aif.ru counter
16424

«Иванам» здесь не место. Как Латвия искореняет «русскую заразу»

Kiss my «S»!

Очередной «триумф прав человека и демократических ценностей» ожидается в Латвии осенью 2016 года.

Как сообщило агентство Sputnik, к 1 сентября текущего года правительство Латвии начнёт рассмотрение законопроекта, запрещающего давать детям нелатышские имена.

Законопроект предполагает внесение поправок в закон об изменении записи личного имени, фамилии и национальности. Согласно им, власти получат право отказывать в регистрации имени ребёнка, если оно «не соответствует основам латышского языка или затрудняет включение личности в общество».

На сегодняшний день все те жители Латвии, чьи настоящие имена и фамилии мужского рода или заканчиваются на согласную букву, получают к ним прибавку виде буквы «s» в окончании. Таким образом, к примеру, Иван Петров в Латвии автоматически превращается в Иванса Петровса.

В Латвии действует правозащитная организация «Верните наши имена!», которая добивается от властей страны прекращения подобной практики.

Ещё в 2010 году Комитет по правам человека ООН осудил Латвию за искажения нелатышских имён и фамилий в паспортах. По мнению экспертов ООН, действия латышских властей нарушают права граждан и должны быть прекращены.

Однако власти Латвии сочли данное решение рекомендательным и необязательным к исполнению.

ЕСПЧ отказал семье из Латвии в праве назвать сына Мироном

Новая норма закона вообще закроет возможность регистрации имён, не соответствующих латышской грамматике.

В настоящее время законопроект находится на стадии согласования, но никаких реальных препятствий к его принятию нет.

Более того, инициатива получила положительный отзыв Министерства юстиции страны. По мнению представителей ведомства, запрет на нелатышские имена защищает демократический строй и «право остальных жителей Латвии свободно разговаривать на родном языке».

Подобная практика, судя по всему, вполне одобряется европейским сообществом.

В марте 2016 года Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ) после девяти лет рассмотрения отказал семье Антоновых из Латвии в регистрации имени и фамилии их ребёнка без буквы «s».

Латвийские власти предлагали Антоновым зарегистрировать их сына Мирона под именем «Mirons Antonovs», однако супруги наотрез отказались от подобного имени, поскольку оно созвучно с латышским словом «mironis» — «покойник».

Аргументы истцов ЕСПЧ счёл неубедительными и отказал в удовлетворении иска. Таким образом, политика Латвии в национальном вопросе в очередной раз получила поддержку Европы.

Граждане и неграждане: краткая история «евроапартеида»

После распада СССР в 1991 году Латвия, объявившая о восстановлении своей независимости, создала так называемый институт «неграждан». В эту категорию попали люди, переселившиеся в Латвийскую ССР из других республик СССР в 1940–1989 годах, и их дети, родившиеся до 1 июля 1992 года. Неграждане, общее число которых в начале 1990-х годов оценивалось в 750 тысяч человек, не получили гражданства Латвии и равных прав. В частности, неграждане лишены избирательных прав и ограничены в профессиональной деятельности: не могут служить в армии, правоохранительных органах, охране тюрем, работать чиновниками, адвокатами, нотариусами, фармацевтами, работниками Службы государственных доходов и ЗАГСов и т. д. По подсчёту Латвийского комитета по правам человека, к 2013 году, когда отношение к негражданам было смягчено, насчитывалось 80 различий между правами граждан и неграждан Латвии.

Характерный момент — большинство тех, кого власти новой Латвии объявили негражданами, родились на территории Латвийской ССР, то есть «оккупантами» их назвать сложно.

Существование в современной Европе сотен тысяч людей, поражённых в правах и выведенных в специальную категорию, кажется немыслимым. Но никакого серьёзного давления на Латвию за прошедшие четверть века со стороны Евросоюза с целью изменения ситуации оказано не было.

Более того, в 2004 году Латвия вместе со своим институтом неграждан, от которого за версту разит обновлённой европейской версией апартеида, стала полноправным членом Европейского союза. Дальше, как говорится, ехать некуда.

По данным Регистра жителей Латвии, к началу 2016 года в республике проживало 252 017 неграждан, что составляет менее 12 процентов от общего населения страны. Сокращение числа неграждан происходит в силу разных причин: одни уехали из страны, другие через сложную систему натурализации сумели стать гражданами Латвии, а третьи просто умерли, так и не дождавшись ни гражданства, ни хотя бы признания того, что их права были попраны.

Из сегодняшних неграждан Латвии представители национальных меньшинств составляют 99,8 процента, что более чем наглядно свидетельствует о том, какова истинная природа этого явления.

65,6 процента нынешних неграждан Латвии — русские, 13,7 — белорусы, 9,7 — украинцы. При этом в столице страны Риге неграждане составляют почти 21 процент населения, то есть в главном городе Латвии каждый пятый — это человек, поражённый в правах.

Населения всё меньше, русскоязычных всё больше

Тем не менее тенденция такова, что институт неграждан неизбежно исчезнет — скорее всего, не в силу его отмены, а в силу того, что неграждане прекратят своё существование естественным путём. Сегодня большинство неграждан — это люди старшего поколения, в то время как лиц от 18 лет и моложе в этом статусе менее трёх процентов.

Однако правящие круги Латвии чем дальше, тем больше говорят о нарастающей «российской угрозе» и ведут непримиримую борьбу с «пятой колонной» в собственной стране.

Что же так пугает латвийских политиков?

Согласно статистике, на момент распада СССР в Латвийской ССР проживало чуть более 2 600 000 человек. После четверти века независимости, по состоянию на 2016 год, население Латвии составляет чуть более 1 960 000 человек.

Дело даже не в стремительном сокращении численности населения. Среди тех, кто остался, 44 процента относят себя к русскоязычным. И это в стране, где единственным официальным языком является латышский, а разговоры о расширении прав русского языка воспринимаются, как крамола и чуть ли не государственная измена.

Между тем социологические исследования показывают, что русским языком в Латвии владеют до 80 процентов жителей. Объясняется это просто — со знанием русского языка легче найти хорошую работу, легче вести бизнес, легче действовать в сфере туризма, где до последнего времени огромные деньги Латвии приносили гости из России.

Преподавание на русском языке в школах Латвии свернут в 2018-м

Очень часто в комментариях к материалам о положении в Латвии можно встретить такие высказывания: «Это всё пропаганда, я сам был в Латвии, латыши — приветливые люди, и никакой русофобии там нет!»

Тут, конечно, сразу вспоминается анекдот о разнице между туризмом и эмиграцией. Но на самом деле никакого противоречия нет. Как уже сказано выше, 80 процентов жителей Латвии говорят по-русски, тысячи латвийских предпринимателей ведут бизнес с Россией, латыши с удовольствием принимают российских туристов и их деньги.

Но курс правящей верхушки Латвии — совсем другая история. В среде латвийских политиков русофобия цветёт и пахнет.

Ещё с 1 сентября 2004 года в Латвии была реализована реформа образования в школах нацменьшинств. В соответствии с ней, была введена двуязычная система обучения: в старших классах русских школ на русском языке можно преподавать только 40% предметов, остальные — на латышском. Никакие массовые протесты не смогли остановить эти изменения.

Спустя ещё 12 лет стало известно о том, что латвийские власти намерены полностью исключить обучение на русском языке.

Как сообщили в феврале 2016 года латвийские СМИ, правительство под руководством Мариса Кучинскиса разрабатывает план перехода на единый стандарт образования на латышском языке в государственных и муниципальных школах и начнёт его реализацию. Это обязательство включено в окончательный проект правительственной декларации. Окончательный переход школ на латышский язык должен начаться 1 сентября 2018 года.

Не надо говорить по-русски!

На предстоящий запрет обучения на русском языке отреагировал мэр Риги Нил Ушаков. В интервью газете Latvijas avīze он отметил, что у всех, кто закончил русские школы в Риге, нет никаких проблем с латышским языком — результаты экзаменов у них и у выпускников обычных латышских школ примерно одинаковы.

«Мы живём в хрупком мире, полном проблем — что будет с ЕС, с беженцами, и, я извиняюсь, каким-то кретинам нельзя позволять зарабатывать политический капитал за счёт детей», — привело издание слова Ушакова.

Школами дело не ограничивается. В Латвии существует Центр государственного языка — структура, отвечающая за соблюдение нормативно-правовых актов в сфере использования латышского языка и за наложение административных наказаний на нарушителей.

В январе 2015 года Центр сообщил о «многочисленных жалобах жителей», недовольных использованием сотрудниками различных учреждений в неофициальных беседах друг с другом иностранного языка, в первую очередь русского.

«Не будем забывать, что Латвия — единственное место в мире, где может быть гарантировано существование и развитие латышского языка, а сужение сферы использования его как государственного на территории страны следует считать угрозой для его статуса. Поэтому призываем каждого работодателя обсудить с работниками значение использования государственного языка при выполнении профессиональных обязанностей», — говорилось в обращении Центра.

Очень странный президент

С осени 2014 года в Латвии ведутся горячие споры о сокращении вещания радиостанций на русском языке. Избранный летом 2015 года президент Латвии Раймонд Вейонис поддержал новые ограничения, заметив, что они были приняты «с ясной целью укреплять конституционный статус латышского языка и его роль в культурной среде».

«В сложившейся геополитической ситуации Латвии надо сокращать влияние иностранного информационного пространства. Необходима ясная и чёткая государственная политика в отношении использования государственного языка и иностранных языков в СМИ», — приводит слова Вейониса «Русская служба Би-Би-Си».

Самое интересное заключается в том, что сам президент Вейонис владеет русским языком как родным. В этом нет ничего удивительного, поскольку родился он во Пскове, а мать его — русская.

Больше того, только вступив в должность, президент подвергся критике со стороны националистов. Дело в том, что Вейонис имеет привычку говорить с русскоязычными жителями Латвии на русском языке.

Глава Комиссии по госязыку Андрей Вейсбергс сделал специальное заявление, что Вейонис обязан говорить только на латышском. Президент изменять привычкам не стал, но мероприятия по «защите государственного языка» активно поддерживает.

Язык запрещают, население нищает

Теперь ко всем прелестям государственной политики Латвии в отношении русскоязычного населения добавится запрет на имена.

А в то время как власти республики продолжают искоренять зло в виде нелатышских имён, портал Delfi со ссылкой на данные главного статистического ведомства Евросоюза — Eurostat — сообщил, что в Латвии на пороге нищеты оказались 644 тысячи человек — каждый третий житель республики. По данным статистики, среди попавших в категорию с критически низкими доходами 26,5 процента горожан и 38,6 процента жителей сёл. Худшие показатели благосостояния населения в Европе только у Румынии, Греции и Венгрии.

Неужели и в этом случае причиной всему является русский язык и неграждане?

Оставить комментарий (8)

Также вам может быть интересно

Топ 5 читаемых



Самое интересное в регионах
Новости Москвы