aif.ru counter
7587

Триумф неудачника. При жизни Баха считали слабым композитором

Иоганн Себастьян Бах, фрагмент портрета Элиаса Готтлоба Хауссманна, 1746 г.
Иоганн Себастьян Бах, фрагмент портрета Элиаса Готтлоба Хауссманна, 1746 г. © / Commons.wikimedia.org

335 лет назад, 31 марта (21 по старому стилю) 1685 года, в городе Эйзенах, что в государстве Саксен-Эйзенах, в семье музыканта Иоганна Баха появился на свет музыкант Иоганн Бах. Он был последним, восьмым, ребёнком. До него родилось пять братьев и две сестры. Четверо из пяти его братьев получили имя Иоганн. Ещё один — Иоганнес. Впрочем, одну из сестёр тоже назвали Иоганной — разнообразие просто сногсшибательное.

Но это только цветочки. Потому что надо учесть любопытный факт. Его прадед, семь родных и двоюродных дядей, а также несколько двоюродных братьев именовались — внезапно — тоже Иоганнами. И все, разумеется, были Бахами.

При этом самое интересное, что все они были музыкантами. Все без исключения. У русских к такому случаю припасена неплохая поговорка: «Породу огнём не выжечь». У немцев XVII столетия в ходу было что-то похожее, правда, касающееся только одной фамилии: «Каждый Бах — музыкант, каждый музыкант — Бах». Почему-то это изречение обычно проводят по разряду несерьёзных легенд, мол, чего не скажут в шутейном разговоре. Хотя существуют документальные подтверждения, свидетельствующие, что семейство Бахов крепко держало местный музыкальный бизнес в своих руках. Так, когда у Саксен-Эйзенахского герцога Иоганна Георга II в 1693 году образовалась вакансия в придворном оркестре, туда потребовали не какого-то конкретного музыканта, скрипача, гобоиста или органиста, а просто «кого-нибудь из Бахов». И, судя по всему, ни разу не пожалели — любой Бах был мультиинструменталистом, то есть владел сразу несколькими музыкальными инструментами.

Словом, конкуренция, причём внутрисемейная, была жесточайшая. Но наш герой даже на этом блистательном фоне стоит особняком. Собственно говоря, спустя триста с лишним лет фамилия «Бах» может вызвать одну-единственную ассоциацию. Конечно, это Иоганн Себастьян, кто же ещё? Тот самый, перед которым преклонялись все композиторы, которого сам Бетховен назвал пышно и величественно: «Праотец и бессмертный бог гармонии».

Памятник Баху перед Томаскирхе в Лейпциге.
Памятник Баху перед Томаскирхе в Лейпциге. Фото: Commons.wikimedia.org/ Zarafa

Всё так, но прижизненную славу ему приходилось делить с родственниками. Причём кое-кто из них, если мерить успех исключительно материальными мерками, Иоганна Себастьяна даже опережал. Скажем, его старший брат Иоганн Якоб. Именно ему «праотец гармонии» посвятил один из своих безусловных хитов — «Каприччо на прощание с возлюбленным братом». Это произведение может считаться своего рода визитной карточкой Баха — его исполняют чуть ли не чаще, чем знаменитую токкату и фугу ре-минор. Написано оно в 1704 году и может считаться едва ли не единственной ниточкой, которая связывает творческое наследие Иоганна Себастьяна с Россией. Правда, парадоксальным образом.

Бах-старший соблазнился королевским предложением. Буквально — королевским. Шведский король Карл XII объявил набор в свой гвардейский оркестр, и Иоганн Якоб получил там должность гобоиста и трубача. Хлебное место, победоносная армия, всё прекрасно. Возможно, именно так думал Иоганн Якоб даже утром 8 июля 1709 года под Полтавой, когда давал сигнал шведам к атаке. Потом, правда, было бегство и турецкий плен. Но немного погодя — безбедная жизнь и служба в придворном оркестре Стокгольма, что по тем временам, конечно, безусловный успех.

Иоганн Себастьян ничем подобным похвалиться, пожалуй, не мог. Английский дирижёр и интерпретатор Баха Джон Элиот Гардинер в своём труде «Музыка в Небесном граде» подчёркивает: «Работа на износ и особенно необходимость всю жизнь раскланиваться и расшаркиваться перед теми, кто уступал ему интеллектуально, имели психологические последствия и не могли не сказаться на моральном духе и самочувствии Баха».

Могила Баха в Томаскирхе, Лейпциг.
Могила Баха в Томаскирхе, Лейпциг. Фото: Commons.wikimedia.org/ DerHHO

А расшаркиваться приходилось постоянно. Иоганн Себастьян отлично знал себе цену и постоянно конфликтовал с работодателями по поводу низкой оплаты труда. Неудивительно, что ему с тем же постоянством приходилось искать новую работу, потому что на старой возникали серьёзные конфликты, иной раз доходившие до поножовщины или тюрьмы. Так, в 1705 году Бах, органист церкви св. Бонифация в Арншдадте, обозвал дирижёра хора церкви святого Бонифация Гейерсбаха «свинячьим фагостистом». Тот в долгу не остался, наградив Иоганна Себастьяна «пёсьим отродьем» и, угрожая тростью, потребовал извинений. Но вместо извинений получил несколько ударов кинжалом, правда, скользящих — дерущихся быстро разняли. А его Веймарский период окончился в 1717 году арестом за «недозволенную строптивость» — герцог Вильгельм Эрнст Саксен-Веймарский счёл строптивостью прошение об отставке: «6 ноября концертмейстер и гофорганист Бах был арестован в судебно-полицейском управлении. 2 декабря в соответствии с его поведением его освободили от должности и отпустили на свободу с выражением высочайшей немилости».

Был ли он знаменит при жизни? В общем, да. Во всей Германии признавали его талант органиста-исполнителя и мастера клавесина. Но как композитора его ценили гораздо ниже. Скажем, ему удалось опубликовать одну-единственную кантату «Господь — мой царь», написанную по заказу магистрата Мюльхаузена в 1708 г. А знаменитые ныне «Бранденбургские концерты» маркграф Бранденбурга Кристиан Людвиг, получивший их в подарок, просто сунул в свою библиотеку. Причём в раздел «Произведения малоизвестных композиторов». Нашли их случайно, чуть ли не сто лет спустя.

Оставить комментарий (0)

Топ 5 читаемых



Самое интересное в регионах
Новости Москвы