Одним из следствий СВО стало серьезное углубление сотрудничества России со странами Центральной Азии. У нас в стране есть представление о регионе, как не самом благополучном. Однако это давно уже не так. По данным Евразийского банка развития (ЕАБР), по итогам 2025 года совокупный рост ВВП стран Центральной Азии составил около 7%. Так, в Таджикистане он превысил 8%, в Киргизии — 11%. Страны динамично развиваются, в том числе при помощи России.
Что сейчас происходит в отношениях РФ со странами региона, aif.ru выяснил у директора Центра геополитических исследований Российско-Таджикского (Славянского) университета Гузели Майтдиновой на полях VI Центральноазиатской конференции Международного дискуссионного клуба «Валдай».
Глеб Иванов, aif.ru: В начале СВО Запад приложил много усилий, чтобы разорвать связи России со странами Центральной Азии. Их, в частности, убеждали в том, что им тоже грозит «вторжение» со стороны РФ. Были ли такие опасения в регионе на самом деле?
Гузель Майтдинова: Нет, этих опасений нет. Было понятно, что идет информационная война, и на все эти заявления в нашем регионе не обращали внимания. В Таджикистане и других странах региона есть представление, что Россия — это союзник. Для ряда стран регион это буквально так — Россия, Таджикистан, Казахстан, Киргизия — члены ОДКБ. Военное сотрудничество активно развивается. Например, в части укрепления границы с Афганистаном или борьбы с экстремизмом.
Поэтому нет, никаких опасений, что Россия может «напасть», здесь не было. Западные журналисты, которые писали об этом, очевидно, не очень представляли реалии, которые были здесь на земле.
— На чем сейчас базируется сотрудничество России и Центральной Азии?
— Я бы сказала, что сейчас сотрудничество ведется по очень широкому кругу вопросов, и это не только оборона или экономика, но и многие другие сферы, которые отвечают стратегическим целям государств Центральной Азии.
Например, цифровизация. Россия очень много чего может предложить в этой сфере, поделиться богатым опытом, и цифровизация экономики российскими компаниями — это то, что сейчас активно делается у нас.
Активно ведется сотрудничество в геологоразведке и добыче полезных ископаемых. Обсуждается строительство атомных электростанций. Есть даже космические проекты, связанные с выводом на орбиту новых спутников. Это я уж не говорю о гуманитарном сотрудничестве. Очень широкий круг вопросов.
В целом я бы сказала, что между Россией и центральной Азией установились очень тесные и доверительные политические отношения.
— У Таджикистана по итогам 2025 года ВВП вырос на 8,4%. Есть ли в этом роль России?
— Разумеется. Россия остается важнейшим торговым партнером Таджикистана. Это как рынок для продажи таджикской продукции, так и важный поставщик товаров. Кооперация за последние годы усилилась, в том числе и по линии регионов.
По данным за 2025 год, товарооборот между Россией и Таджикистаном вырос на 24,8% и достиг 2,47 млрд долларов. Глобально это не очень большая цифра, но рост очень серьезный. И всегда есть куда расти.
— Какие сейчас проекты наиболее интересны России в Центральной Азии?
— Прежде всего, это логистика. Россия заинтересована в развитии логистических путей через Центральную Азию, чтобы получать товары в обход Европы и наоборот поставлять их на мировые рынки. Центральная Азия тоже очень заинтересована в том, чтобы выйти к мировым торговым путям.
Сейчас, например, обсуждается строительство железной дороги через Ваханский коридор, через таджикскую территорию. Она могла бы выйти к пакистанским глубоководным портам, связать Китай и Пакистан. Россия тоже могла бы присоединиться к проекту, поскольку для нее это могло бы быть одним из ответвлений логистического пути Север-Юг.
Обсудить этот проект можно было бы на площадке Шанхайской организации сотрудничества. Сейчас важно создать техническо-экономическое обоснование этого проекта. Посмотрим, как будет идти дело с его продвижением.
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
