Дональд Трамп с большой помпой посетил Пекин, привезя с собой целый десант руководителей компаний, общая капитализация которых составляет около $11,5 трлн. Стороны обменялись громкими и тёплыми словами, однако большинство аналитиков заявляют, что визит президента США в Китай это — провал.
Директор Института стран Азии и Африки МГУ Алексей Маслов объяснил aif.ru, зачем председатель КНР подарил Трампу семена роз, почему Россия главный партнёр для КНР и как Трамп оказался заложником предшественников.
Только слова
Дмитрий Балашов, aif.ru: Алексей Александрович, почему официальной информации о переговорах так мало, одни громкие слова?
Алексей Маслов: На этот вопрос есть два ответа, и оба правильные. Во-первых, судя по всему, не все прошло так успешно, как рассчитывал Трамп. Того прорыва и большой сделки, о которой говорила американская сторона, добиться не удалось. Вообще визит шёл, скорее, в деловом плане, нежели в имиджевом. Кстати говоря, если китайская сторона традиционно мало сообщает о каких-то вещах, то США пока не о чем отчитаться.
Во-вторых, американская сторона, похоже, пыталась увязать несколько предложений и несколько направлений в один пакет. То есть, связать и политические обсуждения, и экономические, и достижение инвестиционных сделок в один пакет, а потом по нему и отчитаться. Но мы не видим никаких прорывов, по крайней мере, из тех утечек, которые есть. Поэтому, я полагаю, что визит не закончился так, как хотел бы Трамп.
— CNN утверждает, что приезд Трампа был нужен именно Китаю, так как он позволил КНР выглядеть равной США. Делают хорошую мину при плохой игре?
— У Китая на этих переговорах значительно более сильные карты. США завязли на Ближнем Востоке. У Трампа не так много рычагов давления на Китай, как было раньше. Это Трамп приехал к Си Цзиньпину, а не Си к США. Нужна ли Китаю вообще эта история по имиджу? Я думаю, да, потому что Китай любит, когда к нему приезжают. Но Китай сумел решить очень многие вопросы, связанные с уходом США из экономики Китая, хотя далеко не все, поэтому время работает скорее на Китай, чем на Америку. Для Китая приезд Трампа это, скорее, просто возможность показать, насколько он справляется с внешними вызовами и что он может прожить даже без такого важного партнёра.
Напомню, что конфликты между государствами начались с 2018 года и обострились в период covid. В последующие годы Трамп настаивал на уходе американских компаний из Китая, в том числе высокотехнологичных. 2024-й, 2025-й и даже начало нынешнего года были означены тем, что Вашингтон наложил запреты на поставки в Китай критических технологий. Это касалось и компании Nvidia, и передачи программного обеспечения (ПО) в Китай. Главная задача была затормозить развитие новых технологий в КНР, в том числе искусственного интеллекта (ИИ). Но оказалось, что за последние три года Китай сумел заметно заместить те вещи, которые ушли из КНР.
Хорошим показателем здесь является, например, история с компанией Nvidia. В 2025 году американские власти запретили ей поставлять целый ряд передовых микрочипов в КНР. Потом Трамп разрешил поставки, но в этот момент Китай отказался от закупок, заявив, что такого уровня микрочипы у них уже есть. Заместили в КНР и целый ряд технологий в ПО: China Telecom, Deep Seek. У Китая есть свои серьёзные прорывы в области телемедицины и биофармы, там, где американцы уходили. Наконец, если мы говорим об инвестициях, после ухода таких крупных игроков, как BlackRock, Китай показал, что у него есть внутренние ресурсы. Кроме того, в КНР пришла масса небольших и мелких неинституциональных инвесторов из многих стран, как из Европы, так и из Азии, которые во многом заместили выпадающие инвестиционные доходы. Нельзя сказать, что Китай заместил всё по полной программе. Даже сами китайские эксперты говорят, что им понадобится ещё как минимум 3-4 года, но разрыв настолько сократился, что Трампу сейчас просто приходится привозить вот эти передовые компании в Китай, чтобы те просто не выпали из развития китайского рынка.
Зря радуются
— В Киеве и ЕС злорадствуют, что Цзиньпин назвал отношения между Китаем и США важнейшими двусторонними отношениями в мире. Россия отошла на второй план?
— Во-первых, это — непонимание смысла китайской риторики. Если мы посмотрим, как Китай всегда говорит с любыми визитёрами на высшем уровне, то там всегда произносятся слова, что отношения лучше, чем когда бы то ни были, и они важные или одни из самых важных отношений в мире. Это — форма приветствия, которую КНР сейчас подаёт практически любым крупным странам.
Во-вторых, для каждой страны у Китая есть своя функция. США это — технологический инвестиционный партнёр. Россия это — партнёр по углеводородам, но не только. Для Китая Россия это — единственная крупная европейская или даже западная держава, которая поддерживает все инициативы Пекина в ООН, полностью разделяет его позицию по Тайваню, по глобальному видению. В этом смысле ни одна другая крупная страна Китай в таком объёме не поддерживает. Вряд ли можно сказать, что США поддерживают политические взгляды Китая, наоборот, это — серьёзнейший оппонент. В этом смысле нельзя сводить отношения между Китаем и Россией и Китаем и США к простым цифрам: кто с кем больше торгует. Торговля отражает только способности экономик этих стран. Сегодня действительно Америка является крупнейшим торговым партнёром КНР, хотя значение этой торговли упало в прошлом году почти на 30%. Даже по первым месяцам этого года мы видим абсолютно нестабильную торговлю с США, а вот российская торговля, хотя она иногда идёт вверх и вниз, весьма и весьма стабильна. Грубо говоря, замещения России США на китайском треке не произошло.
— Резкие слова председателя КНР о Тайване заставили американцев говорить о провале Трампа, но ведь нового ничего сказано не было. Что не так?
— Мне кажется, что для американцев многие заявления являются новеллой, в то время как китайская позиция по этому вопросу не меняется с 1949 года, а формулировки — последние 40 лет. Для Китая воссоединение с Тайванем это — главная история. Китай, показывает, что готов с оружием в руках защищать единство китайской территории, но при этом Пекин не настаивает на военном решении вопроса. Наоборот, КНР хочет решить его изящно за счёт переговорного процесса. Здесь вопрос в том, что США пытаются всё время разыграть тайваньскую карту без каких-то рычагов дополнительного влияния.
Поясню: США то увеличивают поставки вооружений на Тайвань, то притормаживают, но предложить Китаю что-то взамен тайваньской проблемы США не могут. Они используют Тайвань в качестве ресурса давления на Китай, зная прекрасно, что никогда Китай не отступится от этой позиции. Это — одна из немногих красных линий, по которым Китай вести переговоры не может. Трамп, скорее всего, не может не озвучить тайваньскую тему, иначе ему скажут, что он ушёл с политического трека, что он не может воздействовать на Китай. В этом смысле Трамп заложник той американской риторики, которая возникла ещё до него и наверняка сохранится после. Тайваньский вопрос не решаем с той точки зрения, как хотят США.
— А что по Ирану? Трамп заявил, что Китай приветствует его «сделку», которая противоречит позиции Тегерана.
— Это не так, потому что, во-первых, мы не видим никаких китайских официальных заявлений. Китаю, с одной стороны, выгодно, чтобы Ормузский пролив был открыт, чтобы он был бесплатным для прохождения кораблей. Но сдать интересы Ирана для Пекина тоже крайне невыгодно, потому что Тегеран важнейший политический партнёр в этом регионе. Во-вторых, стабильные поставки нефти, азотных удобрений и метанола, которые шли из Ирана до последнего момента, важны для КНР. Самое главное, имидж Китая сильно пострадает, если в мире увидят, что он сдаёт своих партнёров. Как говорится, истина где-то посередине. Китай за то, чтобы прекратились любые военные действия в этом регионе. Китай выступает за то, чтобы всё вернулось к своему статус-кво. Пока же США действительно залипли в этом регионе, и для Пекина в политическом плане это важная победа.
— Си Цзиньпин подарил Трампу семена роз из нового «закрытого города», зачем?
— Это очень важная символическая часть китайской дипломатии, когда китайская сторона передаёт чужой стороне какие-то вещи, формально никак не связанные с политикой. Это — жест символической дружбы, которая, кажется, может быть привита на той стороне. Когда-то в целом это называли панда-дипломатией, когда Китай передавал панд на другие территории. Сейчас Пекин вручает либо рассаду бамбука, либо семена роз. В китайской традиции розы это не столько символ любви, как в Европе, сколько символ красоты и дружбы.
Главный вопрос
— 20 мая в Пекин прилетит Владимир Путин. В чём будет состоять разница между двумя визитами?
— Возможно, объём предложений со стороны России по взаимодействию с Китаем будет и меньше, чем со стороны США, но все предложения хорошо проработаны и конкретные. То, что научилась делать российская дипломатия, российский бизнес это — проводить очень важную предварительную проработку всех предложений. Мы открываем обменные года образования России и Китая, будет заключено множество соглашений по этому вопросу. Плюс к этому пройдут переговоры по конкретным экономическим проектам, и пускай это не будет делаться с такой помпой и с формированием какого-то политического имиджа, но, очевидно, что здесь будет продвижение больше, чем с американцами .Что касается политических заявлений России и Китая, они будут значительно лучше сформулированы, и речь пойдёт о глобальном совместном управлении, о развитии структур ШОС и БРИКС, о многополярном мире. Здесь Россия и Китай говорят на одном языке.
Экономикой переговоры не ограничатся, хотя это действительно важный момент. У нас есть проекты, которые мы развиваем уже давно. Например, «Сила Сибири-2». Безусловно, есть предварительные договорённости в авиакосмической области, причём очень серьёзные. Но визит многоуровневый, пойдёт речь и об образовании, и о науке, в том числе и о новых цифровых технологиях, ну и, конечно, о политических вопросах, потому что сегодня у нас на повестке дня лежит несколько десятков крупных договоров и соглашений между Россией и Китаем, которые будут подписаны и в сфере экономики, и в сфере образования.
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
