aif.ru counter
27.09.2016 13:23
3274

Уроки тряпки и швабры. Как раньше школьники занимались уборкой

Борис Бабанов / РИА Новости

Министр образования и науки РФ Ольга Васильева на заседании комитета Совета Федерации по науке, образованию и культуре высказалась за возвращение практики привлечения школьников к работам по уборке помещений и приусадебных участков.

По мнению министра, такие меры помогут «вернуть, прежде всего, ответственность маленького человека за то место, в котором он проводит 11 лет». Кроме того, Ольга Васильева считает, что это позволит воспитать не «потребителей», а созидателей.

Данное предложение вызвало в социальных сетях оживленную дискуссию. Противники данной идеи упрекают министра в возвращении к устаревшему советскому опыту, отвлечении детей от изучения школьного материала и даже в намерении эксплуатировать детский труд.

АиФ.ru обратился к опыту своих журналистов, предложив им поделиться собственными воспоминаниями о приобщении к труду в школе, а также высказать отношение к инициативе Минобрнауки.

«Приходилось мыть паласные дорожки»

Никита П.: «У нас это было всегда. Убирались в столовой, убирались после уроков в кабинетах, убирали круглогодично после уроков определенный участок вокруг школы, весной после окончания занятий тоже убирались — неделю ходили, таскали старые парты, оттирали жвачки и т.д. Иногда от этих дел “косили”, но в целом относились к этому нормально, то есть душа у нас не болела о том, что над нами кто-то издевается. Все это было иногда и по графику, то есть нельзя сказать, что уборка очень уж много времени занимала».

Анна Ш.: «Школу я окончила в 2001, так что это уже не Советский Союз, а вполне себе РФ, то есть на советскую трудотерапию все списать никак нельзя.

У меня была школа передовая — авторская, экспериментальная, где учились все “сливки” города, но при этом присутствовала и трудотерапия. Что касается обычных уборок в классе, у меня был класс информатики, а значит, нам всегда было интересно почаще там бывать — компьютеры, игры и т.д. При этом в классе у нас были прибиты к полу паласные дорожки, которые надо было мыть щетками и специальными средствами. Никто не сопротивлялся — все мыли, прибивали отвалившиеся гвоздики.

Также были летние отработки, когда надо было помогать библиотекарям заклеивать дневники, убираться в подсобках, засаживать и полоть клумбы и т.д. Предполагались и записи в специальный летний дневник о часах отработки, сколько норма была, сейчас не вспомню, но по-моему, не меньше 20 часов. Осенью эти дневники надо было сдавать для проверки. По воспоминаниям, эти отработки тоже не были тяжелыми, наоборот — достаточно забавными, и это было хорошее время, чтобы пообщаться с одноклассниками и друзьями из соседних классов».

«Нас отправляли разгребать завалы внутри храма»

Евгения Б.: «В 1987 году в конце мая наш класс отправили разгребать завалы внутри и вокруг храма Петра и Павла, что в московском Ясеневе. Это была обязательная летняя трудовая практика, и “отмазаться” не было никакой возможности. Мы должны были разобрать свалку из досок, битого кирпича, мусора, разложить по кучкам, чтобы потом грузовики всё это вывезли. Нам, 14-летним, очень быстро это наскучило, и мы отправились на соседнее кладбище гулять между могил и рассказывать друг другу страшные истории. Пару кирпичей я, может, переложила с места на место, но это всё... На следующий год наша трудовая практика заключалась в том, что мы собирали деревянные лавки для школьной столовой. И это было, в целом, довольно весело, потому как запертые в тесном пространстве в течение многих часов, мы успели и спеть, и сплясать, и поорать кричалки и, главное, собрать скамейки, на которые я, посетив школу на 10-летие выпуска, взирала с оcобенным умилением».

Мария Ч.: «В мои школьные годы все это было, но не в добровольном, а в деликатно-принудительном порядке. Никакого расстройства и мук душевных я не испытывала. Это было весело. Часто на таких уборках аутсайдеры могли себя проявить, так как старались быть полезными. Хулиганы, конечно, хулиганили, кидались тряпками и все такое. Но однозначно это не вредило, а шло на пользу. Труд — он облагораживает.

С другой стороны, многое зависит от реакции родителей. Раньше “всем миром” делать что-то было в порядке вещей. Сейчас все иначе. Сейчас позиция родителей по отношению к школе и учителям другая. Им должны, а не они должны своим детям. В этом вижу 100% затруднения этой инициативы».

Елена С.: «В младшей школе уборкой занимался технический персонал, а уже со средней ученики убирали в кабинете, который был закреплен за каждым классом, сами. В классе висел график дежурств. Как правило, дежурили с тем, с кем сидели за партой. После уроков ребята приносили ведро с водой и поднимали стулья на парты, девчата мыли и подметали пол. Классы были большими, дежурить выпадало нечасто. Никаких возражений не было слышно. Все убирали по очереди».

Как отмечали 1 сентября в разные годы

«Пришлось оттирать все здание школы из-за любви к панк-року»

Надежда Б.: «С первого класса у нас было принято дежурить. Делали мы это по очереди. В задачи дежурного входило мыть доску, поднимать стулья, поливать цветочки, простирнуть тряпки и не более. Но в старших классах в нашей школе появилась некая дисциплина, именуемая “практикой”, за которую даже ставили оценки. Во время школьных каникул мы приходили в школу на несколько часов в день, чтобы помогать делать ремонт. Мальчики выносили парты для покраски пола, таскали ведра с водой, девочки выметали известку, мыли подоконники и полы, разбирали макулатуру, протирали пыль, пересаживали цветы. И за это нам даже ставили отметки, это было в порядке вещей, но длилось максимум неделю, никто и думать не мог жаловаться на это».

Елена Ч.: «Школу убирали — мыли полы, окна, оттирали черные черточки от обуви на линолеуме и стенах и т.д. Плюс постоянное дежурство в классе было — составляли график, разбивали на группы по 3-4 человека и дежурили. Школу отмывали или на летней практике, или в субботники, или когда хотели задобрить директора, чтобы разрешила провести дискотеку в рекреации. Что касается участков — тоже убирали минимум дважды в год — летом и осенью. Никаких возмущений ни у кого не было по этому поводу — просто шли и убирали. Наоборот, рады были, что пропускаем уроки. Сейчас тоже ничего плохого в уборке не вижу».

Елена Т.: «В 11 классе мне пришлось оттирать все здание школы (снаружи) — кто-то из учащихся догадался написать на стене Punks not dead, а директор не догадалась провести расследование, кто это мог сделать, и определила оттирать здание меня с одноклассницей, как самых главных почитательниц панк-рока. Уговоры, угрозы, наличие алиби действия на директрису не возымели — пришлось смириться со своей участью. Часа два мы отмывали школу от грязи и других, местами нецензурных надписей, на которые почему-то раньше никто из учителей не обращал внимания. Правда, через месяц после нашей уборки состояние школы вернулось к прежнему виду — появились новые граффити и нецензурные выражения, к счастью, слов “punk” или “exploited” там больше не было».

«Если убирались без халтуры — разрешали немного пострелять»

Владимир Ш.: «В нашей школе традиционно кабинет убирали те ученики, чей урок был последним на этот день в данной аудитории. Тогда это делали, конечно, с нежеланием, хотя уборка не была сложной. Поднять стулья, вымыть пол, вымыть доску и тряпки для доски. Классе в восьмом, если я правильно помню, мы с другом вызывались быть постоянными “уборщиками” по четвергам. Дело в том, что последним уроком у нас была начальная военная подготовка (НВП). Учитель был очень хороший и добрый, офицер в отставке, к которому хорошо относились даже ученики-хулиганы. Так как мы убирались на совесть, без халтуры, он после урока разрешал нам немного пострелять из пневматической винтовки, или поразбирать автомат Калашникова».

Мария Т.: «Было, убирали классы — дежурил весь класс по очереди. Убирали школу, мыли окна-коридоры. По весне были субботники: убирали школьный двор, сажали кусты всякие, цветы. Было весело. Тряпками дрались, в слона играли. Субботники во дворе — вообще красота. Выходил весь класс, иногда и не один, обычно вместо урока какого-нибудь это было — тоже здорово. И сейчас я к таким трудонагрузкам отношусь еще лучше, чем тогда — они полезны. В конце концов, целый день школьники сидят, можно и что-то полезное сделать после уроков, подвигаться, с одноклассниками пообщаться».

Андрей С.: «Я пошел в школу в 1983 году, и тогда вопрос вообще не стоял — трудиться или не трудиться. Уборка классов, сбор макулатуры, субботники — все это было, и ни у кого не вызывало вопросов и протестов. В старших классах было еще веселее — во-первых, нашим классным руководителем была учительница физики, и поэтому уборка кабинета позволяла добраться до лаборантской, где было много всякого интересного оборудования, включая лазер и телескоп. Во-вторых, летняя трудовая практика была ознаменована привлечением к ремонту школы, при котором было позволено ломать стену родного учебного заведения. Запомнилась также и сборка столов для настольного тенниса. Знаю, что еще несколько лет назад эти столы в школе активно использовались — приятно сознавать, что мой труд не пропал даром».

«Многие были не прочь остаться с девушкой в пустом классе»

Степан Ч.: «На субботник детей было не затащить — все сразу начинали “заболевать”, поэтому уборку территории (дважды в год, осенью и весной) было решено проводить всей школой вместо уроков. Большинству это нравилось — ни домашнего задания на следующий день, ни надоедливых уроков, и дополнительная возможность уйти пораньше погулять всем классом. Дежурства были только в средних классах, когда класс постоянно занимался в одном кабинете. На уборку оставались мальчик (который двигал парты и стулья и помогал убираться) и девочка, которая вытирала и подметала. Тогда это было настоящим наказанием — оставаться после уроков тереть доску и подметать пол. В старших классах мы начали “путешествовать” по кабинетам от урока к уроку и перестали дежурить, хотя в тот момент многие уже были бы и не прочь остаться в пустом классе с девушкой, которая им нравится».

Елена Я.: «За уборку пришкольных участков в нашей школе отвечала учительница биологии. Пару раз вместо своего урока она вывела нас убираться, но едва справилась с шумным классом. Очевидно, не только мы не слушались пожилого педагога — оставшиеся годы с лопатами и мётлами в школьном дворе гуляли лишь ученики её класса.

Однако каждое лето у нас начиналось с обязательной “трудотерапии”. После завершения учёбы на протяжении 14 дней школьники красили бордюры, перекапывали садовые участки, мыли полы и бесконечно мели асфальт. За примерное поведение и приличный почерк мне традиционно выпадало “блатное” место (в числе нескольких счастливчиков я убиралась лишь в своём классе, заполняла журналы и переписывала какие-то конспекты), так что негативных впечатлений от принудительного труда лично у меня не осталось.

И хоть тогда мне не очень-то хотелось летом на жаре стоять с лопатой и в сотый раз мести уже чистый асфальт, сейчас я не вижу в этом ничего плохого, если делать это под грамотным руководством».

Оставить комментарий (0)

Самое интересное в соцсетях

Топ 5 читаемых



Самое интересное в регионах
Роскачество