75598

Никакой халявы. Почему Сербия отказалась от «Турецкого потока»

Сюжет Строительство газопровода «Турецкий поток»

Томислав Николич в эксклюзивном интервью «Интерфаксу» заявил, что реализация «Турецкого потока» на территории Сербии невозможна. Как это решение отразится на строительстве трубопровода и российско-сербских отношениях, АиФ.ru рассказал руководитель Центра изучения мировых энергетических рынков ИНЭИ РАН Вячеслав Кулагин.

Наталья Кожина, АиФ.ru: Вячеслав Александрович, президент Сербии заявил, что считает невозможным строительство продолжения трубопровода «Турецкий поток» на территории своей страны. Как вы думаете, чем обосновано это решение?

Вячеслав Кулагин: В интервью сербского президента есть ключевая фраза. Её суть заключается в том, что сербская сторона должна сама финансировать строительство участка трубопровода и Сербия больше не будет транзитной страной, как предполагалось ранее, теперь она будет покупать газ как обычный потребитель без льготных условий, которые могла получить как транзитная страна.

Это важный момент. Совсем недавно в рамках «Южного потока» Белграду предлагались иные условия. Речь шла о создании совместной с «Газпромом» компании, которая построит трубопровод на территории Сербии, при этом финансирование проекта планировалось осуществлять в рамках российского кредита, который потом будет гаситься от транзитных доходов. Т.е. фактически Сербия получала новый газопровод и транспортный узел на своей территории без каких-либо существенных затрат со своей стороны. Плюс к этому в перспективе страна стала бы получать существенную прибыль от транзита, а параллельно и газ по привлекательной цене. Согласитесь, от такого предложения сложно отказаться, хотя, конечно, все мы помним Болгарию, которая всё же сделала это. Но очевидно, что она пошла на этот шаг исключительно по политическим причинам.

Сейчас ситуация меняется, Еврокомиссия всё жестче выступает против реализации транспортных проектов на прежних условиях. Как показал Южный поток, бесконечные согласования с политическим акцентом приводят к тому, что приходится отказываться от проектов, даже находящихся на стадии строительства.

Неизбежно вопросы поставок газа в Сербию будут предметом двусторонних переговоров в перспективе и, возможно, приемлемое для России и Сербии решение ещё будет найдено.

В этой ситуации «Газпром» предлагает действовать в рамках принятого третьего энергопакета. А это предполагает самостоятельное строительство странами транспортной инфраструктуры на своей территории. Задача «Газпрома»  только подвести газ к границе ЕС, все остальные проблемы решает не он. И только в отдельных случаях, при наличии двусторонних договорённостей, возможно содействие российской стороны в реализации новых транспортных проектов на территории третьих стран. Примером поиска и отработки таких механизмов могут служить консультации с греческой стороной.

 Как вы думаете, в отказе Сербии есть только экономическая составляющая или на него всё же мог повлиять Евросоюз?

 Мы знаем, что Сербия стремится вступить в ЕС, поэтому идти в противовес его политике сегодня для страны достаточно сложно, им нужно соответствовать требованиям и законам, которые есть в Евросоюзе. На этом фоне им сейчас более выгодно дистанцироваться, пусть, что называется, «большие дяди» разбираются между собой. И если ЕС и Россия найдут приемлемое взаимное решение по строительству новой инфраструктуры, то Сербия с радостью его примет.

Перед ЕС возникает проблема, как будут строиться трубопроводы на территории содружества, когда туда практически закрыт экономически привлекательный путь для внешних инвесторов. Может быть, Евросоюз сам выделит какие-то деньги на строительство определённых участков трубопровода в той же Сербии, возможно, будут приняты какие-то иные решения, в том числе с предоставлением исключений для участия компаний третьих стран. Сейчас стратегически важно найти приемлемые механизмы для реализации такого рода проектов, иначе в перспективе риски стабильного газоснабжения Европы будут только расти.

Ситуация была известна заранее, было понятно, что на все страны, которые выразили желание участвовать в проекте, будет оказано давление и не все его смогут выдержать, к тому же и условия теперь менее благоприятные, чем при Южном потоке.

 Для России отказ Сербии критичен?

 В принципе, уже нет. В «Южном потоке» Сербия действительно была важным транзитным звеном. А сейчас такую разветвлённую систему газопроводов, как «Южный поток», создавать не планируется. Благодаря договорённостям с Грецией появляется возможность поставить газ не только к границе ЕС, но и глубже. А другим странам придётся забирать этот газ на границе с Грецией.

Ничего критичного в отказе Сербии нет, тем более что речь шла о поставках для внутреннего потребления, не для транзита. Страна и так будет покупать газ тем или иным маршрутом.

Более того, если в настоящих условиях повторять историю с «заигрываниями» со всеми странами, как это было при строительстве «Южного потока», то результат может быть аналогичным: мы потратим кучу усилий, времени и денег, а в итоге окажемся у разбитого корыта.        

 В апреле главы МИД Греции, Сербии, Македонии, Венгрии и Турции подтвердили намерение участвовать в строительстве газопровода по новому маршруту. Сербия уже вышла из игры. Можно ли ожидать отказа от других стран?

 В текущей ситуации может быть всё, что угодно, потому что очевидно, что страны не могут руководствоваться исключительно своими экономическими интересами, а подвержены политическому давлению третьих сторон. И далеко не каждый это давление способен выдержать. К сожалению, ни «Южный поток», ни «Турецкий поток» мы не можем рассматривать исключительно в энергетической и экономической плоскости. Накладывается много других факторов. Но мне кажется, что и российская сторона уже спокойно ко всему относится: кто хочет участвовать  участвуйте, вы получите дополнительный источник газа, повысите безопасность своего энергоснабжения, кто не хочет  не участвуйте. Полностью повторять архитектуру «Южного потока» было бы опасно, необходимо выстраивать новые правила игры. И страны, которые будут во всё это вовлечены, должны понимать свою ответственность за то, что они будут делать, в том числе и финансовую. «Газпром» уже не будет всю нагрузку брать на себя, и это правильная политика.

Мы знаем, что Сербия стремится вступить в ЕС, поэтому идти в противовес его политике сегодня для страны достаточно сложно, им нужно соответствовать требованиям и законам, которые есть в Евросоюзе.

 Как отказ скажется на российско-сербских отношениях?

 Я не думаю, что будет какое-то обострение отношений. Ситуация была известна заранее, было понятно, что на все страны, которые выразили желание участвовать в проекте, будет оказано давление, и не все его смогут выдержать, к тому же и условия теперь менее благоприятные, чем при «Южном потоке». Кроме того, позиция Сербии вполне объяснима, и это даже сигнал не России, а ЕС с вопросом о том, как теперь будут реализовываться проекты в Европе. Российско-сербские отношения имеют глубокие корни и фундаментальный характер, и этот проект — не более чем одна из многих инициатив по сотрудничеству. Стороны открыто обсудили все аспекты проекта и пришли к выводу, что пока условий для его реализации нет. Неизбежно, вопросы поставок газа в Сербию будут предметом двусторонних переговоров в перспективе и, возможно, приемлемое для России и Сербии решение ещё будет найдено. Хотя нужно понимать, что Белград стремится в ЕС и он будет вынужден играть по их правилам. Но в любом случае Сербия останется надёжным партнёром России на европейском рынке, чему будут способствовать отношения между нашими народами, выстроенные на протяжении столетий.

Оставить комментарий (15)

Самое интересное в соцсетях


Топ 5 читаемых



Самое интересное в регионах