aif.ru counter
710

Нелетная проблема, или почему Дальний Восток может лишиться малой авиации

Аэропорт Зея уже три года закрыт для самолетов малой авиации.
Аэропорт Зея уже три года закрыт для самолетов малой авиации. © / Даниил Маевский / Из личного архива

В 2014 году президент России, чтобы повысить уровень жизни населения в отдаленных населенных пунктах, объявил о необходимости начать развитие региональных аэропортов в стране. Дальнему Востоку был отдан приоритет. Амурской области выпала честь на своем примере показать эффективность этой программы, но, увы, что-то пошло не так. В итоге в причинах сейчас разбираются аж 6 прокуратур и 5 следственных комитета от Хабаровска до Москвы и Санкт-Петербурга.

Обещанного пять лет ждут?

На первом этапе федеральной программы «Развитие транспортной системы в России» планировалось в Амурской область провести реконструкцию трех аэропортов: Зея (самый крупный и стратегически важный для авиации региона в целом), Экимчан (северный и в перспективе наиболее подходящий для нужд Космодрома «Восточный») и Бомнак (самый маленький). Все объекты находятся под управлением ФКП «Аэропорты Дальнего Востока» («дочка» Росавиации). Собственно, им и было поручено контролировать исполнение проекта и выступать заказчиком.

— Реконструкция аэропорта Зея недопустимо затянулась на 5 лет. Работы начались в августе 2015, срок сдачи был в 2018 году, но теперь уже перенесен на конец 2020 года. Проект на 1 миллиард 700 миллионов. Часть работ уже выполнена, но объект не готов до сих пор. Общее выполнение физических объемов работ по объекту составляет 78%, — комментирует ситуацию Александр Зеленин, министр транспорта Амурской области. — Еще два проблемных объекта от ФКП «Аэропорты Дальнего Востока» — это аэропорт Экимчан и посадочная площадка Бомнак. Там реконструкция ведется с 2016 года. И если с Бомнаком еще как-то более-менее, то Экимчан и вовсе был приостановлен в 2017 году, едва там начались работы.

Правительство Амурской области начало бить тревогу с 2018 года. Но в ответ на вопрос о причине приостановок реконструкций аэропортов получали от ФКП объяснение, что, мол, проблема в подрядных организациях и мелких недочетах по проекту. А пока в Росавиации делали попытки сдвинуть стройку с мертвой точки, регион и в без того дефицитном бюджете год за годом изыскивает средства на субсидирование перелетов внутри области.

— В связи с проводимыми строительными работами на взлетно-посадочной полосе Зеи социально важные рейсы, выполняемые ранее на самолётах Ан-2, с 15.10.2017 были приостановлены. ГАУ Амурской области «Амурская авиабаза», осуществляющее авиационные перевозки пассажиров, вынуждено уже три года выполнять рейсы в Зейском районе на вертолёте Ми-8, — указывает на всю серьезность сложившейся в регионе ситуации Василий Орлов, губернатор Амурской области. — Стоимость лётного часа вертолета в 1,8 раза выше стоимости лётного часа самолёта Ан-2. Бюджет вынужден нести колоссальные убытки, о чем мы неоднократно сообщали в различные инстанции, в том числе Генеральную прокуратуру РФ.

Причины остановки реконструкции транспортных узлов Амурской области — существенные недоработки проектов.
Причины остановки реконструкции транспортных узлов Амурской области — существенные недоработки проектов. Фото: Из личного архива/ Даниил Маевский

Контроль на словах

Жители региона очень ждут возобновления авиасообщения самолетами, ведь вертолетное сообщение очень затратное, а также не только очень зависит от погодных условий, но и требует предварительной заявки, что не может гарантировать регулярности рейсов.

— В ходе контрольного приезда в регион руководителя Федерального агентства воздушного транспорта Александра Нерадько в октябре 2019 года была проведена проверка качества выполненных работ в зейском аэропорту и отмечено, что заказчику с подрядчиком необходимо наращивать усилия и увеличивать количество работников, но это в итоге сделано не было, — объясняет руководитель регионального минтранса. — Сегодня, насколько нам известно, для своевременного завершения работ первого этапа необходимо получить положительное заключение Главгосэкспертизы на скорректированную проектно-сметную документацию. На какой стадии этот процесс, также непонятно.

Еще один проблемный объект ФКП «Аэропорты Дальнего Востока» — аэропорт Экимчан, где работы встали колом, едва начавшись. И вновь, если верить переписке правительства Амурской области и заказчика, во всем виноват подрядчик.

Из официальной переписки ФКП «Аэропорты Дальнего Востока» с правительством Амурской области от 02.12.2018: «На данный момент работы на объекте (Экимчан) остановлены. В связи с невыполнением работ согласно контракту, неподтверждением затрат в объёме полученного аванса контракт с ООО „Строительно-дорожные машины“ (СДМ) расторгнут... В арбитражном суде Хабаровского края находятся материалы по иску ФКП „Аэропорты Дальнего Востока“ о взыскании 313 475 622 рублей».

Такой версии, объясняющей провал госпрограммы, ФКП придерживалось на протяжении почти 4 лет. К тому же это подтверждал и тот факт, что в отношении директора подрядной организации по Экимчану на основании заявления заказчика 26 июля 2018 года Следственное управление УМВД по Хабаровскому краю возбудило уголовное дело по статье 160 УК РФ «Присвоение или растрата». Однако после вмешательства в дело о долгостроях журналистов вопросы у правоохранительных органов появились уже к руководству ФКП «Аэропорты Дальнего Востока».

Причин много, настоящая — одна

У писателя Оскара Уайльда есть замечательное выражение: «Истина редко бывает чистой и никогда — однозначной». В этом деле тоже не все так чисто и не все так однозначно, но мы попытались разобраться во всех хитросплетениях.

Главный принцип журналистики — предоставь слово всем участникам конфликта. Вот и мы решили не отступать от этого правила и разыскали директора «СДМ» Михаила Филиппова, который, несмотря на созданное о нем уже мнение «мошенника», даже и не думал скрываться и согласился рассказать свою версию «печальной» стройки, которая едва не стоила ему свободы.

— 12 октября 2016 года между ФКП «Аэропорты ДВ» и «СДМ» был заключен госконтракт. Уже в ноябре нам был перечислен аванс в размере 30%, позволяющий нам дополнительно приобрести технику, привлечь подрядные организации с целью увеличения темпов и объемов земельных работ, которых в проекте было около 50%, — излагает свою версию событий директор «СДМ». — Первой проблемой было завезти на объект технику и людей, потому что местами дороги и мосты, способные выдержать тяжелые машины, вообще отсутствуют. Но мы смонтировали там свой вахтовый поселок на 100 человек. Протянули 3 километра временной ЛЭП, установили подстанцию, дробильно-сортировочный комплекс, бетонный завод, 36 единиц техники, только самосвалов 18 штук, запас топлива и закупили часть оборудования для исполнения контракта. Кстати, все это в расходной части проекта вообще не было учтено, то есть фактически мы делали это за свой счет в надежде потом возместить в рамках контракта. В общем, мы приготовились к масштабным работам. Но в итоге получилось, как получилось.

Зайдя в ноябре 2016 года на объект, компания сходу уткнулась в проблемы, которые позднее и сыграли с ее директором злую шутку. Для начала оказалось, что проект, разработанный АО «Ленаэропроектом», по мнению подрядчика, мягко говоря, не совпадал с имеющейся на Экимчане действительностью. После очистки территории площадью более 15 гектар от снега и растительности оказалось, что проектировщики ошиблись в расчетах по уровню взлетно-посадочной полосы, местами на 8-10 метров. Дальше  больше. Новый склад ГСМ нужно было возвести на том же месте, что и старый. А как это сделать при условии, что деятельность аэропорта не должна прекращаться? Также потеряли в проектной документации и наличие важной, по международным меркам, гидрометеостанции 1904 года постройки, которая угодила в зону реконструкции транспортного узла и которую нужно было куда-то и за чей-то счет перемещать.

Золотые карьеры

— Большинство недоработок по проекту можно было бы устранить, не приостанавливая стройку, но этим должен был заниматься заказчик, которого мы не раз официально уведомляли обо всем, — высказывает свое мнение Михаил Филиппов. — Однако вскоре появилась проблема, которая и вовсе была для нас непреодолима. Оказалось, что карьеры, которые по плану были отведены под добычу грунта, почему-то оформлены на третьих лиц. Ближайшие свободные участки, которые нам предложили в минприроде региона, находились аж в 80 километрах от аэропорта.

Все карьеры, которые, по идее, как это положено на этапе проектирования, должны были быть изъяты в пользу государства под выполнение важной программы, по факту после прохождения проекта Главгосэкспертизы оказались заняты золотодобывающей компанией «Покровзолото», а лицензию она получила 19 июля 2016 года, за месяц до конкурса по реконструкции аэропорта. Кроме того, глава администрации Селемжинского района тут же отдал золотникам еще и земельный участок в аренду на 25 лет. И делалось это даже без проведения общественных слушаний.

В итоге лицензия «Покровзолото» накрыла не только карьеры, а еще 1/3 взлетно-посадочной полосы и три улицы поселка Экимчан вместе с жилыми домами. В Федеральном агентстве по недропользованию департамента «Дальнедра», где выдавали лицензию, попадание в границы участка зоны аэропорта и поселка объяснили так: «Подготовка схем расположения участков недр, предоставляемых в пользование, производится на основе географических карт масштаба 1:200 000 (2 км на 1 см). В таком масштабе сложно определить и точно оконтурить границы населенных пунктов». Странно, не правда ли? И это в эпоху цифровых технологий и спутниковых систем, которые, по идее, должны предотвращать подобные казусы.

Всегда смотрите на нюансы

Так, например, в приложении к лицензии указан прогнозируемый запас золота — всего 64 кг. Знающие люди поймут, что это чрезвычайно мало при таком затратном предприятии, как золотодобыча. Версию о том, что лицензия получалась отнюдь не для добычи золота, подтверждает и другой ответ «Дальнедр» о том, что прямую деятельность организация осуществляла всего полтора года. 2017 и часть 2018. Аккурат пока длилась стройка на Экимчане. Выходит, руководство компании хотело заработать на чем-то другом?

— Нам буквально сразу поступило от «Покровзолота» предложение покупать грунты у них. Естественно, мы согласились, ведь контракт-то надо было как-то выполнять. И опять же «Аэропорты ДВ» никак не пытались даже урегулировать этот вопрос. В итоге нам пришлось заплатить за грунт более 9 миллионов рублей.

Однако в «Дальнедрах» сообщили, что продавать грунт по условиям лицензии «Покровзолоту» сторонним организациям не предусмотрено, то есть запрещено. Тем не менее продажа шла вплоть до июля 2017 года. В марте 2018 года «Покровзолото» уже само обратилось к заказчику в лице директора ФКП Павла Сергеева с предложением выделить границы горного участка и освободить карьеры, которые изначально были предусмотрены проектом, но это письмо было проигнорировало.

— Мы теперь уже понимаем, что нас всеми силами пытались выкинуть из контракта, поэтому уже в апреле 2018 с нами расторгли в одностороннем порядке контракт и тут же написали заявление в полицию, — комментирует Филлипов. — Причиной была якобы растрата нами 230 миллионов. Однако на тот момент мы неоднократно пытались закрыть ряд работ, которые даже превышали эту сумму, но заказчик под разными предлогами документы не подписывал.

Еще одним желающим отщипнуть кусочек федерального контракта оказался директор аэропорта Экимчан Владимир Семенов, сотрудник ФКП «Аэропорты Дальнего Востока», который, если так можно выразиться, удачно стал владельцем участка земли прямо в границах проекта. И на это ФКП тоже, судя по переписке с подрядчиком, никак не реагировало. Надо сказать, руководство подразделения Росавиации вообще как-то самоустранилось от решения вопросов, возникших при строительстве аэропорта Экимчан.

— 26 июня 2017 года исполнение проекта по решению сторон было приостановлено. Основание — грубейшие нарушения в проектной документации. С этим согласился и заказчик, и это же доказывается решением суда в марте 2019 года, которым расторжение контракта с «СДМ» признано незаконным, — говорит глава юридической компании Максим Бергеля, представляющий интересы СДМ в суде. — Кроме того, как оказалось позднее, руководство «Аэропортов ДВ» даже не пыталось все это время принудить проектную организацию исправить выявленные нарушения. А вместо этого ФКП с завидным упорством пытается уже в третий раз на тех же основаниях, что суд уже дважды признал незаконными, расторгнуть договор с «СДМ». На наш взгляд, это воспрепятствование законной предпринимательской деятельности. Но оценку этому пусть дает следственный комитет, куда Филиппов обратился с заявлением. Что до средств, которые, как ранее утверждалось, руководство ФКП растрачены, то в арбитражном суде «Аэропорты ДВ», по сути, признали, что объемы выполнены, но не приняты. К тому же строительно-финансовая экспертиза, которую мы просили сделать суд, показала бы, что это не Филиппов должен деньги заказчику, а ему должны.

Почему, выделенные под госпроект, карьеры оказались оформлены на третьих лиц,сейчас разбирается прокуратура.
Почему выделенные под госпроект карьеры оказались оформлены на третьих лиц, сейчас разбирается прокуратура. Фото из архива компании «Строительно-дорожные машины»

Кручу, верчу, запутать хочу

Выходит, относительно истинных причин приостановки работ на Экимчане руководство ФКП «Аэропорты Дальнего Востока» в лице Павла Сергеева, докладывая на разных уровнях, мягко говоря, лукавило? Надо сказать, по словам Владислава Кайдалова, руководителя юридического отдела «Ленаэропроекта», куда мы также обратились за разъяснением, по Экимчану к ним со стороны ФКП никаких обоснованных претензий в период с 2016 по 2020 годы не поступало. Интересно! А ведь проектировщик, которому заплатили за работу поти 100 миллионов, обязан был устранить выявленные нарушения за свой счет. Но в ФКП решили иначе и летом 2019 года заключили с проектной организацией еще один контракт стоимостью 25 миллионов по корректировке проекта Экимчан.

В суд иски с претензиями по качеству проекта Экимчан на «Ленаэропроект» ФКП все же подало, но только в марте 2020 года, когда уже вовсю шли прокурорские проверки.

— Да, они подали на нас иск. Был суд, в рамках которого с их стороны не было доказано, что проблемы были с нашей стороны по проекту, и никаких вопросов к нам нет, — заявил в беседе Владислав Кайдалов.

Но сразу хочется задать вопрос. Как «Аэропорты ДВ» при наличии на том же Экимчане стольких установленных подрядчиком нарушений не смогли в суде их предъявить?

Надо отметить, что иск заказчик подал только на Экимчанский проект. А как же быть с Зеей, где также были выявлены нарушения, из-за чего стройка была приостановлена и аэропорт фактически приостановил свою деятельность еще с 2017 года? Здесь также с «Ленаэропроектом» был заключен новый контракт. Выходит, руководство «Аэропортов ДВ» вместо того, чтобы понуждать проектную организацию с 2017 года, когда были выявлены нарушения в проекте, предпочло игнорировать сообщения от подрядчиков, а потом просто еще раз потратить деньги из бюджета?

Избирательный подход

Складывается впечатление, что «особые отношения» у руководства «Аэропортов ДВ» сложились и с подрядчиком на аэропорте Зея с ГВСУ № 7. Несмотря на все его провалы в работе, коих было немало, если верить неоднократным ответам ФКП в прокуратуру, правительство Амурской области и Росавиацию, почему-то к ГВСУ здесь были лояльней, чем к тому же «СДМ», с которым уже в третий раз пытаются расторгнуть контракт. А ведь, как показала проверка Военной прокуратура ВВО по зейскому аэропорту, есть вопросы со стороны даже уголовного кодекса.

— Прокуратурой округа проверено соблюдение законности при расходовании бюджетных средств, полученных на цели строительства аэропорта Зея. Проверкой выявлены отдельные факты невыполнения подрядчиком работ, предусмотренных условиями государственного контракта, и несоблюдения сроков их исполнения. В настоящее время устанавливаются обстоятельства и причины допущенных нарушений с целью последующего решения вопроса об осуществлении прокурорского реагирования, в том числе направленного (при наличии оснований) на уголовное преследование виновных лиц в СК Московского гарнизона, — комментирует Борис Хубиев, и. о. прокурора ВВО.

К подрядчику и заказчику у военной прокуратуры возникли вопросы в части отсутствия ряда работ, которые почему-то были по факту приняты как выполненные, на сумму порядка 38 миллионов. Надо сказать, что «Аэропорты ДВ» и раньше хлопотал за ГВСУ № 7. Например, просил местную администрацию за свой счет вывезти с территории строительства пости 2 тысячи кубометров различного мусора и вырубленных деревьев. Странно. А что, в стоимость контракта в 1,7 миллиарда это не входит?

На выполнение госконтракта в аэропорту Зея военная прокуратура заподозрила крупное хищение.
На выполнении госконтракта в аэропорту Зея военная прокуратура заподозрила крупное хищение. Фото: Из личного архива/ Даниил Маевский

Прокурорские проверки

В декабре 2018 года губернатор Амурской области Василий Орлов обратился с заявлением в генеральную прокуратуру, ему очень хотелось понять, что же на самом деле происходит с аэропортами. Дальневосточная и Восточно-Сибирская транспортные прокуратуры попытались разобраться, но на тот момент всей картины по объективным причинам увидеть не могли. Но после получения данных независимого журналистского расследования ситуация сдвинулась с мертвой точки. Сейчас на базе ДВТП создана целая межведомственная комиссия, и результатом ее работы стал ряд неутешительных выводов, которые могут свидетельствовать о том, что истинные причины провала госпроекта нужно искать в ФКП «Аэропорты Дальнего Востока».

— Дальневосточной транспортной прокуратурой по результатам проверок были направлены материалы в Следственный комитет Амурской области, Дальневосточное следственное управление на транспорте Следственного комитета и в прокуратуру Санкт-Петербурга, где в рамках доследственных проверок будет дана оценка действий руководства ФКП «Аэропорты Дальнего Востока», — рассказывает о масштабах проведенной работы Слава Когай, и. о. прокурор Дальневосточной транспортной прокуратуры. — В марте и августе 2020 года проведено 2 межведомственных совещания с участием руководителей прокуратуры Восточного военного округа, Дальневосточного МТУ Росавиации, Управления государственного авиационного надзора и надзора за обеспечением транспортной безопасности по Дальневосточному федеральному округу Ространснадзора, Управления ФСБ России по Хабаровскому краю, Управления на транспорте УВД России по Дальневосточному федеральному округу, Дальневосточного следственного управления на транспорте Следственного комитета Российской Федерации, заказчика ФКП «Аэропорты Дальнего Востока» и подрядчиков — ФГУП «ГВСУ № 7» и ООО «Строительно-дорожные машины» по вопросам соблюдения требований федерального законодательства при строительстве аэропортов Экимчан и Зея в Амурской области в рамках Государственной программы «Развитие транспортной системы». Кроме того, определены первоочередные мероприятия по контролю за работой заказчика, подрядчиков и проектной организации со стороны правоохранительных органов. По результатам разработаны планы мероприятий (дорожные карты) по обеспечению скорейшего завершения строительства на указанных объектах.

Смена ролей

На сегодняшний день вопросов у правоохранительных органов больше, чем ответов, потому что слишком долго ситуация была скрыта от посторонних глаз, в том числе и со стороны руководства ФКП «Аэропорты Дальнего Востока». Кстати, редакция «АиФ Дальинформ» неоднократно обращалась к господину Сергееву за комментариями, но каждый раз получала странно сформулированный отказ. Впрочем, похоже, это в стиле ФКП — уходить от прямых вопросов... За отказ отвечать на запрос информации от СМИ П. Б. Сергеев Хабаровской транспортной прокуратурой был привлечен к административной ответственности, но даже после этого он упорно продолжает отказываться от комментариев. Так может, он станет более разговорчивым в общении со следователями Дальневосточного Следственного комитета на транспорте?

— Сейчас по строительству аэропорта Экимчан проводится доследственная проверка в отношении руководства ФКП «Аэропорты Дальнего Востока» сразу по нескольким статьям Уголовного кодекса, в том числе по статье 286 УК РФ («Превышение должностных полномочий»), — комментирует Антон Артеменко, заместитель руководителя Дальневосточного следственного управления на транспорте Следственного комитета. — Надо отметить, на сегодняшний день в производстве ДВСУТ СК РФ уже находится подобное уголовное дело в отношении замруководителя ФКП, связанное с превышением должностных полномочий при реконструкции другого транспортного объекта.

Что до Михаила Филиппова, то еще в начале марта 2020 года суд Центрального района Хабаровска, рассмотрев дело по факту растраты на строительстве аэропорта Экимчан, отправил материалы на дополнительное следствие, которое не начато до сих пор.

— Суд полностью согласился с нашими доводами относительно того, что следствие допустило ряд нарушений в ходе работы, в результате чего в обвинительном заключении Филипову были вменены действия, которые не предусмотрены статьей 160 УК РФ, — комментирует Максим Мизин, адвокат Михаила Филиппова. — Говоря простым языком, суд увидел, что в действиях моего подзащитного «присвоении и растраты» нет, поэтому и отправил дело обратно в прокуратуру Хабаровского края. С решением первой инстанции также согласилась и апелляция.

Нужно отметить, что после возбуждения уголовного дела вполне успешная компания «Строительные дорожные машины» оказалась на грани банкротства, счета до сих пор арестованы, тем не менее ее руководитель не теряет надежды закончить начатый проект по реконструкции Экимчана.

На контроле федеральных властей

Вопросы строительства и реконструкции аэропортов Дальневосточного федерального округа находятся под контролем вице-премьера — полномочного представителя президента РФ в ДФО Юрия Трутнева. Он неоднократно призывал к ответу и Минтранс, и руководство Росавиации. Но пока исполнение Комплексного плана модернизации и расширения магистральной инфраструктуры до 2024 года оставляет желать лучшего. Сегодня в этот план входят 40 дальневосточных аэропортов. Так, до 2024 года должны быть построены и реконструированы 16 аэропортов в Якутии, 7 — на Чукотке, 6 — на Камчатке, 4 аэропорта в Хабаровском крае, 3 — в Магаданской области и по 2 аэропорта в Амурской области и Забайкальском крае.

«Вопрос имеет очень большое значение для Дальнего Востока. Принят Комплексный план модернизации и расширения магистральной инфраструктуры до 2024 года. Предыдущий план был сорван, проекты были подготовлены поздно, некачественно. В результате федеральный округ потерял большое количество средств. Мы бы не хотели, чтобы история еще раз повторилась. Будем добиваться у Министерства транспорта и Росавиации максимально внимательного повседневного контроля за тем, как идут дела по каждому проекту», — отмечал ранее Трутнев.

Полпред не раз говорил о порочной практике управления строительством воздушных артерий из Москвы. «Руководство заказами на строительство со стороны Росавиации из Москвы мне кажется несколько надуманным. Будем делать предложение, изучим его в правительстве, с тем чтобы заказывать объекты, в том числе связанные с наземной инфраструктурой для авиации, могли регионы. Надо передать им эти расходные полномочия вместе с деньгами, чтобы они сами этим занимались. Мне кажется, это будет намного эффективнее», — отмечал он в ноябре на рабочем совещании с главами регионов.

Недовольство модернизацией аэропортовой инфраструктуры на Дальнем Востоке и строительством новых аэропортов растет. Главы регионов просят Трутнева принять соответствующие меры. Надеемся, что прокуратура и правоохранительные органы предоставят вице-премьеру все необходимые доказательства бездействия компетентных органов и будут приняты все необходимые меры, чтобы виновные в саботаже были наказаны.

Оставить комментарий (0)

Топ 5 читаемых



Самое интересное в регионах
Новости Москвы