Примерное время чтения: 12 минут
71988

Эффект пружины. Разведчик Безруков о том, как Россия будет жить дальше

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 9. Более 120 тысяч человек эвакуированы с Донбасса. Чем им можно помочь? 02/03/2022 Сюжет Спецоперация РФ в Донбассе и на Украине
Андрей Безруков.
Андрей Безруков. / Нина Зотина / РИА Новости

Мы все теперь живем в другом мире. Ещё пару недель назад никто из нас не мог представить, что российская армия окажется на территории Украины, вся Европа закроет от России своё небо, наши банки попадут под жёсткие санкции и т.д. Как мы дошли до жизни такой и чего ждать дальше «АиФ» рассказал разведчик-нелегал, более 20 лет работавший в ведущих странах Запада (включая США), полковник СВР в отставке, член Совета по внешней и оборонной политике Андрей Безруков.

Придётся выстраивать другую экономику

Екатерина Барова, «АиФ»: Андрей Олегович, в какой точке международных взаимоотношений мы сейчас оказались?

Андрей Безруков: Мы находимся сейчас в конце эпохального послевоенного периода. Та система институтов, экономических и политических, которая была выстроена после Второй Мировой войны и которую пытались использовать против нас в последние несколько лет для того, чтобы остановить наше развитие, разваливается. Потому, что невозможно в этой системе уже больше дать места для развития таким странам, как Россия. Происходит откат от тех позиций, куда нас загнали 30 лет назад. Этот откат неизбежен, потому что, если пружину долго сжимать, давить нас, то она неизменно пойдет назад и раскроется. Это то, что происходит. 

Кроме того, очевиден стал кризис всех финансовых, экономических и других институтов, которые, кстати, Запад разрушает сейчас сам. Он этого еще не понял, но используя свое доминирование в этих институтах, он заставляет Россию сломать систему, выйти из нее. Но, поскольку ситуация в мире очень сильно изменилась, и Европа и США больше не являются доминирующим игроком, то выход России из этих институтов, по сути, является концом самих институтов. Поскольку весь остальной мир тоже их принимать долго не будет. То есть некоторое время они еще останутся, но, поскольку все понимают, что эти институты стали институтами давления, и они играют только на США и частично на Западную Европу, то ни у Китая, ни у Индии, ни у Ирана, ни у других стран просто нет желания их как-то поддерживать. Будет хаотический период. И будут подниматься, выстраиваться разными игроками альтернативные системы, которые бы помогали им выживать в этом мире. Аналогично, вместо SWIFT как альтернатива будут создаваться иные системы. Вместо использования доллара в мировой торговле может все пойти по цифровым активам, цифровым валютам, криптовалютам или др. — будет развал в любом случае валютных зон различных, и т. д. Сейчас, закручивая гайки и используя систему финансовых и политических институтов для давления, они просто разбивают всю эту систему. 

России придется не просто выстраивать свою политическую систему (мы ее уже выстраиваем, с точки зрения геополитики и места в мире), но придется выстраивать сейчас другую экономику с другой экономической системой.

— А Россия при этом как будет выживать?

— Ну а Россия была загнана в совершенно невозможную для нее позицию и с точки зрения экономической системы, которая была навязана. Чисто англосаксонская, причем грязная, неправильно сделанная олигархическая система экстремального финансового капитала, которая на нашей почве, да и на европейской тоже, прижиться не могла. И та мировая система, которая ее поддерживала, просто сейчас рушится. То есть России придется не просто выстраивать свою политическую систему (мы ее уже выстраиваем, с точки зрения геополитики и места в мире), но придется выстраивать сейчас другую экономику с другой экономической системой. Которая будет уже, наверное, на первом этапе, конечно, гораздо более мобилизационного плана, поскольку нас поставили перед фактом того, что с нами не хотят торговать и обмениваться технологиями и т.д. Но в будущем это будет система, где будет стратегическое целеполагание, стратегическое планирование, большая роль государства. Конечно, будет место и большому частному сектору, но государство все равно возьмет под себя крупнейшие национальные активы, будет их как-то регулировать. Необязательно приватизировать, но оно будет так или иначе ими управлять. То есть будет меньшая роль рынка и большая роль государства.

Санкции США менее жесткие

— У нас еще осталось место для переговоров с коллективным Западом или мы уже прошли точку невозврата?

— В коротком варианте, я думаю, что никакие переговоры сейчас ни к чему не приведут. Просто потому, что Запад в любом случае считает, что любые переговоры должны закончиться нашей капитуляцией. Что у Запада сильная карта, он сейчас ввел все санкции, и если Россия идет на переговоры — значит, Запад будет додавливать ее на этих переговорах до капитуляции. Поэтому Россия на такие переговоры никогда не пойдет сейчас. И может, даже и Запад на них не пойдет, думая: а зачем идти на переговоры, когда скоро Россия развалится и сама придет?! Но в более долгосрочном периоде, когда острая фаза кризиса пройдет, не только будут переговоры, а более того, будет выстраиваться новая модель взаимодействия, потому что западники исходят из концепции рационального человека. То есть они про деньги, они про выгоду и про то, чтобы как-то избежать проблем. Они в этом смысле люди восточные — нас это интересует несколько меньше, у нас еще остались вещи такие, как память, идеология, обиды, национальная гордость и т.д. А они будут смотреть на вещи рационально. Когда фаза кризиса пройдет, они посмотрят и скажут: ну что нам выгоднее сейчас? Так же все закрывать и не торговать с Россией — этот рынок единственный оставшийся крупный европейский рынок, мы больше на него что, не пойдем, что ли? Естественно, бизнес скажет — вы че, ребят, охренели? А какие у нас еще рынки-то остались? Нам где расти-то вообще. У нас самый прибыльный рынок российский. Ну-ка давайте быстро договаривайтесь, мы же не можем так долго — мы должны и с американцами конкурировать, и с китайцами, а на каких рынках мы будем это делать? То есть в любом случае, когда пройдет острая фаза, им первыми захочется выстраивать отношения, потому что это прежде всего экономика и деньги. Это было и сто лет назад в молодой советской республике. Они сюда пришли за деньгами. И опять придут, если мы обеспечим здесь за счет мобилизационной экономики экономический рост. А это можно обеспечить, потому что мы не будем уже привязаны к ограничениям валютно-финансовой системы, которая была навязана нам оттуда. Мы можем спокойно эмитировать рубль инвестиционный для того, чтобы развивать наше хозяйство, и т.д. То есть у нас будет большая экономическая свобода, когда мы от них отвяжемся. Здесь, естественно, это будет рост, а за ростом прибегут все партнеры, потому что растущий рынок — это продажи, это инвестиции, это деньги.

— Сейчас Запад един или там уже начинаются брожения?

— Запад никогда не был и не мог быть един. Он мобилизовался на короткий промежуток времени, когда ни у одной страны нет возможности не участвовать в этом. Когда, например, идет война, в коллективной системе, будь то НАТО, будь то ЕС, одна страна не может, не став парией, выступать против такой угрозы, которой для них является сейчас Россия. На короткий период мобилизовать их можно, но у них не было единства, потому что у них разные экономики, у них разные политические концепции. Южная Европа и Северная Европа — это два разных рынка, Восточная Европа и Западная Европа — у них разная мотивация, у них разная демография, у них разные традиции. И как только напряженность спадет, каждый опять будет играть за себя. А США сделали очень правильно — они столкнули Европу с Россией. Потому что Штаты должны заниматься Китаем — вот они перепоручили Европе заниматься Россией, связать Россию по рукам и ногам этой напряженностью и конфликтом, освободились от этого. Вы видите, что США сейчас и санкции менее жесткие против России вводят, и риторика отошла на второй план. Так что Штаты сделали свое грязное дело, поручили британцам, европейцам загонять в загончик. Они их успешно поссорили с Россией, а теперь спокойно отойдут, будут пожинать плоды. И, может быть, даже будут в обход европейцев с Россией торговать. Потому что, например, европейцы запретили продажу самолетов и запчастей России, а американцы нет. То есть это возможность для «Боинга», который в глубоком кризисе, по сравнению с «Эйрбасом», забрать российский рынок под себя. 

Кризис — вопрос месяцев, может быть, коротких лет. Но возможность отвязаться от навязанной нам системы, которая не работала в принципе, и не давала нам возможности развиваться, — это для нас это шанс выстроить новую экономику и новую страну.

Ядерной войны не будет

— Мы уже в состоянии нового Карибского кризиса? А то в блогах только и пишут о ядерной войне, после того, как силы сдерживания перевели в особый режим боевого дежурства.

— Слушайте, ядерная война, не будет ее, конечно! Блогеров вообще не надо слушать, потому что сейчас у большинства людей просто нет информации для того, чтобы просто делать вывод. Например, ввели санкции против Центрального банка. Вроде страшно, потому что это грозит заморозкой половины наших активов и т.д. И блогеры пошли писать. Но они не пишут, что долгов российских компаний и государства Западу — больше, чем наших активов на Западе. И бюджет России профицитен, мы от них финансово не зависим. Более того — закрытие SWIFT не даст возможности выводить капитал из России. Я не хочу ура-патриотизм, но нужно объективно оценивать вещи. Здесь нет места для паники. Ситуация да, она будет сложной, на первое время особенно, потому что есть эффект шока, перестройки системы. 

— Это вопрос месяцев или лет?

— Кризис — вопрос месяцев, может быть, коротких лет. Но возможность отвязаться от навязанной нам системы, которая не работала в принципе и не давала нам возможности развиваться, — это для нас шанс выстроить новую экономику и новую страну. И выстроить новую социальную политику. Потому что, по сути, это национализация элит, которые больше не смогут опираться в своих решения на те интересы, которые у них есть за рубежом. 

— Наши друзья вроде Китая поддержат Россию?

— Давайте не будем их называть друзьями. Они сочувствующие в данный момент. Сочувствующие потому, что если раздолбают нас, следующими будут они. И они это прекрасно понимают. Они нас будут поддерживать, но ровно настолько, насколько это не вредит их национальным интересам. 

— А Турция? 

— Позиция Турции понятна — она член НАТО. И если у нее более-менее сбалансированы отношения с Россией, в том числе личные отношения Эрдогана с Путиным, это не умаляет того, что она заинтересована в ослаблении России. Только, конечно, боится использовать для этого экстремальные меры. Она будет мешать, где можно, не поддерживать, продавать то, что ей хочется, против нас, если это не ставит отношения в кризисную ситуацию, и т.д. Это страна самостоятельная, но все-таки натовская страна, находящаяся под британским влиянием. И здесь абсолютно никаких иллюзий быть не должно. 

Не дразните лихо

— Понятно, что Украина давно стала разменной картой в геополитической игре. Но то, что там происходит сегодня, особенно с учетом массового ввоза оружия из Европы, пугает. Чем это всё может закончиться?

— Я не ясновидящий. Это будет зависеть от того, насколько успешно развивается наша операция, это будет зависеть от многих разных факторов. Но вы знаете, сколько оружия ни подбрасывай, толку мало. 

Во-первых, а как его подбрасывать? Аэродромы уничтожены. У России есть господство в воздухе, то есть все эти поставки, их можно бомбить. Во-вторых, вот привезли оружие, а кто его будет использовать? Если крупнейшие армейские группировки будут окружены и уничтожены в Восточной Украине, вы что, обучите управлению серьезным оружием каких-то добровольцев, которых вы набрали из-за угла, что ли? И управлять оружием один человек не может, это должно делаться как в составе военных подразделений, тренированных, управляемых, у которых есть задача, у которых поставлен информационный обмен, которые знают, куда идут, куда стреляют и т.д. Если возможностей командования и вообще крупных, квалифицированных воинских частей нет, то завалите вы все оружием, никто его использовать не сможет. 

Неуспех операции, недостижение ключевых целей, которые были поставлены — откатывает Россию назад. То есть обнуляет все, что мы делали долгие годы, восстанавливая страну.

— А воевать сами западные партнеры не хотят?

— Конечно, нет. Сейчас будут появляться всякие наемники. Но это группы максимум будут исчисляться сотнями, а не тысячами человек. Идиотов воевать с российской армией гораздо меньше, чем, например, воевать с сирийской. Особенно для западных людей, которые понимают ценность жизни. Пойти воевать наемником в Ирак, где стреляют дважды в месяц, и идти воевать туда, где прилетит тебе «Калибр» непонятно когда — это разные вещи. Какие-то отморозки будут, но не нужно думать, что сейчас развернется целый новый фронт.

— Но мы же стараемся проводить операцию осторожно, чтобы не пострадали мирные граждане Украины?

— Да, мы не включаем, насколько я понимаю, сейчас всего потенциала российской армии. Но не дразните лихо, пока тихо, потому что выхода проиграть у нас нет. Неуспех операции, недостижение ключевых целей, которые были поставлены — откатывает Россию назад. То есть обнуляет все, что мы делали долгие годы, восстанавливая страну. Я думаю, президент это прекрасно понимает, он пойдет до конца. Это вопрос жизни и смерти для страны.

И не надо раскачивать страну изнутри. В Чехии генеральный прокурор сказал, что всех, кто будет заявлять что-нибудь в поддержку России, будут сажать на три года. Это в демократической, спокойной, маленькой, красивой европейской стране. Я думаю, заявления нашей Генпрокуратуры тоже сделаны не просто так. Если это станет проблемой — будут приниматься соответствующие меры. У нас многие еще не поняли, что мы находимся, по сути, на военном положении и в мобилизационной ситуации. Но я думаю, через несколько дней поймут.

Оцените материал
Оставить комментарий (13)

Топ 5 читаемых



Самое интересное в регионах