Правда ли, что психические заболевания «видно» на МРТ?

До недавнего времени вопрос о биологической природе ментальных расстройств напоминал попытку описать аромат духов по фотографии флакона. Но масштабное исследование датских ученых стало «моментом проявки»: они доказали, что рутинная МРТ способна зафиксировать реальные изменения в мозге. Это не просто научная сенсация, а шаг к тому дню, когда диагноз будет подкреплен не только беседой с врачом, но и объективным снимком.

Об этом aif.ru рассказал доктор медицинских наук, профессор Михаил Корякин:

— Десятилетиями исследователи знали, что тяжелые психические расстройства — депрессия, шизофрения — меняют анатомию мозга. Исследования показывали, что гиппокамп — центр памяти — немного уменьшен в объеме, кора в некоторых зонах истончена, а желудочки мозга — расширены. Однако у этой картины был серьезный изъян: чтобы выявить эти тонкие различия, требовались дорогостоящие высокоточные сканеры и идеально подобранные группы добровольцев. Переносить эти результаты на поток клинических МРТ, сделанных на разном оборудовании, долгое время не решались.

Именно этот барьер преодолели ученые из Копенгагенского университета. Вместо того чтобы создавать очередную стерильную выборку, они обратились к клиническим данным. Из более чем 23 000 реальных МРТ-снимков, собранных в больницах восточной Дании в 2019 году, исследователи отобрали 4 836 пациентов. С одной стороны оказались люди с подтвержденными диагнозами (от тревожных и депрессивных расстройств до шизофрении), а с другой — контрольная группа без психиатрических расстройств.

Как влияют на развитие шизофрении дата рождения и вирус гриппа? Подробнее

Секретным инструментом стал алгоритм recon-all-clinical, способный обрабатывать «неаккуратную» клиническую МРТ. Разработанный для работы с низким разрешением и вариабельностью, он измерял толщину коры и объемы глубинных структур, учитывая пол, возраст и параметры сканера. И когда на таком сложном материале проступили те же анатомические сдвиги, что и в дорогостоящих научных экспериментах, это стало моментом истины.

Какие же именно изменения нашли исследователи в святая святых нашего тела, в центре нашего сознания и мышления?

Таламус — «диспетчерская» мозга — оказался уменьшенным. Именно здесь были зафиксированы наиболее выраженные изменения (сила эффекта d = –0,298). Эта глубинная структура фильтрует почти всю сенсорную информацию, не давая мозгу «утонуть» в шуме. Нарушения в таламусе традиционно связывают с трудностями в обработке сигналов, что может объяснять, почему мир для человека с депрессией кажется «серым и тусклым».

Миндалевидное тело — «кнопка тревоги» — тоже оказалось уменьшенным, а это не что иное, как центр страха и агрессии. Это кажется парадоксальным: почему при хронической тревоге «сигнализация» не увеличена? Вероятно, речь идет о долгосрочном сбое регуляции, своего рода «истощении» этого центра эмоций.

Кора головного мозга, значение которой объяснять не надо, также была уменьшена в объёме. Выявлено повсеместное утончение коры (d = –0,180), особенно в зонах, отвечающих за мышление и речь. Это хорошо объясняет проблемы с концентрацией и принятием решений, типичные для многих психических расстройств.

Желудочки мозга — полости, заполненные спиномозговой жидкостью, в связи с уменьшением объёма коры, прогнозируемо оказались расширены. Природа, как известно, не терпит пустоты.

Передаётся ли шизофрения по наследству? Подробнее

Именно эти изменения, десятилетиями фиксировавшиеся в небольших, но высокоточных научных работах, были подтверждены при анализе большого массива данных.

Сегодня диагностика в психиатрии — это по-прежнему искусство беседы. Психиатр слушает, задает вопросы, сверяется с контрольными списками симптомов. Здесь нет привычных анализов крови, измерения давления или рентгена. Диагноз выносится на основании опыта, и, признаемся честно, здесь возможны ошибки.

Масштабная работа датчан стала мостом между лабораторией и клиникой. Если обычный больничный томограф в сочетании с умным софтом способен выявить физический след болезни, то это меняет все. МРТ сможет помочь в сложных случаях, подбирать терапию индивидуально, да и просто доказать скептику, что депрессия — это не «лень», а реальная болезнь со своими физическими проявлениями.