10456

Погасший свет Котэ Махарадзе. Комментатор, которого любила большая страна

Котэ Махарадзе, 1987 год.
Котэ Махарадзе, 1987 год. / Рухкян / РИА Новости

В Советском Союзе любили грузинское кино, грузинское вино, грузинские песни и грузинский футбол. Тбилисское «Динамо» в стране было популярно не менее, чем фильмы Данелия и ансамбль «Орэра».

Бег, скачки и баскетбол

Но каждый матч тбилисцев, транслировавшийся по телевидению, превращался в яркое представление не только из-за игры спортсменов.

«Сегодня в Тбилиси на республиканском стадионе «Динамо» встречаются команды…» — эти слова с характерным акцентом, летевшие в эфир, притягивали магнитом. Тот, кто хотя бы раз слышал репортаж Котэ Махарадзе, оказывался в плену его актерского мастерства.

Он действительно был профессиональным актером — выпускник Тбилисского государственного театрального института десятки лет выходил на сцену, сражая наповал взыскательную публику. Но, как в случае с Николаем Озеровым, подлинную народную любовь принесло Махаразде ремесло футбольного комментатора.

В это трудно поверить, но Котэ, или, если официально, Константин Иванович, в юности футбол не любил. Пока остальные гоняли мяч, он предпочитал бег наперегонки. Затем стал поклонником скачек и мечтал о профессии жокея. Более серьезным увлечением Махарадзе был баскетбол. В составе тбилисского «Динамо» он стал чемпионом Грузинской ССР среди юношей.

Любовь к футболу привили мама и Пайчадзе

Мама Котэ, озабоченная тем, что сын не пылает любовью к футболу, лично повела его на стадион. Игра в тот день была не слишком выразительной, но все изменилось после выхода на поле Бориса Пайчадзе. Блистательный грузинский форвард потряс своим мастерством молодого человека: «Что он вытворял на поле, что выделывал! Я не знал тогда, что этот проход-молния назывался дриблингом, полное сказочной пластики движение — финтом, что это — пас, а вот это — ложный замах. Да ну их к чёрту! Какое имеет значение, что и как называется. Ведь главное в футболе — магия самой игры, и индивидуальной, и командной, и, конечно, забитые голы. Первое причастие ко всему этому и состоялось у меня в тот день».

В 1954 году Махарадзе с приятелем, оказавшись в Москве, наберутся наглости и отправятся к Пайчадзе, чтобы попросить у него два билета на матч СССР — ФРГ. Попасть в тот день на «Динамо» было задачей совершенно немыслимой, но спортсмен подарил два билета землякам. И будущий комментатор стал свидетелем одной из самых ярких побед в истории сборной СССР над действующими чемпионами мира.

Есть такое слово — надо!

В комментаторы Махарадзе попал совершенно случайно. В Тбилиси приехала баскетбольная команда из США, но ни одного журналиста, способного прокомментировать встречу для тбилисского ТВ, не оказалось. Тут кто-то вспомнил о Котэ — он, мол, сам играл в баскетбол, к тому же имеет актерское образование! Махарадзе нашли и буквально усадили перед микрофоном: «Давай, работай». И он справился настолько хорошо, что вскоре уже комментировал матчи футбольного «Динамо».

Ни о какой всесоюзной карьере речи не было. Первые три года Махарадзе работал для местного телевидения, причем комментаторскую стезю он совмещал с записью репортажей со строек, промышленных предприятий и т.д.

Спортивный комментатор, народный артист Грузинской ССР Котэ Махарадзе в комментаторской кабине, 1983 год.
Спортивный комментатор, народный артист Грузинской ССР Котэ Махарадзе в комментаторской кабине, 1983 год. Фото: РИА Новости/ Юрий Сомов

В 1960 году очередной матч тбилисского «Динамо» по Всесоюзному радио должен был комментировать легендарный Вадим Синявский. Но мэтр по каким-то причинам выбыл из строя, и из Москвы распорядились — пусть работает Махарадзе. Отговорки не принимались, и Константин отработал игру. И вскоре он уже вошел в число избранных комментаторов, работавших на весь Советский Союз.

«Боковой арбитр принимает красивые позы»

Но Махарадзе умел и похулиганить. Он вошел в историю с целым набором крылатых фраз, самая известная из которых: «Пока мяч в воздухе, коротко о составах команд…»

Вообще, сегодня уже трудно сказать, какие из этих фраз комментатор реально произносил, а какие ему приписали впоследствии:

«И наш форвард падает в штрафной площадке! Что говорит судья? А судья говорит, что сегодня на улице довольно холодно, и с земли надо подниматься».

«Боковой арбитр принимает красивые позы. Возможно, он раньше занимался балетом».

 «Арбитр делает предупреждение: не надо забирать мяч у колумбийцев, они тоже хотят поиграть».

С 1966 по 1986 годы Махарадзе работал на всех чемпионатах мира, вне зависимости от того, играла там сборная СССР или нет.

В 1978 году в Аргентине он прямо во время турнира развивал любовную историю с актрисой Софико Чиаурели. Возлюбленная в это время вместе с театром была на гастролях в Буэнос-Айресе, и Котэ назначал ей свидания… в прямом эфире.

«У нас были разные коды. Что-то обозначало час, что-то — место. Скажем, 13-е — это было число, и, когда шла 32-я минута, я не говорил, что идет 32-я минута. Я говорил: 13 минут остается до конца первого тайма. А потом кто-то написал в газете: “И что он пристал к этой 13-й минуте?”» — вспоминал впоследствии Махарадзе.

Главная игра

Другому за подобные вольности указали бы на дверь, но в Константине Ивановиче души не чаял глава Гостелерадио СССР Сергей Лапин. Заступничество Лапина, возможно, спасло главный репортаж в жизни Махарадзе.

В 1981 году тбилисское «Динамо» вышло в финал Кубка обладателей кубков. Само собой разумеющимся считалось, что решающий матч должен комментировать Махарадзе. Но неожиданно Котэ узнал — влиятельные товарищи в Тбилиси попросили заменить его на любого из московских коллег. В течение нескольких дней вопрос оставался открытым, и это были очень тяжелые дни для Махарадзе. Но в итоге Москва поддержала Котэ.

Финальный матч у немецкой команды «Карл Цейсс» «Динамо» выиграло со счетом 2:1. Счастливый Махарадзе так напирал на то, что это победа именно грузинского футбола, что компетентные товарищи заинтересовались — а нет ли в этом пагубных зерен национализма?

Время распада

Не там, не там, искали национализм. Как раз-таки Махарадзе был настоящим интернационалистом, одинаково тепло относясь к футболистам и коллегам из всех республик Советского Союза.

В 1990 году уже шел процесс разрушения Союза, и синхронно начала разрушаться карьера комментатора Махарадзе. Он вдруг узнал, что на чемпионат мира в Италию его запланировали только в качестве резервного комментатора. Посчитав это несправедливым и даже оскорбительным, Махарадзе отказался от поездки.

Грузинские клубы вышли из чемпионата СССР, а через год не стало и самого турнира. Котэ признавался: футбол, где тбилисское «Динамо» не играет с киевским, где нет встреч с московским «Спартаком», ему неинтересен.

Порой он соглашался прокомментировать матчи грузинских команд, но это было уже не то.

Котэ Махарадзе, март 2002 года.
Котэ Махарадзе, март 2002 года. Фото: РИА Новости/ Владимир Федоренко

Его убил сорванный матч

В 1998 году он приехал в Москву, чтобы прокомментировать прощальный матч вратаря московского «Спартака» и сборной СССР Рината Дасаева. Несколько раз Махарадзе получал приглашения на Украину, чтобы прокомментировать матчи киевского «Динамо» в Лиге чемпионов. Это напоминало ему о лучших временах советского футбола. Но стало подводить здоровье, и в 2000 году Котэ Махарадзе окончательно закончил карьеру комментатора.

В октябре 2002 года в рамках отборочного турнира к чемпионату Европы-2004 в Тбилиси должен был состояться матч сборных Грузии и России. Махарадзе ждал матча с нетерпением, хотя на сей раз ему предстояло выступить в качестве обычного зрителя.

Незадолго до перерыва при счете 0:0 на тбилисском стадионе погас свет. Восстановить электроснабжение на погрузившейся во тьму арене не получилось. Матч был отменен.

Происшедшее стало слишком сильным потрясением для Махарадзе. Спустя несколько часов у него случился инсульт. Оправиться он уже не смог. 19 декабря 2002 года Котэ Махарадзе не стало.

Оставить комментарий (1)

Топ 5 читаемых



Самое интересное в регионах
Новости Москвы