1543

Оружие мировых держав. Как климат стал инструментом борьбы за доминирование

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 16. Спасти всех, кого возможно 20/04/2016
Китай, Индия и другие страны не взяли на себя обязательства по сокращению выбросов.
Китай, Индия и другие страны не взяли на себя обязательства по сокращению выбросов. Shutterstock.com

Как считает Алексей Мухин, гендиректор Центра политической информации, шум вокруг изменения климата подогревается как валом голливудских апокалиптических блокбастеров, воздействующих на широкую аудиторию, так и докладами учёных, воздействующих на политические, бизнес-элиты и экспертное сообщество. Он и отвечает на несколько вопросов, неизбежно возникающих в связи с климатической темой.

Кто главный борец?

- Экологические движения всё чаще оформляются в реальную ударную силу, которая используется в определённых интересах. Например, в авангарде так называемого движения Fossil Fuel Divestment («Де-инвестирование из ископаемых видов топлива») - американские колледжи и университеты, научно обосновывающие целесообразность процесса и заодно «ломающие стену недопонимания» общества. В итоге сотни управляющих активами сейчас занимаются тем, что стремительно изымают средст­ва из добывающих компаний по всему миру. Изъятие из энергетических отраслей в 2015 г. стало самым высоким за всю историю их существования.

Демонстративным было решение Фонда семьи Рокфеллеров как можно скорее избавиться от активов в компаниях, добывающих ископаемые виды топлива. Оно имело огромный резонанс с учётом того, что среди выводимых оказались инвестиции в ExxonMobil, преемницы Standard Oil, на которой Джон Рокфеллер и заработал 100 лет назад своё состояние.

Несмотря на то что Соединённые Штаты не являются лидерами по инвестициям в возобновляемую энергетику и значительно уступают в этом Китаю, Вашингтон старательно поддерживает имидж главного борца с климатическими изменениями. Так, предвосхитив конференцию по климату, состоявшуюся 30 ноября - 12 декабря 2015 г. в Париже, Барак Обама подписал довольно спорный «План чистой энергетики» (Clean Power Plan) до 2030 г., а само Парижское соглашение заключили, по мнению президента США, благодаря «американскому лидерству». При этом климатическая дискуссия в самих Соединённых Штатах всё чаще крутится вокруг вопроса: а есть ли вообще о чём дискутировать?

Нынешний кандидат в президенты Дональд Трамп неуклонно критикует климатическую повестку действующего президента, прямо утверждая, что она направлена на снижение конкурентоспособности американских компаний. В частности, по словам Трампа, от ужесточения экологических стандартов выиграет Китай, поскольку КНР «не делает ничего для того, чтобы изменить климат».

Впрочем, недовольство климатическими инициативами Обамы выражает не только эпатажный кандидат республиканцев, но и власти многих штатов. Они готовы оспаривать «План чистой энергетики» и другие проекты в суде, мотивируя это большой вероятностью разрушения отрасли. 

Куда потекут деньги?

Однако в случае с США данные потери компенсируются развитием альтернативных «низкоуглеродных» отраслей. Едва ли к такому сценарию готовы страны, чья экономика во многом базируется на развитии нефтегазовой и угольной промышленности.

Заключив Парижское соглашение, все страны-подписанты (а их 195, включая Россию) возложили на себя конкретные обязательства. Так, участ­ники соглашения обязуются выполнять представленные ими планы по сокращению выбросов CO2, а развитые страны и так называемые растущие экономики, к коим относится Россия, перечислять взносы в международный фонд для помощи развивающимся странам. Пополняться этот фонд должен за счёт введения глобального налогообложения выбросов парниковых газов - так называемого углеродного налога. Дело вроде бы благое, однако несложно предугадать, кто будет собирать со всего мира деньги. Да, центром сбора и управления углеродными платежами будут Северная Америка и ЕС. Следовательно, и механизмы разработают в соответствии с интересами узкого круга стран.

Нашим предприятиям, как считают эксперты, новый налог обойдётся на начальном этапе в сумму около 40 млрд долларов в год, а после повышения ставки (что уже запланировано) - в 100 млрд долларов. Кроме того, неминуемо возникнут сложности в отношениях России с Индией и Китаем, с которыми «Газ­пром» ведёт переговоры о поставках газа. 

Однако в самой России есть адвокаты углеродного налога, заинтересованные, по всей видимости, в ограничении конкурентоспособности китайской алюминиевой промышленности. Суть в том, что основным источником электроэнергии для последней является относительно дешёвая угольная генерация - и удельные выбросы CO2 на тонну алюминия в Китае в 4,5 раза выше аналогичного показателя в России.

Кстати, Китай, Индия и другие страны не взяли на себя обязательства по сокращению выбросов, объяснив это тем, что ещё не достигли пика. Вместо этого они сконцентрировались на выработке системы субсидий и других стимулов повышения энергоэффективности.

Переговорный процесс в Париже оказался, таким образом, фактически ширмой для продвижения развитыми и развивающимися странами своих экономических и социальных интересов. И показательно, что предложения по углеродному налогу высказали именно в тот момент, когда Россия добилась одних из самых высоких в мире показателей по снижению выбросов углекислого газа. 

Для чего санкции?

Проводимая Западом и прежде всего Соединёнными Штатами политика ограничения развития углеводородных отраслей других стран во многом напоминает инициативу «Глобальный ноль» американских же авторов - идею уничтожения всех мировых ядерных арсеналов к 2030 г. Но ещё 7-8 лет назад специалисты говорили, что продвижение этой идеи во многом связано с тем, что у США в силу развития неядерных арсеналов, сопоставимых по мощности с ядерными, практически отпала необходимость в последних.

Климатическая тема очень модна за океаном. За смежную с ней ещё Альберт Гор «нобелевку» получал. Однако, с учётом того что страны, которые принято называть развитыми, имеют серьёзное конкурентное преимущество в технологиях, условия, в которые они хотят поставить других, в частности Россию, несправедливы.

Их конкурентное преимущество создавалось довольно долго. И нынешнее сдерживание технологического развития России, Ирана, Китая и других с помощью санкций (объявленных или нет - не важно) послужит причиной того, что в определённых отраслях экономики определённым странам выставят громадные штрафы. От этого зависимость одних от других будет только возрастать. Так что речь совсем не о заботе о климате и экологии - речь о попытке доминировать на рынке.

Совершенно очевидно, что мы имеем дело ещё и с узостью понимания геополитики американскими авторами, которые часто воспринимают мировую экономику как часть американ­ской, а не наоборот, и действуют исходя из этого восприятия. 

Но есть и практический аспект: в США неумолимо приближаются президентские выборы, и демократам необходимо набирать очки, а достижений, кроме «климатических побед», фактически нет. «Страховой проект» Обамы и ближневосточная политика провалены: сам американский президент признался в просчётах в Ливии. За скобками остаётся и астрономический долг бюджета Штатов. Все эти проблемы необходимо обойти в ходе предвыборной кампании. Вот и стараются ребята…

Цитата
Президент РФ Владимир Путин - на Парижском экологическом саммите:
- Мы перевыполнили свои обязательства по Киотскому протоколу: с 1991 по 2012 г. Россия не только не допустила роста выбросов парниковых газов, но значительно их уменьшила. Благодаря этому в атмосферу не попало около 40 млрд тонн эквивалента углекислого газа. Для сравнения скажу, что выбросы парниковых газов всех стран мира в 2012 г. составили 46 млрд тонн. То есть можно сказать, что усилия России позволили затормозить глобальное потепление почти на год.

Смотрите также:

Оставить комментарий (1)

Также вам может быть интересно

Топ 5 читаемых



Самое интересное в регионах
Роскачество