Примерное время чтения: 8 минут
2260

Николай Бандурин: «Тем, кто на передовой, пел частушки с перчиком»

Артист Николай Бандурин.
Артист Николай Бандурин. / Василий Батанов / РИА Новости

Там, на передовой, уверен Бандурин, люди знают, каковы они — настоящие ценности. У них нет этой наносной мишуры: у кого шмотки брендовее да тачка круче… Жив — вот главное!

В разгар предновогодних хлопот артист (в дуэте Бандурин — Вашуков Николай играл на концертино — маленькой гармонике), куплетист и юморист Николай Бандурин нашел время, чтобы поговорить с aif.ru.

Переоценка ценностей

Татьяна Уланова, aif.ru: — Николай, вы с супругой уже 36 лет вместе, она не только ваш директор, но и надежный тыл. Даже артистической карьерой ради этого пожертвовала. А вы не все ей рассказываете — уехали недавно в Донбасс, не предупредив.

Николай Бандурин: — Не хотел расстраивать, чтобы избежать лишних распрей. А так, поставил перед фактом — и ей уже деваться некуда. Маша прекрасно все понимает. И, хоть боится за меня, но разделяет мои убеждения… Вы не видели глаза этих ребят и не можете представить, как они благодарны тем, кто к ним приезжает. Лежат без рук, без ног, постоянно загружены грустными мыслями. Очень нужна им эмоциональная передышка от всего этого. Хотя бы короткая. Как и тем, кто сидит в окопах. А я был и там. Души черствеют на войне, и чтобы этого не произошло, бойцы должны отвлекаться. А в роддоме мы давали концерт — какие там глаза у девчонок! И удивление в них, и благодарность. Страшно ведь рожать, когда мужья в окопах… Испокон века в перерывах между боями выступали фронтовые бригады. Вот и я поехал бесплатно, понимая, что должен быть там, почти на передовой.

  

— Удалось поднять настроение бойцам, у которых все мысли о ранах, о будущем?

— Они и улыбались, и смеялись. Это непросто было сделать. Большие энергозатраты. Но никогда не забуду двух парней: у одного левая рука ранена, у другого — правая, а они здоровыми ладошками аплодируют друг об друга… Смех разрушает страх. Поэтому, чем больше мы смеемся, тем меньше боимся. К счастью, репертуар у меня большой. Находил даже что-то для ребятишек в детдоме. Роженицам в основном пел лирику. Ребятам в госпиталях дал больше юмора, патриотических песен. У меня ведь и свои стихи есть. А тем, кто на передовой, можно было и частушки с перчиком исполнить.

— Что вас больше всего поразило там?

— Люди, конечно. У них нет ни злобы, ни агрессии, ни гнева. Они спокойно рассказывают жуткие истории о том, что творили всушники, заходя в дома и квартиры. Нравится телевизор — могли расстрелять всю семью и забрать его. Понравилась девочка — за косы ее и в подвал. А могли устроить «роды сепаратистки», загнав внутрь строительную пену… Так развлекались эти нелюди. Поэтому ребята в окопах и говорят: «Умрем, но их не пустим! Не хотим, чтобы подобное повторилось в наших домах. Если их не остановить, они пойдут дальше. А мы у себя дома». Они многое испытали, потеряли близких. И верят в свою правоту. Защищая Родину. Эти люди знают цену настоящим ценностям, простите за тавтологию. Нет у них этой мишуры наносной: у кого шмотки брендовее да тачка круче… Жив — вот главное. Есть вода в кране, тепло в батарее, ток в розетке — уже счастье. После общения с ними и я себе переоценку ценностей устроил. Хотя многое понял еще после пожара, когда потерял свой дом. Некоторые озлобляются на войне. Но в основном она чистит людей.  

«Так будет не всегда!»

— Вы удивительный человек! Много раз слышала, что юмористы в жизни довольно смурные. А вы даже фото пожара выставили в соцсети и на следующий же день поехали снова зарабатывать.

— Мне тогда попалась хорошая женщина Светлана в аптеке. Чем-то побрызгала, перебинтовала, и я полетел в Казахстан. А что делать? Не отменять же сольный концерт, когда все билеты проданы. По возвращении уже лег в больницу — все-таки ожог был на спине. Нас тогда очень многие поддержали — и знакомые, и незнакомые. Соседи по поселку приютили маму и дочь, а сами записали номера их банковских карт и опубликовали в интернете. Всю неделю на телефонах «пикало». Коллеги тоже помогли — и концерт устроили, и транши делали. Я всегда верил, что у нас хороших людей больше. Сам-то просить не привык. А так мы смогли наковырять денег, чтобы снять большую квартиру на полгода — все-таки нас было пятеро. Потом отстроились за полтора года. Я впахивал как мог. Брался за все и вся. В тот период наш внук Тимоша как раз снялся в «Ералаше». Получил гонорар. Спрашиваю: «Ну что, внучок, мороженое купишь или конфеты?» А он: «Нет, дедушка, это на дом…» Сейчас уже все, слава богу. Мы даже позволили себе снова кота завести. Два у нас сгорели. Тимоша очень переживал. Чуть позже появилась собака. А на днях забрали еще одного котенка. 

— У вас ведь и уникальный инструмент сгорел при пожаре — концертино, который вы купили у известного когда-то куплетиста Рудакова.

— Не одна — семь гармошек сгорело!

— Как же пережили?

— Весело!

— Вы редкий оптимист!

— Причем — конченый! Кстати, концертино у Рудакова я купил в брежневские времена за сумасшедшие деньги. Даже не понимая зачем. Молодой был. Заработал на гастролях 800 рублей. Половину потратил на свадьбу, половину — на гармошку. Павел Васильевич показал аппликатуру, как играть известный мотив, которым он разрешил пользоваться (его все знают по фильму «Москва слезам не верит»). Гармошка и помогла нам попасть в Ленконцерт, что по тем временам было почти нереально.

— Сейчас таких дуэтов, как Рудаков — Нечаев и Бандурин — Вашуков, вроде бы и нет. Вот и вы с Михаилом расстались. Совсем не общаетесь?

— Отчего же? Дружить перестали давно, это и стало одной из причин расставания 17 лет назад. Но вместе иногда работаем. Антагонизма нет. А дуэтов куплетистов сейчас и правда нет. Вы вообще можете назвать артистов до 50 лет, работающих в юморе? Не готовят теперь таких! И взяться им неоткуда.

— Вам довелось общаться со многими советскими юмористами…

— Вот вы говорите: юмористы часто смурные. Тем не менее на хорошую шутку все реагируют. Как говорил Роман Карцев: «Остроумие — это острота ума». У юмориста ум остер. Просто некоторые скупо выражают эмоции. Аркадий Арканов такой был. Ну вечно с непроницаемым лицом — когда сам шутил, когда слышал чужие шутки… Помню, на гастролях окна гостиницы выходили на частный сектор, и всю ночь лаяла собака. А мы приехали уставшие, под утро. Я ворочался, уснуть не мог. На обеде спрашиваю Арканова: «Вам собака не мешала?» Он: «Нет, собака не мешала. Мешал комар, собака»…

— А Новый год тем временем все ближе. Горячая пора у вас сейчас.

— Она гораздо прохладнее, чем хотелось бы. Должен быть на гастролях, а меня заменили другим жанром. На некоторых каналах юмор тоже заморожен. Но на ТВЦ буду вести новогоднюю программу.

— В ночь с 31-го на 1-е вы дома?

— Обычно выступаю. Надеюсь, традиция не изменится. Хотя нынче очень мало корпоративов и елок…

— Стало быть, семья без вас празднует?

— Мамы уже нет, к сожалению. Жена (мой директор уже много лет), как правило, со мной на мероприятии. Если позволяет ситуация, и дочь берем. Если нет — она с внуком дома, а мы присоединяемся к ним по возвращении. Для нас семейный праздник — скорее старый Новый год, когда уже меньше работы. Люблю собирать друзей. В прошлые годы была компания — мы веселились, резвились. Обожаю, когда жена варит… грибной суп. Да, необычно! И что? Собирать грибы люблю, но… просто не вижу их. А вот поесть супчика из белых грибов — м-м-м!!!!

На прощание расскажу читателям aif.ru анекдот. Мужчина приходит к раввину: «Ребе, я хочу наложить на себя руки: жена ушла, здоровье ни к черту, сын от рук отбился, с работы выгнали…» Ребе говорит: «А вы напишите дома большой плакат и повесьте на видном месте: „Так будет не всегда“. Мужчина ушел, через три года возвращается: «Ой, ребе, спасибо огромное, вы такой совет мне дали! Все наладилось: нашел новую жену, она во мне души не чает, устроился на работу, много получаю, здоровье поправилось, с сыном помирился, он взялся за ум… Можно я сниму этот плакат „Так будет не всегда“?» Раввин отвечает: «Нет-нет, оставьте…»

Оцените материал
Оставить комментарий (0)

Топ 5 читаемых



Самое интересное в регионах