Германия, еще недавно считавшаяся экономическим локомотивом Европы, все глубже погружается в кризис из-за противостояния с Россией. Когда-то дешевый российский газ был основой благосостояния немецкой промышленности, а теперь санкции против РФ обходятся экономике ФРГ минимум в 50 млрд евро в год. Единственную же партию, которая хочет восстанавливать отношения с Москвой, власти ФРГ хотят запретить.
О том, как российско-немецкие отношения дошли до жизни такой, и есть ли шанс восстановить диалог с Россией, aif.ru рассказал депутат Бундестага от партии «Альтернатива для Германии» (АдГ) Райнер Ротфусс.
АдГ под угрозой запрета
Пётр Городов, aif.ru: «Альтернатива для Германии» получила на выборах в Саксонии-Анхальт свыше 40% голосов. При этом партия сталкивается с беспрецедентным давлением: партию объявили «правоэкстремистской», власти даже говорят о запрете. Дойдет ли до этого дело?
Райнер Ротфусс: В нормальных условиях правовая система Германии никогда не позволила бы полностью запретить партию АдГ — даже лишить ее государственного финансирования. Однако решительность, с которой запрет продвигают некоторые партии и влиятельные общественные силы, указывает на скрытые риски.
Санкции против России обходятся германской экономике как минимум в €50 млрд ежегодно.
Я опасаюсь, что противостояние с Россией может быть использовано политическим истеблишментом Германии для провоцирования открытого конфликта. Это позволило бы Бундестагу большинством в две трети голосов объявить «состояние напряжённости» (Spannungsfall — это предусмотренный статьей 80а Основного закона Германии особый конституционно-правовой режим на случай серьезной внешнеполитической угрозы, когда опасность войны высока, но формально не объявлено состояние обороны— ред.). Это немедленно расширило бы возможности ограничивать права и свободы партий и СМИ. Достаточно было бы обвинить такие силы, как АдГ, в сотрудничестве с Россией и в подрыве либо создании угрозы для «обороноспособности» Германии.
— С какими конкретными юридическими и административными ограничениями сегодня сталкиваются немецкие граждане, выступающие за диалог с Россией?
— Пока лишь в немногих случаях применялся весь спектр возможных мер. Но человека могут серьезно оштрафовать уже за оправдание российской военной операции на Украине — например, если он объясняет ее предысторию и исторические корни, возлагает вину на Запад за расширение НАТО и милитаризацию Украины. Даже за распространение материалов RT может наступить уголовная ответственность. Уважаемые геополитические аналитики, такие как Жак Бод, стали объектами санкций ЕС, которые, на мой взгляд, не соответствуют самым базовым принципам нашей правовой и демократической системы, основанной на разделении властей.
Германия платит за санкции
— В проектах федерального бюджета Германии предусмотрены рекордные ассигнования на оборону — для выполнения целей НАТО и оказания масштабной помощи Украине. Одновременно правительство вынуждено существенно сокращать социальные расходы. Как политика милитаризации влияет на страну?
— Наиболее уязвимой группой, которая уже много лет страдает от бюджетных сокращений, стали пенсионеры. Но теперь давление испытывают и обычные семьи: например, жена должна самостоятельно оплачивать свою медицинскую страховку, как только детям исполняется 15 лет. При этом правительство всеми силами пытается как можно дольше скрывать от общества финансовую катастрофу за счет рекордных долгов. Это ухудшит положение будущих правительств, в том числе возможного правительства АдГ, и возложит крайне тяжелое бремя на молодое поколение.
— Насколько немецкий бизнес страдает от прекращения поставок российского газа? Во сколько, по вашим оценкам, антироссийские санкции сегодня обходятся экономике Германии?
— Антироссийские рестрикции — лишь одна из основных составляющих невыносимого бремени для немецких компаний. Чрезмерно радикальная «экологическая» энергетическая политика, налоги, бюрократия и прочие факторы вынуждают компании переносить производство за рубеж или ведут их к банкротству. Это долгосрочный процесс, поскольку, по сравнению с другими странами, мы пока исходим из достаточно устойчивой базы.
Я опасаюсь, что правительство видит экономический и политический кризис настолько глубоким, что отчаянно ищет открытого конфликта. Это нужно лишь для того, чтобы переложить ответственность за грядущий крах на руководство РФ.
Санкции против России обходятся германской экономике как минимум в €50 млрд ежегодно — по сравнению с тем, какой могла бы быть ситуация, если бы после 2014 года мы ещё больше укрепляли отношения, а не разрушали их по указке США и ЕС.
— Мы видим, как крупные автопроизводители закрывают заводы в Германии и переносят производство в США и Азию. Каковы масштабы скрытой безработицы?
— Волна сокращений рабочих мест только начинает нарастать, но эту лавину можно остановить лишь коренным переломом во внутренней и внешней политике. Только АдГ обещает подобную смену курса, несмотря на всю кампанию по очернению партии. Тем самым она демонстрирует силу характера и готовность противостоять абсурдному русофобскому «духу времени» Западного полушария.
С приходом АдГ к власти ситуация сдвинулась бы с мертвой точки в считанные месяцы, а на полную нормализацию ушло бы всего несколько лет. Разумеется, при условии, что Россия простит грубейшие ошибки несамостоятельных партий, медиа и крупного капитала. Все они наивно полагали, будто Запад способен и дальше сохранять неоколониальный подход под эгидой США и Брюсселя в полностью изменившемся многополярном мире.
— К вопросу о рабочих руках. Считаете ли вы, что Германия должна поощрять украинских граждан трудоспособного возраста к возвращению на родину?
— Вовсе нет, поскольку это подпитывало бы войну на Украине в той же мере, что и поставки вооружений, жертвуя еще большим числом молодых мужчин на геополитической шахматной доске, на которой наша христианская европейская цивилизация и все наши народы только проигрывают и проигрывают.
Риск провокации под чужим флагом
— Решение Берлина прекратить соглашение с Российским домом и закрыть генеральное консульство в Бонне вызвало цепную деградацию оставшихся двусторонних связей; Москва уже ответила закрытием институтов Гёте. Почему, на ваш взгляд, правительство пошло на этот беспрецедентный шаг именно сейчас?
— Я опасаюсь, что правительство видит экономический и политический кризис настолько глубоким, что отчаянно ищет открытого конфликта. Это нужно лишь для того, чтобы переложить ответственность за грядущий крах на руководство РФ и избежать расплаты за собственные провалы. Мне даже видится возможной провокация под чужим флагом (Лейпциг уже был подобным эпизодом), которая даст предлог объявить «состояние напряжённости» или даже «состояние обороны». Тогда АдГ можно будет запретить, а финансово-экономический коллапс ЕС и еврозоны — просто списать на Москву. Такой сценарий вызывает у меня глубочайшую тревогу.
— Видите ли вы, несмотря на все это, реальные перспективы возобновления полноценного дипломатического диалога между Германией и Россией?
— Будь АдГ в правительстве Германии, эта работа началась бы уже в первые сутки. Мы стремились бы к по-настоящему справедливым и прозрачным отношениям, которые предполагают установление истины и примирение. Это необходимо, чтобы разъяснить обществу реальные события, приведшие к нынешней тяжелой ситуации.
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
