Всемирно известный прекращатель войн Дональд Трамп стоит на пороге вооруженного вмешательства в дела Венесуэлы. Хозяин Белого дома наращивает военные приготовления, не скрывая, что добивается смены власти в Каракасе.
Благородный господин из Белого дома
Дело, разумеется, не в наркотиках, которые якобы отправляет в США венесуэльская мафия. Само существование Венесуэлы в нынешнем виде воспринимается как покушение на главную святыню американской внешней политики — «доктрину Монро».
В начале XIX века на американском континенте бурно шел процесс борьбы за независимость колоний, созданных европейцами в эпоху Великих географических открытий.
В декабре 1823 года президент Соединенных Штатов Джеймс Монро заявил: «Американские континенты, добившиеся свободы и независимости и оберегающие их, отныне не должны рассматриваться как объект будущей колонизации со стороны любых европейских держав... мы не можем рассматривать любое вмешательство европейской державы с целью угнетения этих стран или установления какого-либо контроля над ними иначе как недружественное проявление по отношению к Соединённым Штатам».
Доктрина президента Монро в упрощенном виде понимается как «Америка для американцев» — американцы не вмешиваются в дела европейцев, а европейцы не вмешиваются в то, что происходит в Южной и Северной Америках.
«Поправка» Рузвельта
Изначально такая доктрина даже выглядела проявлением благородства — Соединенные Штаты, добившиеся независимости от британской короны, помогают отстаивать свои права собратьям по континенту.
Однако со временем Соединенные Штаты присвоили себе право единоличного определения того, что такое хорошо и что такое плохо в Западном полушарии.
Окончательно это было оформлено президентом США Теодором Рузвельтом в 1904 году, провозгласившим право Вашингтона на военное вмешательство в дела американских государств «для прекращения конфликтов». Эта версия «доктрины Монро» известна как «политика большой дубинки».
Следствием этого курса стала бесконечная череда военных вторжений и переворотов, организованных Соединенными Штатами. В их ходе свергались президенты и правительства, которые в Вашингтоне считали нелояльными себе.
Кубинский прецедент
Знаменитый Карибский кризис, поставивший мир на грань ядерной войны, во многом был следствием нежелания США смириться с Кубинской революцией, которая вывела Остров Свободы из вечной зависимости от Соединенных Штатов.
Потерпев неудачу, США укрепили свое положение созданием целой системы проамериканских военных диктатур в Южной Америке, которые подавляли инакомыслие с помощью террора и политических убийств. Главным символом этого периода стала чилийская хунта во главе с Аугусто Пиночетом.
В 1980-х годах на фоне ослабления, а затем и крушения советского блока Вашингтон перешел к более мягким методам реализации «доктрины Монро». Ожидалось, что Куба падет, лишившись советской поддержки, а сохранение американского влияния в остальных странах Латинской Америки будет обеспечено экономическим и финансовым доминированием США.
Чавес «портит» всё
Приход к власти в Венесуэле Уго Чавеса на излете XX века, провозгласившего «новый социализм» и открыто вставшего в оппозицию к США, стал для американских политиков сюрпризом. Попытка избавиться от Чавеса с помощью переворота потерпела неудачу — его поддержка среди венесуэльцев оказалась слишком высока. А Чавес не только закрепился в Венесуэле, но и поддерживал близких по духу политиков Латинской Америки. Венесуэльский лидер выступал за полную независимость американских государств от Вашингтона.
Чавес покусился на «доктрину Монро», от которой и сегодня не готовы отказываться ни республиканцы, ни демократы. Когда стало ясно, что курс Венесуэлы находит поддержку в Латинской Америке, Белый дом стал тратить миллиарды долларов для нивелирования новой «красной волны».
США добились в этом серьезных успехов, а в 2013 году не стало Чавеса. И снова в Вашингтоне посчитали, что его преемник Николас Мадуро вскоре падет.
«Величие Америки» уперлось в Каракас
Однако Мадуро за 12 лет пережил несколько попыток «цветной революции», покушений и переворотов. В первый срок Трампа заговор по свержению венесуэльского лидера, за которым стоял Вашингтон, громко провалился, что ударило по репутации хозяина Белого дома.
Сегодня для Трампа, собирающегося «сделать Америку снова великой», венесуэльский вопрос становится одним из главных. И дело не только в контроле над огромными запасами нефти.
Доказать миру, что гегемон остается гегемоном, невозможно, если твое доминирование не признают те, кого десятилетиями в США именуют своим «задним двором».
Установление проамериканского режима в Венесуэле должно показать всем государствам Западного полушария — жизнь здесь по-прежнему идет в рамках «доктрины Монро», а «большая дубинка» остается главным арбитром.
Напасть нельзя смириться
Эта линия Вашингтона в действительности не нравится в Латинской Америке даже тем, кто готов ориентироваться на Соединенные Штаты. Но политики в этой части света делятся на тех, кто готов подчиняться, считая преимущества сотрудничества с Вашингтоном выше издержек, и тех, кто готов бороться, ориентируясь на перспективы многополярного мира.
Поскольку от «доктрины Монро» Соединенные Штаты отходить не собираются, очевидно, что Венесуэлу они в покое не оставят.
Но если снова вернуться к Карибскому кризису, то издержки Вашингтона оказались настолько высоки, что с Кубой пришлось смириться.
И вопрос о том, каковы издержки будут сейчас, кажется, остается последним фактором, сдерживающим Соединенные Штаты от перехода к активным действиям немедленно.
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
Политолог Глухов спрогнозировал последствия спецоперации США в Венесуэле 
На страже мира. Депутат ГД Чепа: договор России с Венесуэлой сдерживает США 
Путин ратифицировал договор о стратегическом партнерстве с Венесуэлой 
Венесуэла заявила, что Тринидад и Тобаго вместе с ЦРУ готовится к конфликту 
Трамп проведет брифинг о возможности расширения операции против Венесуэлы 
