Боевая машина десанта встала на дыбы, выскакивая по крутому откосу на шоссе. За долю секунды до того, как она «упала» на дорогу, под её днищем пролетела кумулятивная граната и попала в корму бронемашины, шедшей впереди… Ночная, засыпанная снегом и огнями иллюминаций Москва, мы сидим с офицером Артёмом Подлесным и разговариваем о войне.
Его прямо с передовой срочно выдернули в командировку. Рядом жена Аня, которая примчалась из Новороссийска, чтобы хоть на несколько часов увидеть мужа. Она на седьмом месяце беременности. Это их третий ребёнок. Мы все вместе пьём чай, хотя с Артёмом могли бы заказать что-то покрепче, но ему завтра на фронт. Люди смотрят на его ордена, на его красавицу-жену и, наверное, думают, какой он счастливец.
Ему и вправду повезло. Он не раз видел смерть, но им удалось разминуться. А сейчас Подлесный держит за руку любимую женщину, и ему от этого хорошо и спокойно.
Не страх, а злость
Темп, темп, темп… Яростно, остервенело в феврале 2022 года российские ударные части наступали к Днепру в Херсонской области. Десантники рвались вперёд, чтобы противник не успел очухаться, собраться с силами, взорвать мосты и организовать оборону.
«Я часто вспоминаю бои на границе, – рассказывает младший лейтенант Подлесный. – Меня спрашивают: «Было ли страшно?» Страха не было. Была злость. Когда в первом бою краем глаза увидел, что по нам летит эрпэгэшная граната, крикнул мехводу нашей БМД: «Газуй!» Выскакивая из кювета, машина сделала «свечку», и граната прошла прямо под нами. А дальше бой. Подавили противника огнём – и вперёд. Метров через 600 новая засада, и перед ним подбитая БМД моего командира. Два украинских пулемёта, скрытых в дзотах, поливают дорогу длинными очередями. Минут 10 хватило, чтобы заглушить огневые точки. Прихватили ребят с подбитой машины – и вперёд, догонять батальон».
Офицер вспоминает, как их удар проломил украинскую оборону на Херсонском направлении настолько молниеносно и глубоко, что ВСУ, отступая, не могли понять, где находятся передовые русские части.
«Наш батальон прорыва вонзался в оборону ВСУ, как горячий нож в масло. О флангах не беспокоились, шли вперёд, а затем уже подтягивались основные силы. Доходило до того, что мы шли впереди отступающих украинских войск» – так описывает десантник первые дни спецоперации. «Прыжок» за Днепр, штурм Херсона и полное освобождение города заняли меньше суток.
Побывал в пекле
Артём говорит: противник так стремительно отступал, что десантникам часто удавалось захватывать в плен целые подразделения. Тогда было удивительно, что у боевиков зачастую при себе не было никаких документов, кроме опознавательных армейских жетонов, а на допросах все они называли себя поварами и водителями.
«Поначалу мы даже шутили, что воюем с поварами, а затем стали разбираться, кто есть кто. Выдают экипировка, манера речи, знание обстановки. Так что разведчика, штурмовика или командира от тыловика отличить можем», – объяснил офицер-десантник. И тут же заметил, что потом всё стало по-другому, а в последнее время в украинской армии при попытке солдат сдаться в плен их уничтожают.
«Не так давно у нас на участке солдат ВСУ решил сдаться в плен. Взял палку, намотал белую тряпку и пошёл в нашу сторону. Его сразу же атаковали украинские FPV-дроны, – пояснил военный. – Солдат получил ранение, смог себя перевязать и пошёл дальше. Тогда с украинской стороны стали накладывать по нему миномётами и «артой». Так и не дали дойти – свои же убили».
Артём подчёркивает, что команды на ликвидацию отдаются непосредственно украинскими командирами, которые на передовых позициях никогда не бывают.
«Боевиков ВСУ доводят до определённого места, там их встречают люди в штатском, выдают рации, говорят, куда идти, и они топают на «передок». Дальше связь только по рации и позывным. Кто отдаёт приказы – им неизвестно, – объяснил замкомандира роты Подлесный. – У нас офицеры всегда с бойцами. Солдатам важно видеть в лицо своих командиров. В сложной ситуации хватает пары крепких слов или шутки, чтобы боец перестал паниковать».
У самого Артёма Подлесного уже три ранения. На вопрос, почему не носит на мундире нашивки о ранениях, ответил, что не любит форса: «Ну потрепало немного, я же на ногах». Впрочем, о том, в каком пекле побывал офицер, говорят два ордена Мужества, Георгиевский крест IV степени, медаль «За отвагу». На вопрос, за что, Артём скромно ответил: «Подвигов я не совершал».
Трое смелых
И всё-таки мне удалось узнать, как он и два его товарища штурмовали вражеский опорный пункт. Втроём против 15. Дело было летом 2023-го, во время украинского контрнаступления. «Обычно накаты идут в вечернее или утреннее время. А мы решили штурмовать среди бела дня.
Пошли втроём: я, парень, который меня должен был прикрывать при отходе, и снайпер, – рассказывает десантник. – К автомату я взял с собой ручной огнемёт и попросил комбата обстрелять украинский опорник из АГС (автоматический гранатомёт станковый. – Ред.) и 82-миллиметрового миномёта. Надо было отвлечь внимание противника от нашей группы. Под прикрытием огня подобрался к окопам противника почти вплотную. Всё движение там было как на ладони. Подгадал время и выстрелил из огнемёта. Полыхнуло знатно. Затем, стреляя по пехоте из автомата, стал откатываться назад. Как и спланировали, меня прикрывал огнём второй номер и снайпер. Отошли метров на 400, там лежал мой рюкзак с дронами и снарядами для сбросов. Поднял «птичку», провёл разведку, а когда подошла подмога, в несколько коптеров отработали по позициям ВСУ сбросами».
Так штурмовая группа российских десантников зашла и зачистила опорный пункт ВСУ. Противника не спасло пятикратное численное превосходство. С нашей стороны потерь не было.
Прощаясь с Артёмом, я его спросил, не обидно ли, что он и его товарищи на войне, а в тылу народ веселится и зачастую даже не задумывается, что где-то льётся кровь.
«Нет, не обидно. Если люди не знают, что такое война, значит, мы хорошо делаем свою работу, – ответил офицер. – Главное, ждите нас».
Братья по оружию
Офицерское звание «младший лейтенант» Подлесный получил уже на войне. Будучи замкомвзвода, он сменил раненного в бою офицера, а затем, оставаясь сержантом, около года командовал взводом. Скоро ждёт присвоения звания лейтенанта. Сейчас он зам. командира роты по военно-политической работе. В советское время таких людей называли комиссарами: смелый, с волевым стержнем, который может и ободрить, и в атаку поднять. В роду Подлесных кадровых военных не было. Он первый. Служит в десантных войсках 16 лет. По его стопам пошёл и младший брат: после срочной службы ушёл на СВО и уже больше года на передовой. «Я за него беспокоюсь, – рассказывает Артём. – Когда получается встретиться, стараемся звонить маме, чтобы видела нас живыми и здоровыми».
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
