Примерное время чтения: 11 минут
1403

«Кто, если не мы». Белгородская тероборона сбивает дроны и тушит пожары

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 22. С разводом полный караул 29/05/2024 Сюжет Спецоперация РФ в Донбассе и на Украине
/ Дмитрий Григорьев / АиФ

По пути из Луганска в Белгород вы непременно будете проезжать тихий и уютный городок Старобельск. Его размеренная жизнь три раза в день прерывается сиреной, предупреждающей о ракетной опасности. По поведению людей на улицах заметно, что к сирене они привыкли: никто не бежит, все продолжают заниматься своими делами.

«Да, это у нас просто сирену починили, и теперь ее по расписанию включают. Утром, в обед и вечером, — делится с нами своими соображениями сотрудница кофейни. — От фронта у нас тут далеко. Какие сюда ракеты могут лететь, да еще и по расписанию?!»

От Старобельска до Белгорода около четырех часов езды, и здесь сирены и оповещения о ракетной опасности — это предупреждение о реальной угрозе. Очень часто можно услышать хлопки от работы ПВО, а когда темнеет, то сбитие украинских ракет в небе над Белгородом можно наблюдать своими глазами.

Фото: АиФ/ Дмитрий Григорьев

В магазин под вой сирены

«Нам в Шебекино уже вой сирены не нужен. Люди привыкли. Никто не бежит, да мы отлично слышим выходы с той стороны. Уже знаем, из чего стреляют и через сколько прилетит», — рассказывает мне Макс.

Он коренной житель Шебекино. Города, который стал известен на всю Россию после того, как в июне прошлого года на шебекинцев обрушился украинский террор. Тогда только-только организованная из местных жителей территориальная оборона взвалила на свои плечи всю работу по эвакуации местного населения и под грохотом снарядов, рискуя своими жизнями, простые мужики и женщины спасали стариков и детей.

Макс. Фото: АиФ/ Дмитрий Григорьев

Я был в Шебекино в июне прошлого года. Город был безлюден, много разрушений, и даже было заметно, как догорают от прилетов РСЗО многоэтажные дома. Впрочем, так выглядели все населенные пункты на границе с Харьковской областью. Сейчас Шебекино отстроили заново. По улицам гуляют люди, а на площадках под звуки сирен бегает детвора.

Макс в теробороне с прошлого года. Когда начались массированные обстрелы города, ему пришлось вывезти семью в Белгород. Там он быстро нашел себе применение и организовал работу одного из пунктов временного размещения эвакуированных людей. «Я работал там, а Богдан здесь вывозил людей из города», — говорит Максим.

Фото: АиФ/ Дмитрий Григорьев

Осколок прошил машину насквозь

Богдан — закадычный друг Макса. Каждое утро они надевают форму, закидывают на плечи броню и отправляются выполнять бесконечный список дел. «Каждый день, как белка в колесе. И это если ничего экстренного не произошло. С утра пораньше мы просыпаемся — и по отработанной схеме. Сначала заезжаем в пекарню, где для бойцов пекут хлеб, развозим его и работаем по заявкам. Одним нужно отвезти еду, другим — одежду. Возим и военным, и мирным жителям. Затягивается это все до самого позднего вечера», — рассказывает о распорядке дня Богдан, уверенно крутя руль «Буханки».

Богдан и Макс.
Богдан и Макс. Фото: АиФ/ Дмитрий Григорьев

В их распоряжении два автомобиля — «Буханка» и «Нива». Последняя уже получила боевые ранения в прошлом году в Шебекино. Осколок от «Града» прошил машину насквозь. Теперь ржавые раны словно напоминание о том, что смерть всегда рядом. Ребят тогда чудо уберегло: они за несколько минут до прилета зашли в укрытие.

«У нас есть броня, аптечки. И больше-то ничего. В случае попадания вряд ли спасемся. А работаем от противника зачастую очень близко. В километре бывает. Мы с Богданом как-то уезжали, и нам вслед начали накидывать. Еле смотались», — вспоминает Макс.

Обстановка на улицах Шебекино убаюкивает. Кажется, что все хорошо, и даже сирена, предупреждающая об опасности, — это лишнее. Но это иллюзия. По городу бьют регулярно, хаотично нанося удары по мирным кварталам. Накануне моего приезда в город по жилым домам был нанесен очередной удар из РСЗО.

Фото: АиФ/ Дмитрий Григорьев

«Разминируем и сбиваем дроны»

«За эти пару лет, что существует территориальная оборона, мы трансформировались, — рассказывает Богдан. — Теперь у нас есть специалисты по противодействию БПЛА, эксперты по РЭБ, специалисты по разминированию. Плюс на нас также функции охраны правопорядка, оказания первой медицинской помощи. В общем, мы зачастую первые, если где-то случилась беда».

Но юридического статуса у ребят до сих пор нет. Как нет и оружия. При этом теробороновцы готовы к выполнению даже боевых задач, если таковые будут на них возложены. Для этого в лесу оборудованы позиции, выкопаны блиндажи. Проходят регулярные тренировки.

«У нас здесь мужики от 20 до 70 лет. Но все парни бравые. Есть, к сожалению, и погибшие. Трех человек потеряли за год, — говорит Богдан. — Но, несмотря на все риски, мы будем стоять за свою землю до конца. У нас логика простая: если я сейчас убегу в Воронеж, они придут и туда. Что, мне снова бежать? Нет, это моя земля. Пусть лучше они бегут».

Богдан с Максом помогают и срочникам, которых в Белгородской области полно. Богдан строитель и человек запасливый, построил дом себе, сейчас строит сестре. А бойцам отдает остатки материалов на дрова и строительство блиндажей.

Фото: АиФ/ Дмитрий Григорьев

Вернулся, чтобы мстить

«Я тут как-то привез помощь парням на передок. Там ко мне один подходит и говорит, что узнал меня. Оказывается, в прошлом году я им, когда он еще срочником был, помощь привозил. У него несколько друзей погибло, когда к нам пытались эти предатели из РДК (запрещенная террористическая организация) зайти. Он отслужил и через три месяца вернулся на контракт, чтобы за друзей отомстить. Такая вот у нас молодежь. За них я готов костьми лечь. У меня у самого сын сейчас под Херсоном», — рассказывает Богдан.

Мне повезло, и дни, проведенные с ребятами из теробороны, в Шебекино выдались более-менее спокойными. По городу либо не прилетало вовсе, либо это были единичные случаи. Но даже в относительно спокойные дни эти люди тратят все свое свободное время на защиту своей земли и помощь мирному населению, зачастую рискуя жизнью.

Фото: АиФ/ Дмитрий Григорьев

«У одного из подразделений есть девиз „Кто, если не мы“. Вот у нас то же самое», — напоследок кидает нам Богдан. Ему с Максом сегодня еще ехать на вечерний разбор полетов, где соберутся несколько десятков таких же неравнодушных людей, для которых девиз «Кто, если не мы» — главный в жизни.

Оцените материал
Оставить комментарий (0)