В 2011 году, к 70-летию нападения гитлеровцев на СССР, в Брестской крепости был открыт памятник «Героям границы, женщинам и детям, мужеством своим в бессмертие шагнувшим».
Все судьбы в единую слиты...
У пограничного знака с гербом СССР в отчаянную атаку поднимает своих бойцов раненый командир. Чуть в стороне, в руинах, женщина, окруженная детьми, поит раненого бойца...
В произведении Бориса Васильева «В списках не значился», по которой снят вышедший в этом году фильм, беременной жене главного героя не суждено выжить. После выхода из руин она была жестоко убита.
Автор здесь ничего не преувеличил — с семьями многих защитников Брестской крепости нацисты расправились. Так случилось и с семьей Андрея Кижеватова, чей образ запечатлен скульптором в монументе…
Неравный брак
Уроженец Пензы, выходец из крестьянской семьи, он рано потерял отца — того убили бандиты. Андрей для себя навсегда усвоил: то, что дорого, нужно защищать всеми силами. Потому после срочной службы в армии он решил остаться в строю. Выпускника школы младшего начсостава отправили на границу.
Кижеватов женился еще до армии, причем, как говорится, «классово неправильно». Андрей происходил из семьи бедняков, а Катя Милованова была «кулацкой дочерью». Девушка проявила характер и пошла против воли отца. За это семья порвала с ней связь.
Тем не менее во время раскулачивания Екатерину, ставшую Кижеватовой, принялись поражать в правах как «принадлежащую к кулакам». И это несмотря на то, что она была женой красного командира.
Безмятежный день
Сам Кижеватов бороться с чужой глупостью и подлостью на расстоянии не мог и в итоге забрал жену, мать и детей к себе в гарнизон.
Летом 1940 года лейтенант Кижеватов был назначен начальником 9-й погранзаставы 17-го Брестского погранотряда. Застава располагалась непосредственно на территории Брестской крепости.
К лету 1941 года у Кижеватовых было уже трое детей — старшая дочка Нюра, сын Ваня и младшая Галя, которой исполнился год.
О положении дел на границе Кижеватов знал лучше других. Однако отправить семью в тыл не имел права — отъезд жен и детей комсостава рассматривался как проявление паники.
21 июня 1941 года в гарнизоне выдалось очень спокойным. Те, кто выжил, вспоминали о воцарившейся безмятежности. К напряженной обстановке привыкли, и, казалось, что она даже несколько разрядилась... А потом настало утро 22 июня.
Застава не сдается
Помещение 9-й заставы было на направлении главного удара немцев. Заходя в крепость, гитлеровцы полагали, что пройдут пограничников легко. А нарвались на яростный встречный огонь.
Сам начальник заставы был ранен, но, несмотря на это, сумел в считанные минуты преодолеть шок и растерянность, накрывшие подчиненных. Бойцы Кижеватова отбили одну атаку, другую, третью... А затем гитлеровцы увидели, как пограничники, поднимаясь из руин, сами идут вперед. Покорители Европы, не выдержав, отступили.
К концу дня пограничниками было отбито шесть атак противника. Но держаться было уже негде, и Кижеватов организовал отход своих бойцов в подвалы 333-го стрелкового полка, к другим защитникам крепости.
Последняя схватка
Сдаваться никто не собирался, но 24 июня было принято решение отправить из крепости женщин и детей. Это было единственной возможностью сохранить им жизнь. По крайней мере, так думали наши бойцы. Вместе со всеми ушли и близкие лейтенанта Кижеватова.
Сам он дрался еще пять дней. 29 июня 1941 года уцелевшие бойцы предприняли попытку прорыва. Офицер-пограничник, который из-за ранений уже не мог передвигаться, прикрывал товарищей огнем из пулемета. Гитлеровцы смогли его убить, но не победить.
Карательные акции
Немцы, продержав жен и детей защитников Брестской крепости на территории городской тюрьмы, затем объявили, что те могут идти туда, куда хотят. Но фронт ушел далеко на восток, а среди родных бойцов было много тех, кто приехал издалека, и жить им теперь было негде. Устраивались кто как мог, полагаясь на помощь жителей местных деревень. Но те и сами жили, мягко говоря, небогато.
В 1942 году немцы вспомнили о родственниках защитников Брестской крепости. «Заботу» о них поручали карателям.
Действовали, как правило, так — в деревне появлялись коллаборационисты (немцы подобными функциями чаще брезговали), объявляли, что все семьи военных должны переселиться в Брест под надзор. Но когда женщин и детей загружали в машину, ехала он не в город, а в ближайшие лес. Там происходила казнь.
Осенью 1942 года из деревни Великорита забрали мать, жену и троих детей пограничника Кижеватова. Не пощадили никого, включая двухлетнюю Галю.
Вечная память
Когда советские партизаны добирались до карателей, то никто им второго шанса не давал. Ни на обмен, ни на помилование, ни на последующие мемуары с оправданиями — за совершенное зло с них спрашивали по полной.
В мае 1965 года указом Президиума Верховного Совета СССР лейтенанту Кижеватову Андрею Митрофановичу было посмертно присвоено звание Героя Советского Союза.
Пограничнику Андрею Кижеватову суждено было первым встать на пути нацистской гадины. В борьбе с ней он отдал все до конца.
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
