внушительные суммы на пенсии работников. В большинстве же своём престарелые граждане КНР получают 1080 юаней (около 11 тыс. руб.), а на селе и вовсе 125 юаней (1,3 тыс. руб.). У «зажиточного» бюджетника с городской пропиской выходит 2896 (29 тыс.).

Бесплатной медицины в «социалистическом» Китае тоже практически нет. Причём народ жутко завидует России — тут идут упорные слухи, что русские могут пойти в поликлинику и получить «дармовую» помощь. В Китае любой приём в поликлинике — через кассу.

Бесплатное образование? Тут уже получше. Но опять-таки почему в Китае так вдруг расцвели иностранные бизнес-школы? Потому что богатые отдают своих отпрысков на платное обучение с сильными преподавателями (до 1 млн руб. в год). А дети бедных пытаются учиться в переполненных классах (по 50 человек). Знакомо? Согласен. Только в Китае зашло намного дальше.

«Когда я приезжаю в Россию, говорю: ребята, радуйтесь! Мало того что вы рожаете бесплатно, вам это позволяют! — говорила мне как-то в Харбине председатель Русского клуба Марина Кушнаренко. — Радуйтесь, что можете сидеть с ребёнком три года, а не три месяца. У вас в России есть материнский капитал».

Иногда даже думаешь: взять бы да и переселить сюда какого-нибудь нашего коммуниста, сторонника китайского пути. Вот бы он удивился...

Можно ли победить коррупцию с помощью расстрелов?

Для жителей России, конечно, показательные расстрелы чиновников выглядят эффектно и заманчиво. Но им вряд ли известно, что до недавних пор, например, бизнес целых городов был заточен на обслуживание чиновников-миллионеров. Рестораны, казино, публичные дома... И всё это на фоне кровавых казней.

Как мне объяснили мои местные друзья, партийные товарищи, здесь та же коррупция. Она, правда, сложнее, стоит на тысячелетних традициях Поднебесной. Её называют национальной деловой культурой гуаньси, где кланы, родня, подарки и деловой этикет ядрёно замешаны в некое учение. И когда ты спрашиваешь, какое тут может быть гуаньси, с расстрелами на стадионах, тут смеются: «У нас очень смелые, героические коррупционеры».

Китайцы восприимчивы к пропаганде, а народное легковерие успешно эксплуатируется. Один местный эксперт заметил мне:

— Китайцы, нахлебавшись капитализма, начинают уважать Мао Цзэдуна даже сильнее, чем в России Сталина. И эту тоску по сильной руке Компартия отлично эксплуатирует. На предприятиях возрождается традиции хунвейбинов — «часы самокритики» (это когда сотрудники каются в ошибках, а остальные их яростно изобличают), активизируются парткомы на производствах. Причём завести у себя коммунистические ячейки обязывают даже иностранные компании, например «Мерседес», IBM, «Майкрософт». Они, конечно, в ужасе, угрожают уйти из-за этого с рынка, но куда они денутся.

Как они относятся к русским?

В Китае очень уважают русских, и в особенности Путина. Правда, иногда ощущаешь — уважение это специфичное.

«Вы смелые, любите выпить, танцевать и драться», — не задумываясь выпалила китайская знакомая, когда я попросил обрисовать русское реноме. Прозвище наше, оказывается, «волосатики» (считается, что у нас у всех буйная растительность на теле). 

Мы в представлении китайцев — воины. Отвязные, как викинги. Знакомая показывает в телефоне ролики: на одном русская бабушка тащит бревно, на другом строитель, свесив ноги с 10-го этажа, прикуривает от строительного ковша... И глядит на моё озадаченное лицо, не хихикая, а наоборот — с уважением.

Но народное уважение к северному соседу сочетается с главной для России проблемой — суперпрактичностью китайцев. Особенно это проявляется в бизнесе. Если в отношениях с американцами, к которым здесь накопился миллион претензий, китаец стоит навытяжку, с русскими — расслаблен и склонен надуть. Причина банальна. Америка заказывает с какого-нибудь завода 100 контейнеров в день, а Россия — 3 в год. Вопрос — куда пойдёт бракованный товар? Конечно, в Россию. В драгоценные Штаты пойдёт самое лучшее, чтобы продлить контракт.

К России отношение у китайцев непрактичное, душевное...

— Вам, русским, повезло с женщинами, — сказал мне китаец из Пекина. — У нас есть даже выражение: «Живёт как шанхаец». То есть как подкаблучник. Да и в других городах уже правило: дамы дома не убираются, не готовят — всё должен делать муж. А она, дескать, женщина, ждущая дорогих подарков...

— И у нас в России такое есть, я слышал, — успокаиваю мужика.

— Ой, да ваши поорут, а потом всё сделают, — усмехается он. 

Те из русских, кто прожил в Китае много лет, сомневаются: может ли Россия стать для Китая «сюнди» (закадычным другом)?

Один из них, Владимир Марченко, в своей книге пишет: «Я пару лет назад общался с китайцем. Он мне говорил, что основные проблемы возникают потому, что люди из разных стран в детстве читают разные сказки. И привёл пример из китайского фольклора. Жили-были два мужика. Случилось так, что стали смертельными врагами... И вот сошлись они в схватке. Один был явно сильнее, быстро второго на землю кинул, вытащил меч и приставил к горлу. Глядит — а поверженный соперник лежит, дрожит, смотрит жалобно, помирать ну совсем не хочет. Пощадил тогда сильный своего слабого противника, плюнул и говорит: “Ты такой жалкий, что тебя даже убивать противно. Живи с осознанием своей никчёмности, это будет тебе лучшим наказанием”. И повернулся, чтобы уйти. А этот второй, слабый и жалкий, подскочил быстренько и, не будь дурак, сунул первому кинжал под лопатку.

— И вот как ты можешь охарактеризовать этих двоих? — спрашивает меня мой китайский знакомый.

Я, естественно, говорю:

— Первый — сильный и благородный, а второй — ничтожный и презренный, напал со спины на того, кто только что ему жизнь подарил.

— Вот-вот, — смеётся мой китаец. — В русской да и в европейской культуре именно так: благородство и честь против трусости и предательства. В китайской же сказке мораль совсем другая. Первый просто дурак: если уж не убил врага, то хотя бы никогда не поворачивайся к нему спиной. А вот второй вовсе не жалкий, он как раз сильный. Потому что в итоге он победил. Как именно победил, для китайца неважно. Важен результат».

Только цифры

6 190 394 — столько долларовых миллионеров проживает в Китае. 

В стране 108 городов-миллионников.

Самый крупный — Чунцин с населением 30 млн человек.

На втором месте Шанхай — 24,2 млн человек.

Столица, Пекин, на третьем месте — 21,7 млн жителей.

Оцените материал
Оставить комментарий (2)

Топ 5 читаемых



Самое интересное в регионах