aif.ru counter
463

Держать оборону! Что фармрынок может противопоставить атакующему кризису?

Лекарственное обозрение № 12. Что могут «мозги в пробирке»? 30/12/2015

По стране идёт цепная реакция экономии: любой рынок – отражение доходов своих покупателей. По прогнозам DSM Group, внутренний валовый продукт России за 2015 год упадёт на 3,9%. А это вдвое меньше, чем сокращение ВВП в кризисном 2009 году. Только значит ли это, что сегодняшние экономические потрясения менее серьёзны?

Расти растёт, но…

На фоне отказа от крупных покупок относительно комфортно чувствуют себя лишь два рынка – продуктовый и фармацевтический. Лекарственный рынок даже растёт в упаковках. Правда, исключительно за счёт госпитального сегмента. Лекарств по льготным рецептам россияне получают на 3,4% меньше, чем в прошлом году. Однако на коммерческом рынке средства для лечения тяжёлых заболеваний становятся всё более востребованными. Административные барьеры, перекрывающие больному доступ к его лекарству, по закону положенным препаратам, вряд ли могут гарантировать быстрое и стопроцентное исцеление. Вот и платят пациенты из собственного кармана.

Ощутимую часть своих объёмов потеряла и коммерческая розница. Она сократилась «всего» на 1%. На 32 млн упаковок лекарственных средств. Но ведь лекарство – не телевизор. Его покупку опасно откладывать до лучших времён.

Цена важна, а скидка важнее

У любой проблемы есть две стороны: объективное положение дел и впечатление о нём. В случае с ценами на фармпрепараты огромную роль играет имидж. Крупная сеть хочет утвердиться в новом регионе? Осваивать территорию она придёт под видом дискаунтера. Вскоре у покупателей сложится впечатление, что все остальные аптеки завышают цены. Хотя дело будет обстоять с точностью до наоборот.

Нашему человеку важна не цена, а скидка. Он приобретает то, что кажется дешёвым. И не обращает внимания на свои подлинные расходы. В «экономных» продуктовых супермаркетах чеки бывают больше, чем в обыкновенных магазинах рядом с домом.

Мнение о непомерно завышенных ценах формирует и обилие дженериков. Многие посетители аптек, сами того не зная, полностью разделяют концепцию взаимозаменяемости лекарственных средств. Аналогичные препараты для них абсолютно одинаковые! И если дешёвое средство в аптеку не поступило, а сверхдорогое стоит на витрине…

Бороться с «имиджевой» составляющей ценовой проблемы не так и трудно. Аптекам, подвергшимся атаке дискаунтеров, можно посоветовать лишь одно: немного поднять цены и немедленно сделать скидку, чтобы препараты стоили столько же, сколько и раньше. А информацию о скидке довести до сведения покупателя.

Отечественное дорожает быстрее

За 2015 год лекарственный рынок упадёт в долларовом выражении до уровня 2009 года. Но это ещё не значит, что на рублёвом фронте всё в порядке. Российские препараты, например, растут в рублях вдвое быстрее импортных. Во многом благодаря валютной составляющей своей стоимости.

Ценовое же регулирование распространяется на 36% лекарственных средств, которые мы приобретаем на коммерческой основе. Это в рублях. В упаковках доля препаратов с «отрегулированной» стоимостью чуть выше – 40%.

Может быть, настало время антикризисных мер? Если да, то какими они должны быть, чтобы защитить и пациента, и прочих участников лекарственного рынка?

Жизненно важные… для госбюджета

Главным антикризисным инструментом фармацевтического рынка традиционно считается перечень жизненно важных и необходимых лекарственных средств.

Кстати, а в чём заключаются цели ценового регулирования? Судить о задачах лучше всего по результатам. Как отметил генеральный директор DSM Group Сергей Шуляк, на долю ЖНВЛП (в рублях) приходится около 90% препаратов, задействованных в дополнительном лекарственном обеспечении и программе «Семь нозологий». В государственных закупках преимущество «жизненно необходимых» также остаётся решающим – более 70% средств, участвующих в аукционах.

А теперь сравним эти цифры с показателями коммерческого рынка лекарств, на котором рублёвая доля ЖНВЛП составляет всего-навсего 36%. Что касается остальных 64%, пока что избежавших регулирования цен… За два кризисных года – 2014‑й и 2015‑й – инфляция на жизненно важные лекарства составила 8,4%. На все остальные препараты – 28,4%.

«Получается, что заботятся не о розничном потребителе, а о государственном бюджете, – с горькой иронией отмечает Сергей Шуляк. – И пациент из своего кармана платит за то, что где-то регулируются цены».

В поисках решения

Можно ли считать перечень ЖНВЛП антикризисным инструментом? Конечно! Но исключительно для бюджета системы здравоохранения. Чтобы защитить больного человека, покупающего лекарства, нужно распространить регулирование цен… на 100% фармацевтического рынка. Или же организовать всеобщую программу лекарственного возмещения.

На первый вариант пациент согласился бы с радостью. А вот остальные участники обращения лекарственных средств, скорее всего, выступят против. Существующая система регистрации цен – не только причина огромного количества аптечных проверок, но и барьер, преграждающий многим препаратам путь на рынок.

Одна из обязанностей Федеральной антимонопольной службы – проверка заявлений фармпроизводителей на регистрацию цен на те самые жизненно важные препараты. Примерно в 40% случаев ведомство вынуждено выносить решение об отказе, сообщает заместитель начальника Управления контроля социальной сферы и торговли ФАС Надежда Шаравская. Основная проблема заключается в применении затратного метода расчётов, который обязаны использовать лишь отечественные производители. Зарубежные же фармкомпании руководствуются, по сути, заявительным принципом. Вместо изучения расходов на создание препарата они изучают ценники из других государств. Проверить цены на продукцию фармкомпании за границей для регулятора весьма затруднительно. Однако информация «иностранцев» о заграничной стоимости лекарств принимается на веру всё реже – и число отказов «импортным» фармпредприятиям растёт.

Тем временем бизнес находит оригинальный выход из сложной ситуации. Государственный орган не одобрил предложенную цену? Ну и что! «Почти такой же» препарат можно зарегистрировать на более привлекательных условиях. А чем он отличается от своего предшественника – решающего значения не имеет.

Как превратить государственную регистрацию цен в помощницу для пациента? Надежда Шаравская предлагает полностью отказаться от затратного метода, благодаря которому фармацевтический рынок уже недосчитался ряда доступных по цене препаратов. Одновременно с этим необходимо очистить государственный реестр лекарственных средств от медикаментов, которые существуют лишь на бумаге, а в обращении при этом не находятся.

Предложение установить средневзвешенные цены в рамках МНН Федеральная антимонопольная служба считает опасным. Если уравнять цифры на ценниках «одинаковых» препаратов таким способом, то доступные лекарства значительно подорожают, а дорогостоящие уйдут с рынка. С новой, значительно сниженной ценой их производители попросту не согласятся.

А вот освободить препараты из Перечня ЖНВЛП от налога на добавленную стоимость… Такая антикризисная мера была бы полезна для всех участников фармрынка: от пациента до производителя. Тем более что жизненно важные медицинские изделия НДС не облагаются.

Ещё в 2014 году Минфин разъяснял, что и до, и после 1 января 2014 года освобождение от налога на добавленную стоимость применяется при реализации важнейших и жизненно необходимых медицинских изделий, на которые выданы в установленном порядке регистрационные удостоверения.

Цели у лекарств и медицинской техники – одни. А вот налоговые условия почему-то разные.

Всем и каждому?

Один из главных принципов Стратегии лекарственного обеспечения, утверждённой приказом Минздрава РФ, – всеобщность, т. е. направленность на охрану здоровья каждого гражданина нашей страны, напоминает ведущий научный сотрудник ФГБУ «Национальный НИИ общественного здоровья» РАН Елена Тельнова. Однако Стратегии нужны средства. Без них любое разумное предложение останется декларацией.

Понять, над чем нужно работать при организации лекарственного возмещения, можно на примере программы ДЛО. В 2005 году в ней участвовали 14 млн наших соотечественников. В 2015‑м – всего 3,5 млн. Вместо фармпрепаратов люди выбрали денежные пособия. Мягко говоря, небольшие. Но из десяти с лишним миллионов таких компенсаций сложилась сумма, вполне ощутимая для бюджета здравоохранения. И для тех пациентов, кто в программе остался.

Почему больной человек выбирает копеечное пособие, а не спасающее жизнь лекарство? Не в последнюю очередь потому, что в ряде регионов нашей страны с физической доступностью препаратов большая проблема. В Сибири или на Дальнем Востоке ближайшая аптека может находиться в ста километрах от пациента. А необходимого средства там может и не оказаться. Получить деньги на счёт значительно проще. И выводы о том, что аптек у нас более чем достаточно, основаны на «среднем арифметическом».

Кстати, отечественные пациенты совсем не против лекарственного возмещения. 30% наших сограждан согласны даже на то, чтобы возмещение было частичным, и готовы выплачивать из своего кармана 30–50% стоимости лекарства.

Дело за малым – начать применять антикризисные меры на практике.

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно

Загрузка...

Топ 5 читаемых



Самое интересное в регионах
Новости Москвы