aif.ru counter
715

Ирэн Булатова: Что такое война? Когда невозможно похоронить погибших...

Республика Южная Осетия, город Цхинвал, август 2008 года. Фото: www.globallookpress.com

Я была в Южной Осетии и до, и после последней войны много раз. Но ни разу — до всех войн. Говорят, Цхинвал был городом художников. Говорят, он был многонационален настолько, что на местном кладбище с трудом можно было сыскать осетинскую фамилию, а, например, еврейскую и грузинскую — запросто. После войны, кстати, делегация из Израиля приезжала проведать своих. Из «своих» осталось то ли два, то ли три человека. Грузин никто не выгонял, и вообще, против них в Южной Осетии ничего не имели и не имеют до сих пор. У осетин счет к государству, которое, как цхинвальцы считают, десятилетиями их обманывало, обкрадывало и всеми силами выбивало из них все негрузинское — язык, обычаи, культуру, даже само название — Осетия. В какой-то момент это стало сродни убийству целого народа. Вот тогда-то и начались локальные стычки, а потом и полномасштабные войны. Десятки тысяч покинули родные края, тысячи погибли. Но те, кто все пережил и остался, без сомнения — особенные люди. Мне довелось бывать в их домах. И слушать их рассказы о жизни и смерти. И готова поспорить, что никакие литературные произведения и аналогии не могут выиграть у настоящей смерти в реальной жизни. Она, смерть, как дети или животные, всегда натуральней, чем любое ее изображение. И именно эти рассказы передают весь кошмар войны как ничто другое.

 

На улицах Цхинвала На улицах Цхинвала. Фото: РИА Новости

У Людмилы Тигиевой был любимый муж Христофор. Когда первая канонада наступающей войны только приближалась к городу, она смогла дочерей и внуков переправить во Владикавказ. А младший сын Дима сказал, что уйдет в ополчение. Старшего Сашу она отправила охранять тех самых дочерей и внуков. Старший кивнул, но тоже сразу ушел в ополчение. Хорошо, что Людмила об этом не знала. Расчет был простой и страшный. Детям и женщинам нечего делать на войне, одним неженатым сыном семья готова была пожертвовать. А старший должен был быть плечом, хребтом — ну чем там еще — всей оставшейся семьи. А что же Людмила и Христофор? Они настолько срослись со своим домом, где все сделано руками Христофора, что думали — здесь ничего не страшно! Под грохот взрывов сидели в подвале, экономили воду и еду, ждали вестей от детей и внуков. И, в общем, ничего не боялись. В минуту тишины Христофор решил просто немного приоткрыть дверь, чтобы понять — день или ночь, дождь или солнце, война или уже мир? И тут по невероятной траектории осколок снаряда, ударившись о балку дома, попал ему прямо в сердце. В эту же секунду к родителям заглянул Дима — проведать, воды принести... «Что-то я обжегся», — только и сказал Христофор и рухнул мертвый. За годы после Людмила испепелила взглядом эту балку, тысячи раз она пытается вернуть ту секунду назад и вновь и вновь защитить мужа от осколка. Миллиметром дальше от двери, долей секунды позже...

 

Югоосетинские ополченцы в городе Цхинвал. РИА Новости

... По осетинской традиции, гроб для тестя и тещи привозит зять. Он и привез из Владикавказа, только не смог пробраться через линию фронта и спрятал его в лесу. Ночью дорогой дубовый гроб украли. «Кому-то было нужнее, Христофор», — сказала Людмила мертвому мужу в подвале. Зять вернулся и снова привез гроб. Но Христофора то ли раздуло, то ли просто гроб был маленький, но он в него не поместился. «Видишь, как рано ты ушел, не хочет тебя земля-то принимать», — упрекнула мужа Людмила. И придумала похоронить его... временно. Сын выкопал прямо в 10 метрах от злополучной двери подвала яму. Людмила сложила туда доски, потом несколько слоев клеёнки, затем мужа прямо на матрасе, потом снова клеёнку, доски и присыпала его землей. Он был у нее под боком. Она считала его почти живым и ждала окончания войны. Настоящее горе она ощутила только потом, когда Христофора выкопали («Он был как живой! Вообще не изменился!», — утверждает Людмила), из досок сколотили гроб, положили его туда, и скорбная процессия двинулась на кладбище.

Людмила выделила памяти мужа целую комнату, повесила его любимые вещи, поставила его фотографии, и каждый день вся семья ходит и здоровается с мужем, папой, дедушкой и считает его, нет, не живым. Присутствующим, наблюдающим.

Дима, говорят, женился. Его жене можно только позавидовать — Дима знает, какая она — настоящая любовь...

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции 

 
Ирэн Булатова

Журналист

 

 

 

 

Смотрите также:

Оставить комментарий (17)

Самое интересное в соцсетях

Загрузка...

Топ 5 читаемых



Самое интересное в регионах
Новости Москвы