1775

Ударники исправительного труда. Заменят ли заключённые мигрантов?

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 22. Дед-гидромет? Как повысить точность метеопрогнозов 02/06/2021

600 человек, приговорённых к принудительным работам, могут быть направлены в июне на БАМ. Что это — возрождение Гулага или дело, выгодное стране и самим заключённым?

Подзабытая «химия»

События развиваются стремительно. О том, что правительство прорабатывает схему, позволяющую использовать ресурсы исправительной системы на БАМе, стало известно в конце апреля. И вот Федеральная служба исполнения наказаний уже готовит договоры об отправке своих сидельцев на новые бамовские стройки в качестве бентонщиков, арматурщиков и разнорабочих. Директор ФСИН Александр Калашников предложил создавать исправительные центры на всех крупных объектах, которым не хватает рабочих, и при этом подчеркнул: «Это будет не ­ГУЛАГ, это будут абсолютно новые, достойные условия». О том, что на стройки придут матёрые прес­тупники из колоний, речь не идёт. Имеются в виду люди, приговорённые к принудительным работам, которые не связаны с полным лишением свободы. В советские времена это называлось «отправить на химию».

«При Хрущёве много строилось комбинатов по производству химических удобрений. На эти объекты часто привлекали людей, приговорённых к условным срокам с отработкой на стройках народного хозяйства, – вспоминает начальник одной из колоний Амурской области в 1980-е гг. Анатолий Куцоножко. – Отсюда словечко «химия» и пошло, хотя работал такой спецконтингент на самых разных предприятиях. Например, у нас в Приамурье условно осуждённые построили швейную и хлопкопрядильную фабрики, крупный свинокомплекс. Переводились на «химию» и люди из колоний, совершившие серьёзные преступления. Но, например, убийца, получивший 10 лет, мог рассчитывать на такое послабление только по решению суда, отсидев две трети своего срока. Условно осуждённые работали на стройках вместе с вольно­наёмными и жили в обще­житиях. Колючей проволоки вокруг не было. Но был контроль, который осуществляли спецкомендатуры МВД. Без их разрешения нельзя было покидать прилегающую ­территорию».

Выгодно или невыгодно?

В нынешней терминологии ФСИН спецкомендатуры переименованы в исправительные центры (ИЦ). Первые из них заработали в 2017 г. И сейчас в исправительной системе насчитывается 117 таких режимных общежитий, рассчитанных на размещение 8,7 тыс. человек. Это граждане, отбывающие наказание за преступления небольшой или средней тяжести, например, за неуплату алиментов или случайное ДТП со ­смертельным исходом.

При этом право на замену первоначального приговора принудительными работами имеют больше 180 тыс. заключённых колоний. Это люди, которые уже провели в них положенный срок, позволяющий ходатайствовать о переводе «на стройки народного хозяйства». А чтобы расширить возможно­сти государства в использовании этого трудового резерва, было изменено законодательство. С 1 января 2020 г. принудительные работы можно организовывать не только на территории исп­равительных центров, но и на базе различных предприятий. ФСИН активно предлагает свои услуги муниципальным организациям и частным компаниям. Но пока рабочие места для осуждённых созданы за пределами ИЦ только в 11 регионах. И всего их лишь 715.

«Мы в прошлом году вели переговоры о привлечении спецконтингента для обработки мусора, но условия оказались невыгодными, – рассказали «АиФ» в одной из московских компаний, занимающихся экологическим бизнесом. – ФСИН предложила, чтобы мы каждый день за собственный счёт возили людей из ИЦ на сортировочный пункт. И вместе с зарплатой, которая должна была составить по контракту от 18 до 22 тыс. руб., расходы на таких работников оказались выше, чем на вахтовиков, два раза в месяц приезжающих из регионов. Для частного бизнеса дешёвый принудительный труд будет выгоден только в том случае, если государство создаст исправительные центры ­непосредственно рядом с предприятиями».

«В советское время так и делалось, – подтверждает Куцоножко. – Если какое-то министерство решало возводить завод силами «химиков», то оно было обязано построить общежития. А после ликвидации спец­комендатуры общежитие заселялось обычными ­работниками».

Год за полтора

Строить новый исправительный центр с привязкой к бизнес-проекту выгодно только в том случае, если сам проект крупный и позволяет задействовать много осуждённых – «тысячу и более человек», по оценке министра юстиции Константина Чуйченко. БАМ как полигон для обкатки этой модели отлично подходит. На участке в Амурской области недавно началось строительство второго пути, чтобы увеличить поставки угля в Китай с месторождения в Южной Якутии. Проект на миллиарды долларов, и найти сред­ства для обустройст­ва жизни 600 рабочих из числа ­заключённых реально.

По закону граждане направляются в исправительный центр того региона, где они жили до приговора. Поэтому работать на БАМе будут дальне­восточники. Строительные компании собираются использовать осуждённых на возведении вспомогательных объектов. «Так было и в СССР, когда БАМ начинали осваивать, – говорит Куцоножко. – Рельсы укладывали железнодорожные войск­а, а спецкомендатуры строили станции и посёлки».

Среди других мест, подходящих для масштабного использования принудительных работ, глава ФСИН назвал Ненецкий автономный округ, Таймыр, Магадан. Есть идеи привлечь осуждённых к очистке от мусора тундры в Красноярском крае и ликвидации незаконных свалок в Архангельской области. «На Севере сейчас разворачивается целый ряд крупных проектов – Мурманский транспортный узел, порты на Северном Ледовитом океане, новая железная дорога «Северный широтный ход». На них остро не хватает неквалифицированных рабочих. Для крупных компаний, которые будут вести эти стройки, использовать осуждённых выгоднее, чем мигрантов из СНГ, – считает эксперт Проектного офиса развития Арк­тики Александр Воротников. – А желающие поехать в Арктику точно найдутся. Минюст предложил засчитывать год работы в таком регионе за 1,5 года наказания. И зарплаты на Севере выше».

Но трудовых мигрантов из стран СНГ было в России до пандемии 4–4,5 млн человек. Родные зэки их полностью не заменят.

224 тыс. руб. в месяц

Зарабатывают в исправительных центрах не меньше МРОТ. Но в среднем – больше, чем в мастерских, расположенных в колониях. И это ещё один аргумент в пользу того, чтобы добиваться перевода сюда после отбытия части реального срока. Как рассказали «АиФ» во ФСИН, недавно в Белгородской области один из принудительно трудящихся получил за месяц 224 тыс. руб. Эта сумма сложилась из средней зарплаты в 140 тыс. и премии, включающей сверхурочные. Случай из разряда единичных, но вполне показательный. Труженики-осуждённые не могут самостоятельно выбирать место работы, но на них распространяется большинство норм Трудового кодекса и общепринятые ставки для должно­стей, на которые они оформлены. Если это квалифицированный специалист, «приговорённый» к работе в металлургической или горной промышленно­сти, высокий доход объясним.

То есть заработок зависит от региональных особенностей и того, с какими предприятиями сотрудничает исправительный центр. Например, у отрабатывающих срок на объектах Новгород­ской области средняя зар­плата сейчас 24 тыс. руб., а в Приморском крае – 20 тыс. руб. Кроме крупных госпроектов, самыми перспективными отраслями для трудоустройства своих подопечных во ФСИН называют строительство, сельское хозяйство и переработку бытового мусора. Но есть и совершенно неожиданные эксперименты: год назад в Новосибирске взял на работу осуждённых крупный банк. Для необычных работников было оборудовано отдельное помещение, где они «забивали» в отключённый от интернета компьютер рукописную информацию.

При этом наказание трудом, которое происходит в ИЦ, ни копейки государству не стоит. Оно забирает в свой доход от 5 до 20% зарплаты осуждённого. Из оставшейся части тот платит в общежитии за свет и воду и возмещает ущерб, нанесённый своим преступлением. Свободно распоряжаться можно только оставшейся частью, которая по закону не должна быть меньше 25% от заработка.

Оставить комментарий (2)

Топ 5 читаемых



Самое интересное в регионах
Роскачество