629

Геннадий Гудков: «Хоть чучелом, хоть тушкой, но к власти я приду»

Сюжет Интервью с политиками
Геннадий Гудков. Фото: Ирины Саттаровой, АИФ

Почему даже оппозиционные депутаты Госдумы стали голосовать за скандальные законопроекты власти? Сколько получают из бюджета «Справедливая Россия» и КПРФ? Почему уличные движения эффективнее системной оппозиции? На эти и другие вопросы в интервью АиФ.ru ответил оппозиционер, член Координационного Совета, экс-депутат Госдумы и член бюро «Справедливой России» Геннадий Гудков.

АиФ.ru: – Геннадий Владимирович, 26 февраля вы говорили о том, что хотели бы обсудить своё исключение из руководящих органов партии с Сергеем Мироновым. Вам удалось встретиться?

Геннадий Гудков: – Нет, мне не удалось. Ему, наверное, сложно со мной встречаться. Раньше мы с Мироновым общались достаточно часто.

АиФ.ru: – Что сейчас изменилось?

Геннадий Гудков: – Я думаю, идёт сильнейшее давление со стороны Кремля. Когда меня изгоняли из Думы, Кремль рассчитывал, что Гудкова больше не будет в информационном пространстве. Эта история, напротив, сделала меня обсуждаемой медийной фигурой.

АиФ.ru: – Если «Справедливая Россия» готова расстаться с таким «медийным активом», то, получается, для партии аппаратные договорённости важнее публичной борьбы за избирателя?

Геннадий Гудков: – Я боюсь, партия перестаёт быть оппозиционной. Может быть, есть договорённости, о которых члены партии не знают.

АиФ.ru: – Но «Справедливая Россия» далеко не всегда была «остро-оппозиционной».  Трансформация произошла после последних выборов в Госдуму.

Геннадий Гудков: – Сейчас можно сказать, что партия создавалась Кремлём. Да у нас все партии либо создавались Кремлём, либо существуют при его поддержке. Сейчас влияние Кремля на партии снижается.

Политическая борьба происходит по объективным, не зависящим от Кремля правилам. Когда тебя мочат, когда твоих соратников преследуют, вырабатывается политическая злость. Это и произошло со «Справедливой Россией».

АиФ.ru: – А почему же тогда пошёл обратный процесс?

Геннадий Гудков: – Мне кажется, Кремль решил ещё больше приручить парламентские партии. Совсем недавно чудесным образом в 2,5 раза было увеличено бюджетное финансирование партий. Закон был принят в конце 2012 года, а в силу вступил задним числом – с 1 января 2012 года. Значит, партии получат не только щедрый куш за 2013 год, но и перерасчёт за прошлый – 50 рублей на голос. «Справедливая Россия» в этом году получит порядка 700 млн рублей. КПРФ – больше миллиарда, наверное. Я думаю, это следствие договорённостей Кремля с определёнными лидерами.

Геннадий Гудков Геннадий Гудков. Фото Рамиля Ситдикова, РИА Новости

АиФ.ru: – По вашему мнению, каковы условия этих договоров?

Геннадий Гудков: – Я не исключаю, что являюсь одним из условий этого договора. Возможно, дополнительные условия – не идти на улицу, признавать легитимной Государственную Думу, не требовать её роспуска, «не бузить» по поводу законов.

АиФ.ru: – Если такие договорённости действительно существуют и вас исключат из партии, какие действия вы предпримете?

Геннадий Гудков: – Юридически исключить из руководящих органов можно только решением съезда, который состоится в октябре 2013 года. До съезда исключение возможно лишь из бюро.

Но есть тонкость. Когда пытались сохранить Миронова как спикера Совета Федерации, «Справедливая Россия» пошла на трюк: председателем партии был назначен Левичев, а Миронов стал председателем мифической Палаты депутатов с неограниченными полномочиями. Он может приостановить работу в руководящих органах тех деятелей, которые наносят вред партии.

В этих условиях у нас манёвр какой? Можно остаться в партии и апеллировать к её членам, а их у нас осталось 217 тыс. из 440. У Навального одних пользователей в Твиттере 350 тыс. Выходит, один Навальный имеет сторонников и поклонников больше, чем вся «Справедливая Россия»?

АиФ.ru: – Между членами партии и читателями в Твиттере всё же есть разница. Читать Твиттер проще, чем записываться в партию.

Геннадий Гудков: – Может быть. Согласен. Но вопрос остаётся: где новый приток? Я думаю, всё это – результат непоследовательности позиции партии. Когда есть позиция – есть враги и есть друзья. Когда позиции нет, противники могут остаться, а друзей ты точно не приобретёшь.

АиФ.ru: – Вернёмся к вашим действиям. Если вас исключат, вы рассматриваете вариант ухода из партии?

Геннадий Гудков: – Да. Если я решу уйти из партии, то не буду вступать пока ни в какие другие. Нужно понять, что со страной происходит. Для чего нужны партии? Партии – это инструмент прихода к власти. Можно ли прийти в России к власти? Нет, потому что выборы уничтожены. Комиссиями руководит фальсификатор Чуров – жулик и мошенник. В этих условиях глупо говорить о выборах, партиях.

Почему власть так сильно не любит Гудковых и других? Они понимают, что протестное уличное движение – это всё, что осталось сопротивляющегося в стране. Всё остальное легло. Выход ста тысяч людей на улицы зачастую решает больше проблем в стране, нежели 5 лет оппозиционной говорильни в бесправной Думе.

АиФ.ru: – Вы считаете, что уличный протест остался?

Геннадий Гудков: – Он ушёл вглубь и накапливается. Он сейчас будет разрастаться: обрастать новыми сторонниками и требованиями.

АиФ.ru: – А какие у протестного движения достижения? Чего удалось достичь?

Геннадий Гудков: – Все попытки либерализовать избирательное законодательство, купить те или иные слои населения, включая политические партии, – результат выхода людей на Болотную и Сахарова.

Всё, что сейчас делает власть, – ответ протестному движению. Плевать ей на Думу, на партии, на ручные все эти общественные палатки и им подобные.

Власть действует кнутом и пряником. Кнут – это Развозжаева похищать, Гудкова изгонять. А пряник? Очень много пряников. Власть же подкупает одну социальную категорию, другую, третью. Начинает пересматривать тарифы по ЖКХ, про детей вспоминать.

АиФ.ru: – Получается, что Координационный Совет – политически более сильная организация, чем любая другая партия?

Геннадий Гудков: – Да, Координационный Совет сильнее любой другой партии, включая «Единую Россию».

АиФ.ru: – Вы поэтому остаётесь в Координационном Совете?

Геннадий Гудков: – Не поэтому. Если мы говорим о том, что Россия может стать страной тяжкого кризиса и гражданских потрясений, надо объединять оппозицию, чтобы этому противостоять. Надо сделать так, чтобы в оппозиции были вменяемые люди, а не какие-то экстремисты, которые поведут людей на баррикады с оружием в руках. Вот сейчас достаточно посадить Навального – и возникнут отряды в его поддержку, которые перейдут к решительным действиям.

АиФ.ru: – А Навального посадят?

Геннадий Гудков: – Если они идиоты, то посадят. Я ж не знаю, какая там степень идиотизма. Я, честно говоря, о власти думал, что она умнее. А сейчас смотрю – нет. Они хотят осудить Навального, дать условный срок, и это, по их мнению, отсечёт его от политической жизни. Но на самом деле это заведёт ситуацию в тупик.

Власть потеряла адекватность – либо они оторвались, либо зажрались, либо к рулю пришли конъюнктурщики, которые ничему не научились, кроме как зализывать присутственные места.

АиФ.ru: – Что значит «к власти пришли»? Власть у нас не меняется уже очень длительное время.

Геннадий Гудков: – Как же? Более тонкого игрока Суркова заменил жёсткий волкодав-аппаратчик Володин. Когда всё тонко, вкусовая разница имеет значение. Кто-то говорит: преследуйте, но не сажайте, не арестовывайте и палками не бейте. А кто-то приходит и говорит: ну, давайте мы ещё и палками побьём, и посадим, и арестуем. Я им шлю сигналы: «Хотите договариваться – давайте договариваться. Это лучше, чем воевать».

АиФ.ru: – А зачем им с вами договариваться? Что вы можете предложить власти?

Геннадий Гудков: – Мы можем договориться до реформы, к которой мы придём без потрясений страны. Реформа – это полное изменение избирательного законодательства, согласованное с нами, роспуск Госдумы, приведение к присяге нового парламента, продолжение политических реформ в деле формирования независимых судов, формирование объективного контроля над действиями власти через парламент и гражданское общество. Это могут быть гарантии Путину до окончания его срока в 2018 году, что никто не будет посягать на его снятие, но он должен дать в ответ гарантии, что не будет препятствовать честным и свободным выборам и не будет в них участвовать в 2018 году. Это точка зрения большинства оппозиционеров, которые и сегодня готовы к переговорам, несмотря на то, что их травят, а их родственников преследуют.

АиФ.ru: – А зачем власти с вами договариваться?

Геннадий Гудков: –Один высокопоставленный товарищ в Кремле меня спросил: «Ген, где же ваш «Марш миллионов»?» Я говорю: «Вы должны икону поставить и с утра до ночи класть поклоны, что не вышел миллион. Как только выйдет миллион – всем звездец. Миллион не будет у вас спрашивать ни маршруты, ни время начала, ни время окончания. Они просто возьмут власть и вас выгонят».

Он мне отвечает: «Ты же понимаешь, чем это кончится? На одном столбе буду висеть я как работник Кремля. На другом – ты как бывший депутат». Ведь и я об этом же говорю! Я не сторонник, чтобы миллион вышел. Но если они будут так себя вести, он непременно выйдет.

В Советской России большинство населения было инертно. Пришли 25 тыс. большевиков – для революции оказалось достаточно. Я разговаривал совсем недавно с офицерами ФСБ. Они говорят, что стрелять не будут. И МВДшники стрелять не будут.

Мы как-то спорили с одним великим кремлёвским деятелем, фамилию которого все знают, но называть её я не буду. Они тогда повернули страну после Беслана в новую доктрину вертикали власти. Я спрашивал: «Вы что, сбрендили, хотите сталинскую диктатуру?» Он мне: «Хотим, чтобы пожёстче было».

Но у Сталина была триада. Идея, владевшая умами миллионов граждан. Абсолютно выкованная в боях политическая партия, которая прошла тюрьмы-каторги-ссылки, и абсолютно неподкупный репрессивный аппарат.

Что у них-то есть? Идея «кради больше – прячь дальше»? Партия? Шредеру приписывают шутку: если Путин в Германии объявит о своём выходе из «Единой России», то он не успеет и долететь до Москвы, как партии не будет. Репрессивный аппарат? Так он крышует, откатывает, пилит и работает на себя. Он никогда не будет работать на них: он либо их сожрёт, либо предаст.

Ну, и что у них есть? Имидж Путина? На этом долго не продержишься. Нельзя на блефе управлять страной. Насколько хватит страха? Страх нужно подпитывать: стрелять, сажать и арестовывать. А это вызывает другую реакцию. А есть ещё и «список Магнитского». При Сталине-то не было списка Магнитского. Никто не рвался к своим майамским апартаментам. А сейчас если элиту перестанут пускать за рубеж, они скажут: «Владимир Владимирович, мы вас любим, но вы как-то оглобли-то разворачивайте. У нас там всё: дети, семьи, капиталы, недвижимость». У нас же элита боится изоляции больше, чем ссылки и каторги.

АиФ.ru: – А как же недавний закон о запрете на иностранные счета?

Геннадий Гудков: – Существуют десятки способов пользоваться счётом, не будучи его владельцем. Работник ЖЭКа, который наворовал на взятку, не знает, как быть с деньгами, а они – знают. И запрет на владение недвижимостью можно было бы обойти.

АиФ.ru: – А у вас есть имущество за рубежом?

Геннадий Гудков: – Да, у меня есть апартаменты в Болгарии. Но если в России начнутся волнения, то я туда не успею: у меня нет личного самолёта, дипломатического паспорта. Поэтому я и хочу, чтобы не начиналось. А «не начинаться» это может только благодаря серьёзным политическим реформам.

АиФ.ru: – Вас называли возможным кандидатом на пост губернатора Московской области от «Справедливой России»…

Геннадий Гудков: – 6 марта назначено заседание бюро «Справедливой России». У меня есть тихое подозрение, что на этом бюро как раз и будет решаться наша судьба. Говорить о выдвижении от «Справедливой России» в условиях, когда нас объявили людьми, требующими исключения, крайне сложно.

АиФ.ru: – Есть другие партии, которые готовы выдвинуть вас на этот пост?

Геннадий Гудков: – Я могу сказать, что есть несколько партий, которые сделали мне предложение о выдвижении от них. Я не буду пока говорить, я хочу дождаться решения «Справедливой России». Есть партии, и это не новообразованные партии, которые готовы выдвинуть меня на этот пост.

АиФ.ru: – А с властью вы вели переговоры насчёт выборов в Московской области?

Геннадий Гудков: – Я готов договариваться о каких-то разумных принципах, но пока не очень понимаю, с кем мы можем это обсуждать. Я думаю, будет зачищаться поляна. У нас ведь слабые кандидаты от партии власти всегда идут на зачищённую поляну. Но я не буду играть по правилам власти: они порочны и направлены на узурпацию полномочий.

АиФ.ru: – На выборах сложно уйти от правил власти. Если вас, к примеру, не зарегистрируют, вы же не будете проводить альтернативные выборы?

Геннадий Гудков: – Да, основным оружием будет недопущение регистрации моей кандидатуры. Они хотят ликвидировать возможность честных выборов, значит, будем решать вопрос на улице. Я уже сказал: я приду к власти. Либо успею ещё это сам сделать, либо я воспитаю достойную смену – и не только своего сына. Я помогу этим ребятам прийти к власти и построить нормальную страну, если я к этому времени буду уже в почтенном возрасте. Я совершенно точно решил: хоть чучелом, хоть тушкой, но к власти я приду.

Оставить комментарий (93)

Самое интересное в соцсетях

Топ 5 читаемых



Самое интересное в регионах
Новости Москвы