Снайпер ВС РФ Ульф рассказал, как проходит боевая работа в зоне СВО

Снайпер с позывным Ульф, которому сейчас 38 лет, родом из Санкт-Петербурга. Он служит в отряде «БАРС-31» Добровольческого корпуса Южной группировки войск и считается одним из самых результативных и опытных снайперов в зоне СВО, пишет KP.RU. 

В армию он попал в 2005 году по призыву. Во время распределения в учебном центре его внимание привлекли таблички с воинскими специальностями, среди которых была и подготовка снайперов. На комиссии будущий военнослужащий понял, что от ответов зависит его дальнейшая судьба, и заявил, что занимался стрельбой. Он упомянул охоту и спортивную школу, хотя реального опыта почти не имел. В итоге его направили в учебную роту снайперской подготовки.

После обучения он служил в действующих подразделениях, участвовал в операциях в Южной Осетии, затем выполнял задачи в Сирии и других странах. В зону СВО Ульф отправился 17 марта 2022 года, уже в составе отряда БАРС-31. За время боевых действий он прошёл путь от Попасной и Соледара до Бахмута, а затем продолжил работу на новых направлениях.

Снайпер объясняет, что его работа редко связана с постоянным продвижением вперёд. Чаще всего он действует в связке с соседними подразделениями, поддерживая штурмовые группы и удерживая занятые позиции. Большую роль играет наблюдение: именно снайперы внимательно отслеживают обстановку, выявляют огневые точки и цепочки взаимодействия противника, включая миномёты и операторов беспилотников.

В периоды относительного затишья снайперы работают с закреплённых позиций, анализируя любые признаки активности противника. По характеру ранений и дистанции можно понять, откуда вёлся огонь, и вычислить позиции врага. Сейчас, по словам Ульфа, местность на его участке сложная: перепады высот, активная работа артиллерии и БПЛА. В таких условиях он чаще занимается уничтожением тяжёлых дронов и обучением личного состава, в том числе стрельбе из гладкоствольного оружия для борьбы с беспилотниками.

Когда подразделения занимают выгодные высоты, снайпер заходит на позиции на длительное время — от недели до месяца. На руку ему играет холодная погода и туман, которые затрудняют визуальное обнаружение, но не мешают работе тепловизоров. Чем ниже температура, тем заметнее цель, поэтому тепловизоры используются даже днём.

По его наблюдениям, антитепловизионные костюмы малоэффективны, тогда как простые теплоизолирующие материалы и маскировка из подручного мусора работают лучше. Блиндажи он делает минимальных размеров и тщательно маскирует, используя особенности ландшафта, который постоянно меняется из-за ударов авиации и артиллерии.

На задания Ульф выходит с напарником. Иногда они занимают брошенные вражеские укрытия, меняя направление обзора и слегка дорабатывая конструкцию. Средний выход длится около двух недель. За это время удаётся поразить несколько целей. При этом снайпер подчёркивает, что задача не всегда заключается в уничтожении: раненый противник вынуждает врага тратить силы и ресурсы на эвакуацию.

Он вспоминает случаи наблюдения за вражескими инженерами, которые, устанавливая заграждения, сами выдавали свои позиции. По таким признакам легко понять, где находится противник. Бывали и своеобразные «дуэли» с вражескими снайперами, которых можно распознать по одиночным выстрелам характерного калибра.

По словам Ульфа, оснащение российских снайперов в целом превосходит вражеское, хотя есть сложности с боеприпасами. Он активно использует винтовки Лобаева разных моделей, дорабатывая их под себя, а также тяжёлую АСВК калибра 12,7 мм, способную разрушать укрепления. Встречавшиеся натовские винтовки, по его оценке, использовались противником редко.

В работе он предпочитает цельнометаллические и цельномедные боеприпасы с высокой точностью и кинетической энергией. Чаще всего огонь ведётся по поясной фигуре, чтобы вывести цель из строя и создать нагрузку на противника. Самый дальний подтверждённый результативный выстрел в боевых условиях составил 930 метров, при этом каждое поражение фиксируется на видео и передаётся в штаб.

Тепловизоры иногда вводят в заблуждение: однажды бойцы едва не приняли за противника кота, сидевшего на мешке. В другой раз тревогу вызвали шаги рядом с блиндажом, которые оказались передвижением косули с детёнышем. К животным в укрытиях со временем привыкают — грызуны и кошки становятся почти постоянными «соседями».

Отдельное место в рассказе занимает борьба с беспилотниками. При встрече с FPV-дронами снайперы всё чаще берут с собой дробовики, которые эффективны на коротких дистанциях. Ульф отмечает, что лично сбил около полутора десятков таких аппаратов. С тяжёлыми дронами типа «Баба Яга» работают иначе — по ним стреляют с больших дистанций, иногда устраивая ложные цели, чтобы выманить аппарат.

По его словам, дроны остаются одной из главных угроз, но при наличии навыков и подходящего оружия с ними можно успешно бороться. Главное — быть готовым и не терять хладнокровия, тогда шансы остаться в живых значительно возрастают.

Ранее российский военнослужащий Эдуард Правилов спас раненого сослуживца, сбив беспилотник ВСУ.