Примерное время чтения: 3 минуты
1577

«Штучный экземпляр». Памяти Владимира Губарева

Владимир Губарев у саркофага над 4-м аварийным блоком ЧАЭС.
Владимир Губарев у саркофага над 4-м аварийным блоком ЧАЭС. Фото из личного архива В. Губарева.

В возрасте 83 лет скончался известный советский и российский журналист Владимир Губарев.

Про таких говорят: «Штучный экземпляр». И еще — «таких больше не делают». Таких, как он, — да, не делают. К сожалению — и для общества в целом, и для науки. Про космос и про атомную энергетику он знал всё. В буквальном смысле: от даты первого полёта человека в космос до малейших нюансов в создании атомной бомбы. Был бесстрашным — как настоящий журналист, который материалы для статьей собирал не в библиотеках и кабинете, а «в полях»: на Байконуре, на испытательных полигонах, в закрытых институтах, на Чернобыльском реакторе. 

Говорил, что для них — поколения, рожденного в конце 1930-х, — на всю жизнь остались самыми главными два праздника: День Победы и день полёта человека в космос. Ад Чернобыля видел своими глазами: он один из первых журналистов, кого пустили к месту катастрофы. «Дозиметры иногда приходилось оставлять в ящике письменного стола, иначе не разрешили бы снова пойти в зону заражения», — признавался он. Эти дозиметры до сих пор хранятся в его квартире как память о пережитом. А фотографии на стенах в его рабочем кабинете — как летопись: и покорения космоса, и покорения атома. На них — космонавты, президенты, академики, луноходы, афиши спектаклей, поставленных по его пьесам. И самая знаменитая — «Саркофаг». Конечно, о Чернобыле. И книги, тысячи томов. Десятки из них написал он сам: о космосе, о людях, которые создавали нашу науку, с которыми он не только общался, но и близко дружил. А это — цвет нашей науки: Королев, Рябев, Щёлкин, Харитон, Курчатов, Патон, Легасов, Гагарин, Терешкова, Савиных и многие другие…

Владимир Степанович очень переживал, наблюдая за тем, что происходит и в нашей космической отрасли, и в науке в целом. Писал очень резкие статьи, не считаясь с авторитетами, с тем, что «позвонят откуда надо и погрозят пальцем». «Мне после Чернобыля уже ничего не страшно!» — посмеивался он. И надеялся, что когда-нибудь это безвременье закончится. И мы снова станем первыми. Как были первыми в те времена, про которые он писал в своих статьях в «Комсомольской правде», в «Правде», а в последние годы — у нас в «АиФ».

Вот материалы Владимира Степановича, которые нашли наибольший отклик у читателей:

Тайна 10 минут полёта. О чём Гагарину приказано было молчать?

«Авантюристы». Почему в СССР не верили, что американцы высадятся на Луне?

Михаил Янгель и его «Сатана». Взлёты и падения засекреченного конструктора 

Оцените материал
Оставить комментарий (0)

Топ 5 читаемых



Самое интересное в регионах