Сражения, фронтовой быт, тяжёлое ранение, долгие месяцы в госпиталях, медицинская реабилитация... Это путь, пройденный многими нашими героями. А что потом? Помочь им перезапустить в позитив эмоции решили несколько человек в Дмитрове. И среди них участница проекта «Аргументов и фактов» «Доброволец» Анна Тарскова.
По сакральным местам
С группой ребят в военной форме мы ходим по Кремлю. Практически все они прихрамывают, кто-то передвигается ещё с палочкой. Они такие разные — и цветом волос, и разрезом глаз, и цветом кожи. Башкир, коми, русские, шриланкийцы, непалец, китаец... Но все — участники СВО.
«Мы теперь тоже россияне, — говорит довольный шриланкиец. — У нас паспорта уже есть!»
Ребята улыбаются — им нравится всё: и ухоженное «сердце Родины», и нарядные люди, и солнечная погода. Они тронуты знаками внимания окружающих. Женщины в летах подходят — берут их за руки и говорят: «Спасибо вам, родные! Мы за вас молимся!» Семья с ребёнком просит дядей-героев пожать руку малышу. А молодые девушки то и дело хотят сделать селфи с ними.
Впервые в жизни они смотрят развод президентского полка. Восторгаются зрелищем. По окончании им предлагают присесть отдохнуть, ведь герои на протезах и простояли долго. Присаживаются. Но видят двух парней на колясках (у обоих нет обеих ног) и тут же поднимаются, подходят к ним. «Ты откуда, брат?» «Я из Челябинска. А ты?»
Эти ребята ещё лежат в госпитале и только начинают осваивать протезы. И у них не экскурсия в Кремль, а самостоятельная поездка. Просто вчетвером решили, что должны побывать здесь, коли уж в Москву судьба занесла. Святое ведь место, сакральное. В нём всё, за что сражались, заключено. При этом у одного из тех, кто везёт коляску с другом, на обеих руках только большие пальцы, остальных нет...
Этот незапланированный эпизод очень эмоционально показал, насколько важна частная инициатива нескольких людей из Дмитрова, привезших сюда ту группу, с которой хожу я. У ребят это начало трёхдневного отдыха. До экскурсии по Кремлю они возложили цветы к Могиле неизвестного солдата, побывали у могилы Сталина и в Мавзолее Ленина. Видно было, что все эти места для них, в том числе для наших новых соотечественников, полны важных смыслов и они очень хотели здесь побывать.
Шаман, он же Герасим
Улыбчивый парень с орденом мужества, медалями Суворова, «За боевое отличие» и «За отвагу» на груди идёт, слегка заваливаясь на правую ногу, а на левой между кроссовком и задравшейся вверх штаниной поблёскивают металлические спицы протеза. Это Шаман — такой у него позывной.
«Дед у меня шаманом был, — говорит он. — Рассказал об этом ребятам — они меня и так прозвали».
А вообще, его зовут Герасимом. Он коми. Помнит, как дед лечил маму дымом. Но ему он знаний шаманских не передал, да и сам Герасим не интересовался этим. Был оленеводом, вахтовиком на месторождениях. Отслужил срочку и говорит, что по-русски разговаривать начал только в армии.
Когда началась СВО, сказал матери и сестре, что пойдёт добровольцем на фронт. Но они решили, что парень шутит. И когда Герасим в очередной раз уехал из дома, думали, что снова на вахту. А он отправился подписать контракт. Позвонил им уже по дороге на СВО.
«У меня знакомые многие ушли. И я всегда хотел себя проверить, в бою побывать. И вот сбылась моя мечта», — с весёлой улыбкой рассказывает он.
«Но теперь ноги нет. Не жалеешь?» — спрашиваю я.
«Что вы! — отвечает Герасим. — Грех жаловаться, что одну ногу потерял. Главное — живой».
Он гранатомётчик, сражался в составе 98-й дивизии сначала на Херсонском направлении, потом — на Краснолиманском, участвовал в боях за Часов Яр. Почти 1,5 года «за ленточкой» отслужил. Можно себе представить, что прошёл этот парень. Но когда расспрашиваешь его, он всё время улыбается и говорит: «Да всякое бывало. И опорники брали, и пленных».
Потом вспоминает: «На Херсонском направлении было дело. Сидели мы там на позициях нормально. А противник ошибся местом дислокации — к нам они приехали. Сначала слышим: „Хлопцы, не стреляйте, свои!“. Мы вообще не поняли, в чём дело. Но быстро броники надели, и началась перепалка. Бой контактный тот был очень жарким. И у нас, конечно, были потери, однако мы справились хорошо, их уложили. Потом к ним подкрепление пришло, и мы вынуждены были немного отступить. Вызывали огонь на себя. Слава богу, выжили».
Из тяжёлых передряг Герасим выходил невредимым, а по пути в роту, у которой не было связи, наступил в темноте на «лепесток»...
Но главное — живой! Живёт теперь в Иваново, и в городе невест уже успел жениться.
«В Ассоциацию ветеранов СВО вступил, следж-хоккеем буду заниматься. Так что всё хорошо», — снова улыбается он.
Родители не знали
Ильдар из Уфы, он тоже ездил на вахты «на севера». И это обстоятельство давало возможность долгое время скрывать от родителей, что сменил мирную профессию на военную.
Первый контракт с Минобороны заключил в мае 2022-го, второй — в феврале 2023-го. Между контрактами побывал дома — вроде как между вахтами. Служил в мотострелковом батальоне в составе 90-й гвардейской чебаркульской танковой дивизии. Начинал стрелком, потом стал командиром отделения, замкомандира взвода. Медаль «За отвагу», медаль «За храбрость».
Ильдар — классический наш герой, потому что наши герои, они скромные. Никак не хочет он говорить о себе: «Обо мне должны другие рассказывать». И просит меня упомянуть о своём командире с позывным Север.
«Я благодарен судьбе, что попал к такому командиру батальона, как наш, — говорит он. — Во-первых, это Человек, во-вторых, это Воин. Напишите эти слова с больших букв, пожалуйста. Такими людьми мы должны гордиться. Их мало, но на них и держится Россия».
В апреле 2023 года за Кременной Ильдар подорвался на мине и оказался в Москве. Полтора года — по госпиталям и санаториям: лечение, восстановление, реабилитация. В один из госпиталей приехала съёмочная группа, задали Ильдару вопросы, он ответил. Его показали по одному из центральных телеканалов — родители увидели и только тогда всё узнали.
Сейчас он продолжает службу в военном комиссариате в Москве и занимается спортом — следж-хоккеем и академической парагреблей.
«Тренируюсь, выступаю на соревнованиях. Очень нравится, что жизнь проходит активно. С утра до вечера: служба, тренировки, какие-то мероприятия, — рассказывает Ильдар. — Уроки мужества провожу в школах и в вузах. Рад, что у ребят глаза загораются, когда с ними общаешься. Понятно, что не у всех, но у большинства интерес есть. Надеюсь, что в головах что-то откладывается и они будут строить своё будущее на любви к Родине, к нашей России».
Как отчество, Иваныч?
Кавалеру ордена мужества, капитану Павлу Кочуре 48 лет. У него за плечами боевой опыт в Ч 1e35 ечне. В 2022-м — мобилизация. В полку 1432, сформированных из мобилизованных Москвы и Подмосковья, стал командиром роты с позывным Иваныч, что логично, потому что рядовые ему в большинстве своём в дети годились. И настолько этот позывной сделался его вторым именем, что когда надо было оформить пропуск в госпиталь, бойцы ему позвонили и спросили: «Иваныч, как тебя по отчеству?»
«Нынешняя война — совсем то, что было в Чечне, — говорит Иваныч. — Это война дронов. Причём, если поначалу наш противник тратил один дрон на танк, потом — один дрон на легковушку, то теперь уже по несколько дронов на одного человека может послать.
В чеченской компании преимущество было за федеральными войсками, потому что они имели тяжёлое вооружение, технику, самолёты, чего у боевиков не было. Сегодня это всё важно, но нужно ещё и превосходство в БПЛА. В чеченской компании разведка делалась ногами, а сейчас поднимаешь птицу и наблюдаешь. Любое движение засёк — сразу реакция».
Поэтому, по словам Иваныча, в поля никто не идёт, а лесопосадки все поделены.
«Ты вдоль них только и двигаешься — иначе весь виден. Да и посадки уже не посадки, а пеньки. Даже укрытия не из чего соорудить. Приходится только зарываться в землю, норы делать», — вздыхает он.
Однако московские пацаны, выросшие в тепличных условиях, быстро стали настоящими солдатами, которые могут всё. Они и дроноводы, и стрелки, и столяры, и плотники.
Сейчас Иваныч с семьёй, чему очень рад. Старшая дочь уже совсем взрослая, 21 год, учится на провизора, а младшей всего 12, занимается фигурным катанием. Вылечившись и восстановившись, он вернулся в метрополитен, откуда и уходил на службу. Ему дали отпуск за всё время, что служил. Но теперь друзья предложили другую работу, где условия получше, — переходит.
Три дня отдыха
Экскурсия по Кремлю закончена, и ребята уезжают в Дмитров, где будут жить в экопарке. Сегодня их ждёт ещё вечер у костра с песнями под гитару автора и исполнителя Ивана Рябинкина — фронтового артиста, организатора и участника гуманитарных миссий в зону СВО. На следующий день они посетят Пермиловскую высоту, встретятся с молодёжью и волонтёрами. На третий день — работа с психологами и релакс в бассейне.
Всё это — программа «Дмитров — героям». Частная инициатива двух неравнодушных людей — Елены Лебедникене и Николая Минькова. Елена помогала раненым с 2022-го как сотрудник военного санатория, у неё даже позывной есть, который ей дали раненые: Мама. А Николай, возглавляющий первичную организацию Габовское Всероссийской общественной организации ветеранов «Боевое братство», помогал ей проводить для ребят культурные мероприятия.
Вместе они стали собирать раненых на караоке-ужины. Приглашали на них и местных жителей. Пели военные песни. «Ребята говорили потом, что это такая хорошая разрядка, такой сброс негатива, какого до этого у них не было», — рассказывает Николай.
Елена предложила не ограничиваться ужинами и по мере сил расширить программу. Решили, что 3 дня для групп до 15 человек вполне под силу. Потом к ним присоединилась Анна Тарскова, участница проекта «Аргументов и фактов» «Доброволец», ставшая волонтёром СВО ещё в 2022-м, в числе первых.
И вот первая группа героев завершила трёхдневный отдых. Все остались довольны, подружились и получили заряд позитива. И повсюду, где бывали, чувствовали общественную благодарность и признательность. А это — главное.
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
