aif.ru counter
10748

Хромосомы любви. Супруги Алёшины воспитывают 5 детей с синдромом Дауна

© / Надежда Кузьмина / АиФ

Когда в семье родился ребенок с таким диагнозом, Ольга решила взять под опеку других детей с синдромом Дауна, чтобы родная дочь Таня и приемные дети росли, не чувствуя себя какими-то особенными.

«У меня был шок»

«Это все Таня», — улыбаясь, рассказывает Ольга. Таня — старшая дочь Алёшиных. В январе девушке исполнится 20 лет. Двадцать лет назад рождение долгожданной дочки стало не только приятным сюрпризом, но и обернулось настоящим шоком для семейной пары. У Татьяны оказался синдром Дауна.

Татьяна — старшая кровная дочь Алёшиных.
Татьяна — старшая кровная дочь Алёшиных. Фото: АиФ/ Надежда Кузьмина

«Когда у меня Таня родилась, я несколько месяцев плакала. У меня был шок, — рассказывает Ольга Алёшина. — Мне было очень неприятно, когда мамочки, у которых были нормальные дети, примерно такого же возраста, делились — вот мой загулил, или мой сел. Мне казалось, что они меня этим хотят поддеть как-то. Пока я не попала в “Ассоциацию содействия детям-инвалидам”, где я увидела, что есть семьи с такими же детьми, и все у них нормально».

Читайте также: Люди с синдромом Дауна: история о заблуждениях, жизни и любви

Последняя надежда

Спустя время родители задумались о поиске сестренки для Тани. Так в их семье появилась Ира, от которой мама отказалась в роддоме. У девочки с рождения имелась масса серьезных диагнозов, но домашний уход и любовь сделали свое дело. Сегодня Ира — обычная здоровая 13-летняя девчонка, которая увлекается спортивной стрельбой из лука и с удовольствием присматривает за младшими братом Максимом и сестренками.

Ира увлекается стрельбой из лука.
Ира увлекается стрельбой из лука. Фото: АиФ/ Надежда Кузьмина

«Сейчас с нами живут 7 детей. Кровная дочь Татьяна и 6 приемных, — говорит Ольга. — Ира нашлась в 2007 году, она у нас уже 8 лет. Когда она пришла в семью, они с Таней были “не разлей вода”. Сейчас у Иры где-то уже свои интересы, но, несмотря на это, девочки все равно всегда вместе. Потом появился Максим. Мы его взяли 5-месячным. Потом мы поехали за Катей, а с Катей нам вместе “дали” и Варю. А спустя еще время, нам позвонили и рассказали про Сашу. Сказали, что вот есть такой ребенок и мы “последняя надежда”, если мы не возьмем — ребенок пропадет. Конечно, мы не могли остаться равнодушными. А когда мы приехали за Сашей, дома мы ее зовем Аля, нам сказали: “А у нас такая Вика есть замечательная!”. Ну как можно между двух детей выбрать? Так мы забрали обеих».

Девчонок часто принимают за сестер.
Девчонок часто принимают за сестер. Фото: АиФ/ Надежда Кузьмина

Диагноз — приговор?

Ребята наперебой рассказывают о своих увлечениях. Максим и Варя достают стопку грамот и пару десятков медалей. Все это богатство они завоевали, участвуя в соревнованиях по бальным танцам. Большинство грамот у Варвары за первые места. Но выйти в спорт высших достижений девочка не сможет — нет пары, да и мешает диагноз.

«С одной стороны такой диагноз в нашей стране это приговор. Варя в самостоятельную жизнь выйти сможет, но из-за ее диагноза ей будут закрыты все дороги, даже на работу никто не возьмет», — рассказывает Ольга.

Алёшины уверены, что Варе поставили диагноз «синдром Дауна» ошибочно.
Алёшины уверены, что Варе поставили диагноз «синдром Дауна» ошибочно. Фото: АиФ/ Надежда Кузьмина

У Вари также стоит диагноз «синдром Дауна», но Алёшины хотят провести девочке генетический тест. Они уверены, что после него с Вари снимут когда-то ошибочно поставленный диагноз. Приемные родители уверены, что маленькую девочку с экзотической восточной внешностью просто приняли за ребенка с синдромом Дауна.

Читайте также: Александр Пушной: «Надо относиться к "солнечным детям" по-человечески»

«Они всегда будут рядом»

А вот младшеньких девочек с синдромом Дауна — Алю, Вику и Катю — незнакомые люди постоянно путают. Девочки одного возраста и из-за особенностей по здоровью очень похожи. От всех малышек отказались родители. Ольга вспоминает, как однажды в зале суда ей пришлось столкнуться с биологической мамой одной из приемных девочек и женщина призналась, что оставила дочку с синдромом Дауна, испугавшись косых взглядов соседей.

У Максима хорошие достижения в бальных танцах.
У Максима хорошие достижения в бальных танцах. Фото: АиФ/ Надежда Кузьмина

«Ну не берут у нас таких деток. Не хотят, боятся. А я не знаю, чего они боятся? — недоумевает Ольга. — У меня нет никаких беспокойств по поводу них, что они попадут в дурную компанию и улица их испортит. Я знаю точно, что они всегда будут рядом».

Читайте также: «Пишите отказ». Как помочь «особым детям» и их родителям

Не такая семья

Каждый день девочки посещают специализированную школу-интернат. Как педагог, Ольга считает, что именно такое обучение лучше подходит для ее детей.

Алёшины взяли под опеку детей с синдромом Дауна, не побоявшись косых взглядов.
Алёшины взяли под опеку детей с синдромом Дауна, не побоявшись косых взглядов. Фото: АиФ/ Надежда Кузьмина

«Есть специализированные детские сады для таких деток, есть обычные сады, куда берут таких детей» — поясняет Ольга. Алешины выбрали специализированный.

Ольга признается, что без поддержки мужа Михаила, вместе с которым они уже 35 лет, она бы никогда не справилась. Папу детвора слушается беспрекословно. Но всё же иногда вьют из него веревки. Как, например, маленькая Аля, которая то и дело просит папу ее покормить из ложечки, хотя прекрасно управляется со столовыми приборами сама.

Ольга, говорит, что без поддержки мужа, не справилась бы.
Ольга, говорит, что без поддержки мужа, не справилась бы. Фото: АиФ/ Надежда Кузьмина

«Мы никогда не чувствовали на себе ни одного косого взгляда, везде ивсегда нас встречают с улыбкой и дают “зеленый свет”, — делятся Михаил и Ольга Алёшины. — Наверное, мы семья не такая, или нам просто везёт».

Оставить комментарий (1)

Также вам может быть интересно

Загрузка...

Топ 5 читаемых



Самое интересное в регионах
Роскачество